В глубину (СИ)
— Простите, что вмешиваюсь, — вдруг сказала Аринка, — но зачем вы все это рассказываете?
— А потом появилась ты, — Йу словно не заметила сказанного и улыбнулась. — Ты сама знаешь, он всегда утверждал, что чувства делают людей и Хранителей слабее. Он действительно верил в это. Но это правда только наполовину. Наши чувства делают нас слабее, да, но они же делают нас сильнее. С твоим появлением он изменился. Не знаю, как это объяснить, я это просто почувствовала. Все-таки он мой ребенок.
— Если он влюбился в Аринку, почему позволил ей и Терсу полюбить друг друга? — поинтересовалась я.
— Потому что в первую очередь он отвечал за равновесие. Никакие чувства не могли этого изменить. Поэтому ему пришлось ждать. И это не было для него легко. Страж равновесия был против того, чтобы вы с ним были вместе. Но сын придумал целую стратегию, чтобы доказать ему, что ты не помешаешь, что наоборот — ты необходима.
Я не сводила глаз с Йу и, только оглянувшись на комнату сына, увидела Аринку. Она сидела все так же неподвижно, выпрямив спину и подняв голову, но по ее щекам катились слезы.
— Почему ты не возвращаешься? — прямо спросила Йу. — Я же вижу, что ты любишь его. Разве тебе не тяжело без него?
Аринка закусила губу и ничего не ответила.
— Он уходит через три дня, — не дождавшись ответа, сказала Йу.
Аринка резко повернулась к ней:
— Куда? Зачем?
— Страж равновесия отвечает за несколько миров. Сын решил уйти в один из них. Страж дал ему свое позволение.
— Он утверждал, что не может уйти со мной в мой мир, поскольку у него нет замены, а в другой — запросто?
— Хотя мы и называем вас людьми внешнего мира, но на самом деле у нас с вами один и тот же мир. Ему можно найти замену здесь, но тогда ему придется уйти. Поскольку если есть один исполнитель роли Стража равновесия, второго быть не может. Либо сын здесь как Страж равновесия, либо его вообще здесь не будет. Сейчас замена есть, и он уходит.
— Навсегда? — выдохнула Аринка.
— Навсегда.
— А как же я?
— Он думает, что ошибся, и ты не нуждаешься в нем. Поэтому решил оставить тебя в покое.
— Почему я должна вам верить? — Аринка вытерла слезы и явно собралась с силами, я почти увидела, как она выключила все лишние эмоции. — Хранители умеют лгать, ваш сын — тоже. Может, ваш приход — это постановка?
— Я говорила ему, что начинать отношения со лжи нельзя. Но он ответил, что иначе этих отношений просто не будет. И он был прав, потому что все еще подчиняется решениям Стража равновесия. Он не дал бы вам быть вместе. Но неужели здесь, во внешнем мире, все говорят правду?
— Нет, у нас вранья еще больше, — покачала головой Аринка. — Но это мой мир, мне комфортнее здесь, а он… Он не очень-то рвется меня возвращать.
В глазах Йу засветилось понимание.
— Ты ушла сюда, чтобы иметь возможность и время подумать. Он дал тебе эту возможность. Теперь тебе нужно сообщить ему свое решение, каким бы оно ни было. Он не придет, пока ты не позовешь, уж ты-то должна это знать.
— Он уходит. Может, так будет лучше для нас обоих?
— Чего ты боишься? — мягко спросила Йу.
— Что пожалею, — прошептала Аринка.
— Пожалеешь, что осталась с ним?
— Пожалею, что осталась с ним. Или пожалею, что не осталась. Я не знаю!
— Ты хочешь получить и его, и свой мир, верно? Но это невозможно, тебе придется выбрать что-то одно.
— Почему? Почему выбирать должна я?
— Потому что он связан своими обязательствами, ты — нет. И особым выбором он не обладает. Либо вы вместе остаетесь здесь и продолжаете работу Стража равновесия, либо вы оба уходите в другой мир. Невозможно вернуть его силу назад, она — его часть. Если он останется здесь и откажется продолжать следить за равновесием, он просто перестанет существовать.
Аринка вздрогнула, но промолчала.
— Вспомни, как ты испугалась, когда увидела меня и решила, что с ним что-то случилось. И испугалась снова, когда узнала, что он уходит и не вернется.
— Я очень люблю его, — едва слышно сказала Аринка. Все-таки она это сказала! — Мне не нужно было уходить, теперь я не знаю, как вернуться. Все здесь держит меня.
