"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Он просидел так довольно долго, когда заметил, что особняком Пожарских интересуется не он один. К третьему фонтану подошла девушка. Кажется, ниппонка. Похоже, что сегодня ей пришлось нелегко: одежда потрёпана, на лице следы подлеченных, но не до конца сошедших кровоподтёков. К тому же она прихрамывала и баюкала левую руку.
По поведению девушки Фарид понял, как глупо выглядел совсем недавно — бродил по улице туда-сюда с безумным и отрешённым взглядом, возвращался в нужную точку и снова уходил. К чести девушки, ей оказалось достаточно двух раз. После второй неудачи она остановилась у дальнего фонтана, думала и хмурилась, притопывая ногой. Ушла.
Фарид продолжал сидеть, не зная, что ему делать дальше. На город опускался холодный московский вечер. Он совсем некстати подумал, что его транспортный шеду совершенно остыл и сидеть на нём будет не особо приятно, и тут терпение перса было вознаграждено!
К третьему фонтану подошёл ещё один человек. Очень высокий и очень худой мужчина в шляпе и длинном плаще. Он не метался и не бродил туда-сюда, только несколько раз тряхнул головой, словно отгоняя мошек. Затем он вытащил из кармана нечто (предположительно часы на цепочке) и развернулся к фонарю, чтобы внимательно посмотреть на предмет. И тут Фарид его узнал!
Это был знаменитый целитель, о котором все окружающие говорили с трепетным придыханием и даже с ужасом — почти как дома говорят о Марварид. Говорили, что при нём не рискнут разворачивать военные действия в столице, потому что никто не захочет повторения Сандомирской операции в стенах Москвы. Что это за операция, в деталях Фарид не знал, но слышал упоминание о ней в числе крупнейших сражений Великой Магической войны. И Кощей, оказывается, играл в ней одну из главных ролей. Архимаг, носящий древнее прозвание Бессмертного! Фарид не лез с комментариями, но решил, что это прозвище неспроста.
Сидящие в очереди на исцеление студенты шёпотом передавали сплетни о Кощее: что вызвать его пытались с самого начала атаки, но ни один магофон не работал. Как выяснилось, и вся столица с пригородами пострадала от небывалого по масштабам выплеска магостатики, поэтому были отправлены гонцы, которые добрались до зоны покрытия магосети и смогли дозвониться до лечебницы, расположенной посреди озера Байкал. И Кощей не испугался поставить портал в зону магической нестабильности! И не только сам явился, но и привёл целую группу своих помощников, среди которых были даже бурятские шаманы в непривычных глазу национальных костюмах.
К вечеру эта целительская группа справилась со всеми повреждениями, при которых ещё можно было помочь. И Фарид лично видел, как все они вернулись в свою больницу порталом, кроме Кощея, который отправился в царский дворец. А оттуда, выходит — сюда?
Между прочим, в городе и впрямь никаких серьёзных военных действий не происходило. Зато, пользуясь тишиной (проклюкнувшееся мародёрство и шайки хулиганов не в счёт, большим родам на них с высокой колокольни наплевать), многие роды бросились вон, спеша укрыться в поместьях. Ни один не попытался под шумок силовыми способами решить вопросы клановой борьбы.
Кощей стоял, сложив на груди руки и раздражённо притопывал ногой. Почему он пришёл сюда? Может быть, он должен осмотреть всех, кто был на площади? В голове Фарида неожиданно родилось решение, и он поспешил к архимагу, кажется, собравшемуся уходить.
— Подождите! Прошу простить мне мою дерзость, о достопочтенный Кощей…
Целитель смерил Фарида внимательным взглядом:
— М-м, восточный стиль? Я помню отпечаток вашей ауры. Вы были в числе пострадавших в Академии?
— Да, верно.
— Вам стало хуже?
— Нет-нет, дело совсем не в этом! Я надеялся, что вы сможете подсказать мне: где я могу найти князя Пожарского?
На этот раз взгляд Кощея был гораздо более пристальным. Пугающе-пристальным.
— Зачем он вам?
— Я…
Взгляд немигающих жёлтых глаз словно надвинулся и стало тяжело дышать.
— Говорите правду, молодой человек!
Шеду чуя опасность, переступил с ноги на ногу и всхрапнул, но Кощей ткнул в его сторону пальцем и велел:
 
