Звездная дверь (СИ)
«Квадратный» же пошёл на меня с целеустремленностью паровоза. Я схватила первый попавшийся диск для «томми» и, лихорадочно пытаясь перезарядить не совсем знакомую мне конструкцию, попятилась, разрывая дистанцию. Я отчетливо видела несколько прорех от пуль в одежде бородатого мужчины, но он не выказывал никаких признаков неудобства от боли и, кажется, даже не истекал кровью.
Ноги позволили мне перебежать за капот «феррари», прежде чем правая дала такой прострел болью до колена, что у меня потемнело в глазах. Чёртов затвор старого оружия, кажется, заело, и я дёргала его как бешеная. Нападающий пёр вперед, не сводя с меня взгляда стеклянных глаз, сверкавших из-под растрёпанной неопрятной копны торчащих в разные стороны нестриженных волос — шляпу с него сбило еще внутри конторы. Он не пытался громить машину или играть мускулами, как делали обычные бандиты, запугивая жертву, не искал укрытие, даже видя оружие.
Превозмогая боль и чувствуя, как в ботинке растекается тёплая влага, я отшатнулась — почти прыгнула! — подальше от борта автомобиля. «Квадратный» рванулся за мной, и как только показался из-за машины, сбоку раздались выстрелы. Я невольно скосила взгляд в ту сторону — Фил, всё так же сидя на тротуаре у столба, опустошил в бородача магазин 1911. Одна из пуль попала тому прямо в голову, вырвав из нее кусок бледной плоти с волосами, и мне показалось — что-то стеклянное сверкнуло, разлетевшись на осколки. Это немного замедлило «плаща», но не остановило. Лишь сбило с шага на какую-то секунду.
Я истошно заорала, в очередной раз дёрнув затвор, и он, наконец, поддался. С громким клацаньем механизм дослал патрон, а я навела все еще немного парящий ствол на грудь «квадратного» и зажала спусковой крючок.
Поток сорок пятого калибра оказался сильнее той неведомой дряни которой, вероятно, был накачан Андрэ Сонг. Он остановился от первых пары попаданий, а потом его понесло назад. Я видела как одна из пуль перешибла ему руку, другая попала прямо в лицо, превратив то в бледное бескровное месиво, часть других — расколотила витрину ювелирной лавки, оказавшуюся за его спиной. И то, что осталось от бородача после пятидесяти кусков свинца толщиной в мой палец, рухнуло на выставленную за стеклом броскую бижутерию.
«Томми» издал последний щелчок и замолк. Ствол раскалился настолько, что я чувствовала жар пальцами, сжимающими переднюю рукоятку. Я отбросила ПП в сторону, выхватила револьвер и, практически не отдавая отчета в своих действиях, всадила в лежащее неподвижно тело все шесть пуль, одну за другой, в грудь и голову, не оставив от последней почти ничего. И ещё несколько раз нажала на крючок, слушая как курок бьется о мертвые капсюли, прежде чем подошедший Фил положил руку на моё запястье.
— Всё, всё, Астарта, хватит, — он кривовато и болезненно ухмылялся. — Расстреляешь за раз весь гонорар.
С этими словами мужчина направился к витрине, бессознательно потирая левый бок. Судя по всему — этот «квадратный» оказался недюжинной силы, если сумел голыми руками так приложить его…
Я озадаченно смотрела ему вслед, пытаясь прийти в себя и чувствуя, как ноют от отдачи и начинают крупно дрожать руки. И ноги. Смотреть вниз было откровенно страшно.
Разум отказывался поверить в то, что успели увидеть мои глаза, но отточенные годами рефлексы отработали на «отлично» — отщёлкнув барабан я выбила опустошенную «луну» и вставила туда запасную. Лишь после этого — осторожно похромала в сторону высаженной витрины, рядом с которой стоял слегка скособоченный Фил.
— Ты цел? — ещё одна машинальная фраза, о которой я успела пожалеть через секунду после того, как она вырвалась, но Гилмур безмятежно отмахнулся.
— Ни… царапины. Зар-раза, — сделав пару глубоких вдохов, он в паре мест надавил на рёбра и удовлетворённо хмыкнул. — Не сломал — и то хорошо.
Подобравшись поближе, я с опаской посмотрела на тело, распростёртое среди перевёрнутых подставок с ювелирными подделками, и щедро присыпанное витринными осколками.
— А этот… это? — язык уже не поворачивался назвать его «человеком» после того, как он съел и не подавился полусотней пуль из «томми», шестью моими и ещё парочкой карабинных.