— Он ждет тебя. Если раньше ты всегда возмущалась, что Терс и мой сын решали за тебя твою судьбу, то почему сейчас, когда жизнь двух людей зависит от тебя, ты прячешь голову в песок?
Аринка беспомощно посмотрела на меня.
— Что бы сделала ты?
— Вернулась к нему, — без раздумий откликнулась я. — Ты же пошла за ним, когда вообще ничего про него не знала! Я не очень понимаю, если честно, почему ты выбираешь страдание в одиночестве вместо жизни с любимым человеком. И какая разница, где именно вы будете, если вы будете вдвоем.
Аринка подошла к окну и замерла там. Как Йалу всегда шла к воде, когда ей нужно было подумать или успокоиться, так и Аринка собирала все свои мысли возле окна. И неважно, что там было за ним.
— Как вы вернетесь назад? — не оборачиваясь, спросила она.
— Меня перенесет Йалу.
— А меня сможет?
— Да.
— Я подумаю до завтра. Как я смогу с ней связаться?
— Она сама свяжется с тобой, я передам ей.
— Хорошо, спасибо.
— Тогда я, пожалуй, пойду.
Аринка развернулась от окна и подошла к Йу.
— Спасибо вам. Я понимаю, вы пришли ко мне ради него, но мне все равно приятно, что вы нашли на меня время.
Йу улыбнулась:
— Конечно, я хочу, чтобы мой сын был счастлив. Но для этого счастливой нужно сделать тебя.
АРИНА
Я и сама не знаю, почему так запуталась. Я точно знала, что люблю его, люблю просто бесконечно, весь мой мир теперь заключен в нем. Здесь, без него, я чувствовала себя словно на необитаемом острове. И он любит меня. Он, который всегда утверждал, что чувства не имеют над ним силы. Меня не могла понять не только Лелька, я и сама не понимала. Ведь с каждым днем я все больше скучала по нему, но никак не могла сделать первый шаг. Мне хотелось, чтобы он сам пришел ко мне, но я знала, что в данном случае он не будет вмешиваться. Хотя он отлично знает, как я к нему отношусь. Тем не менее, он хочет услышать об этом от меня. Выбор только за мной.
Когда ушла Йу, я пошла бесцельно гулять по улицам города, и разговор с ней уже в сотый раз прокручивался у меня в голове. «Он думает, что ошибся, и ты не нуждаешься в нем». Он не может в этом ошибаться, он знает, что нужен мне, но Йу права, он не придет, пока я не позову.
Перед глазами вдруг возник тот день, когда он впервые привел меня в свой дом. В наш дом. Как первый раз целовал меня, с какой нежностью прикасался. А я, несмотря на свою достаточно бурную юность, никогда не начинала отношения с секса. И любила я в то время совсем другого человека. Не знаю, да и не хочу знать, не использовал ли он свою магию, чтобы привлечь меня, но думаю, что нет. Меня потянуло к нему сразу, и я легко последовала за ним во всем. И в такие моменты рядом с ним я никогда не вспоминала о Терсе. Может, папа прав, и мы действительно предназначены друг для друга? Пусть даже старые легенды о его второй половинке оказались просто фантазией.
Я вспоминала, как бережно относился он ко мне все эти годы, как помогал освоиться, как чувствовал все, что со мной происходит. И как чувствовала его я. Он почти повсюду брал меня с собой, и перемещения с ним были намного мягче и комфортнее, чем с Терсом. И хотя передвигались мы, в основном, вокруг озера, мне казалось, что мы путешествуем по всему миру.
Уже стемнело, когда я добрела до набережной и опустилась на лавочку возле Амура. Жизнь вокруг продолжала кипеть, по дорожкам постоянно проносились люди на роликах, самокатах и велосипедах. Мимо проходили парочки, которые никого вокруг больше не видели, и целые семьи, где дети радостно и громко делились эмоциями. А я сидела одна и понимала, что это мой собственный выбор, хотя дома меня ждал тот, кто любил меня и кого любила я.
Я вздохнула. Прохладный ветерок взметнул мои волосы и словно погладил по голове. Умею я действительно на пустом месте создать супер проблему. Мое место там, возле него. Я потеряю себя как раз, если останусь здесь. И в его сердце возникнет пустота без меня, хотя с его контролем чувств этого не увидит никто, кроме, наверное, Йу.