— Стоять! — и на удивление, каменный голем послушался его и замер.
Фарид покрылся испариной:
— Я не могу раскрыть приказа Марварид…
— А-а! — давление ослабло, словно мыльный пузырь лопнул. — Она тоже почувствовала, м-хм. Старушка хочет присмотреть, что ж… — у Фарида после этих слов от ужаса чуть сердце не остановилось, но тут Кощей осчастливил его согласием: — Хорошо, молодой человек… как вас зовут?
— Фарид!
— Фарид, я возьму вас с собой. Если вас не смущает дикий предрассудок об опасности перемещения порталами.
Портальные перемещения мало кому удавались, а о тех, кто был способен, поговаривали, что они трогаются умом. Но не за один же раз, наверное?
— Я готов! — постарался изобразить максимальную бодрость Фарид.
— Вот и отлично. Отправляемся.
Кощей поднял руку, и тут из-за фонтана высунулась крошечная трёхцветная мордочка.
— Мяу! — пропищал котёнок и заковылял к Кошу.
— Ах ты, хитрюга! — Кощей присел и посадил котёнка на ладонь, пригладил взъерошенную шёрстку. — Эк тебя угораздило! Хочешь со мной?
Котёнок тоненько пискнул и начал тыкаться архимагу в ладонь.
— Заход с козырей, — усмехнулся Кощей. — Надо было предполагать, что старый целитель, столько лет работающий со смертью, имеет некоторую слабость к кошкам. Всё-таки, мало в мире существ, способных путешествовать по изнанке миров.
Он сунул котёнка за пазуху и кивнул Фариду:
— Идём.
* * *
С понедельника мы в кардиологии на обследовании, главы будут: вторник, четверг, суббота, в силу нехватки времени. Воскресенье под вопросом. Всем спасибо за понимание!
  
10. СОМНЕНИЯ И ИХ ОТСУТСТВИЕ
 
МАТЬ ИМПЕРАТОРА
Они даже не заскочили в посольство и летели несколько часов подряд, пока под брюхом у Змея не показались отроги Уральских гор. Тут, возле небольшого родничка, Хэби сделал остановку, развёл костёр и позволил девушкам отдохнуть. Еды у них не было, циновок и ковров тоже, так что сидели обе на тёплом змеевом хвосте.
— Хорошо хоть, в доме Пожарского нас накормили, — проворчала Момоко.
— Да уж, стол был заставлен, словно в последний раз, — грустно улыбнулась Сатоми.
— Как всё по-дурацки вышло! — Момоко не оставляла досада. — Я не доросла совсем немного. Если бы не это падение, я бы уже забеременела… А теперь что⁈ Как мы предстанем перед отцом?
Сатоми сунула в костёр прутик с раздвоенной вершинкой и теперь смотрела, как на кончиках разгораются маленькие язычки огня.
— Ты никого не родишь…
— Что?.. — потерянно переспросила Момоко.
Хэби, не перекидываясь в человеческую форму, почти испуганно развернулся к девушкам и придвинулся очень близко к Сатоми:
— Что ты говоришь, девочка? — Сатоми молча протянула ему ладонь, старый змей приник к ней лбом и потрясённо уставился на серьёзную принцессу: — Но как⁈
Она пожала плечами:
— Я не знаю, как так вышло. В последнее время я иногда вижу… тени будущего…
Да, как сегодня. Что-то толкнуло её взять кисть и вывести над кроватью то послание, хотя Момоко как всегда нетерпеливо покрикивала от входной двери. Сатоми видела, как её единственный мужчина стоит рядом — только спустя несколько часов — и хмуро смотрит на надпись.
Пламя жадно лизало прутик. Одна из веточек, потоньше, прогорела и упала в костёр пепельным кусочком, оставив после себя лишь обугленный пенёчек. Зато загорелась следующая, пониже.
— Я видела. Я рожу сына и отдам ему всю свою силу. До капли.
— Сатоми, что за бред? — раздражённо спросила Момоко. — Зачем всю? Какой смысл?
Ответ был таков, что Момоко мгновенно забыла о том, что только что злилась.
— Я умру при родах. Я вижу это совершенно отчётливо. Поэтому, чем метать искры из глаз, думай: как будешь его воспитывать. Всё-таки он должен стать величайшим императором Ниппон-кокку в истории.