Плотное зимнее пальто представляло из себя сейчас форменное решето, но вместо крови по тёмной шерсти расползались какие-то странные белёсые пятна.
— Что за?.. — риторически вопросила я, машинально потянувшись было к телу, чтобы коснуться непонятной субстанции, как вдруг оно пошевелилось.
Да ещё как!
Резким, совершенно нечеловеческим движением выгнулось чуть ли не пополам, опираясь на перебитую в локте руку. И тут же крутнулось на месте, причём ноги остались стоять как были, а вот корпус, будто у шарнирной куклы, развернулся на пол-оборота!
Увы, дистанция для стрельбы была слишком маленькой, но я всё же успела вскинуть револьвер и спустить курок — лишь раз. Не слишком эффективно, прямо скажем, поскольку в следующее же мгновение пальцы «квадратного», затянутые в кожаные перчатки, впились в моё правое запястье и левое плечо.
А я, отшвырнув оружие, вцепилась в него, и, воспользовавшись инерцией чужого рывка, швырнула через плечо на землю, изогнувшись почти немыслимым для моих суставов образом. Приём, отрабатываемый многократно на курсах самообороны и даже пару раз применённый в жизни, сработал безотказно и сейчас. Отчасти, возможно, потому что оппонент оказался сильно легче, чем это можно было предположить по его конституции.
— Твою мать! — выматерился на фоне Фил, и я краем глаза отметила, что он судорожно хлопает по карманам, сбросив на сгиб локтя карабин.
«Нашёл время патроны искать!» — взвыла мысленно я, припав на колено и впечатав то в спину поверженного создания.
— Ты умрёшь, Долорес, — проскрипело оно, ворочаясь подо мной, постепенно выкручиваясь из моей хватки. — Сейчас.
«Не дождёшься», — прошипела я мысленно, стиснув зубы и продолжая бессмысленную борьбу… Пытаясь выиграть время и улучить момент!
И в этот момент у меня почти над ухом прогремел выстрел, а голова «квадратного» буквально разлетелась брызгами и ошмётками той самой бело-прозрачной жижи, обдав ею в том числе и меня. Тело подо мной конвульсивно дёрнулось и застыло, разом окоченев, а я отшатнулась в сторону, плюхнувшись на асфальт и оглушённо мотая головой.
Филипп на всякий случай сделал ещё один выстрел — совершенно лишний, особенно с точки зрения моего слуха, после чего для острастки пнул тело.
— Ловко ты его! — услышала я отдалённую похвалу, но всё, на что меня хватило — махнуть рукой.
— Он всё? — уточнила я, изо всех сил надеясь услышать «да», и свинцовая тяжесть накатила на меня, когда Фил утвердительно кивнул.
Запал боя уходил, уступая место усталости и позволяя «насладиться» полным спектром ощущений. И, кажется, все они сейчас сконцентрировались исключительно в ногах — самым препаскудным образом.
Нужно встать с асфальта, подобрать оружие, вызвать полицию… Сделать хоть что-то! Но всё, чего мне хотелось — это завыть, поскольку при малейшем движении ступни мои буквально вспарывало острой и режущей болью. Судя по всему, от обилия беготни и прочих телодвижений, вскрылись одновременно все раны, и мне даже не нужно было снимать ботинки, чтобы увидеть, как по бинту вверх медленно расползается кровавое пятно, кокетливо выглядывая над щиколоткой.
Приблизившись ко мне и, видимо, тоже углядев этот неприглядный нюанс, Фил сначала длинно выругался по-итальянски, после чего решительно заявил:
— Понял, сейчас всё устрою.
С этими словами он, успевший уже закинуть в багажник своё оружие, бесцеремонно подошёл и поднял меня на руки, а я… А мне было слишком хреново, чтобы вышло корчить из себя всю такую неприступную и самостоятельную.
— Как я и говорил — к доктору, ну подумаешь — небольшой крюк сделали, ничего, док Фитцджеральд — мировой мужик, мгновенно тебя подлатает, обещаю, — самоуверенно вещал Гилмур, усаживая меня в авто и устраивая там поудобнее.
— Да плевать… Я не понимаю, — нахмурилась я, ненадолго вынырнув из пучины самосожаления. — Я же первых две пули ему в башку положила — а ему хоть бы хны. Калибр у тебя, конечно, побольше, но не так чтобы прямо критично. В чём дело?