"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Разрешаю тебе задать ещё вопрос, — сухо сказал король. — Только подумай хорошенько, о чём спросить. Мой ответ может много изменить в твоей жизни.
Сглотнув сухость в горле, Найра подумала, что Абрахаз всего лишь играет с ней, как играл все эти годы.
«Он всё равно меня не отпустит, — подумала она. — Я не гарант его безопасности. Он хотел убить меня ещё на скале, теперь бросает здесь, в пещере. Я привела к нему Атию и стала бесполезна. Будь я умнее, то могла бы спросить, могу ли ещё в чём-нибудь сгодиться?»
Но при одной лишь мысли о возможности вымолить себе жизнь, губы Найры как будто слиплись.
«Лучше умереть, чем спрашивать такое», — решила она.
— Так что? — напомнил Абрахаз с насмешкой. — Неужели совсем ни о чём не хочется узнать? Обещаю быть честным.
— Как тебя убить? — вырвалось у Найры прежде, чем она поняла, что именно хочет спросить.
Король даже отступил назад от изумления. Такого вопроса он точно не ожидал.
— Всё? — холодно осведомился Абрахаз.
Найра кивнула.
Он коротко и зло рассмеялся, потом ответил:
— А ты не такая дура, как кажешься.
— Ты обещал быть честным, — напомнила она.
— Короли держат обещания, — ответил Абрахаз. — Особенно перед смертницами.
Камень в груди, казалось, стал больше. Такая тяжесть! Найра судорожно вдохнула, стараясь схватить как можно больше воздуха. Ей казалось, что вместе с ним в горло попала колючая пыль.
— У тебя больное сердце, — заметил Абрахаз. — Это такая маленький кмочек, что так бодро и весело колотится в груди, когда ты радуешься; и замирает, когда страшно. У тебя, малышка Найра, комочек замирает чересчур надолго.
— Я знаю, что такое сердце, — глухо ответила она.
Вспомнилось, что впервые она почувствовала боль в груди, когда пришла навестить Фриду и узнала, что сестрёнке стало лучше. Найре бы радоваться, плясать и ликовать, а она буквально рухнула на дорожку, схватившись за грудь. Врачеватель Окато тогда ещё сказал, что ей нельзя так сильно волноваться.
— Ты не ответил, как тебя убить, — с хрипотцой в голосе произнесла Найра. — Пытаешься увильнуть от ответа, король?
Она вдруг поняла, что больше его не боится. Совсем. Что он может ей сделать? Что может отнять у той, которая и без того всё потеряла.
Она любила мужчину с Рудника, но его забрала Река.
Любила сестру, но та стала чудовищем, и Найра сама желала её смерти.
Наконец, любила ребёнка, который мог заменить ей и сестру и не рождённых детей — но этот человек, который прячет своё лицо под маской, забрал у неё даже Атию.
— Убить меня может только избранная, только в моём мире, куда можно попасть с помощью девочки-дракона. Теперь понимаешь, почему эта девочка так важна для меня?
— Но почему только в твоём мире? — спросила Найра.
Абрахаз рассмеялся:
— Ты уже закидала меня вопросами, рыжуля. Но так и быть, на этот тоже отвечу. Потому что меня здесь нет.
Найра открыла рот, чтобы спросить, как это его нет, если он здесь? Но король её опередил.
— Всё это время я не выходил из своего дворца в мире Отуа, — сказал он.
И прежде чем Найра успела опять удивиться, исчез. Некоторое время она тупо смотрела на место, где он только что стоял. Потом заметила, что плотная стена из мерцающей пыли разлетелась по пощере множеством сверкающих точек.
«Я свободна?» — толкнулась в голове Найры робкая мысль.
Не веря собственным глаза, девушка протянула руки, опасаясь наткнуться на невидимую преграду. Но её не было! Найра могла беспрепятственно ходить по пещере. Впрочем, пещера ей была не нужна, а вот выход из неё…
Тут она заметила, что мерцающая пыль гаснет, так что пещера быстро погружалась во мрак. Нужно успеть добежать до выхода, пока не станет темно! С бешено колотящимся сердцем Найра рванула по коридору. Однако, не успела сделать и двух десятков шагов, как её окутал кромешный мрак. Найра остановилась, ослеплённая и оглушённая мыслью, что умрёт здесь.
Об этой пещере никто не знает, а значит, Найру даже не найдут. Она умрёт здесь от голода и жажды.
— Я ещё жива! — прошептала она, чтобы хоть как-то себя поддержать. Голос прошелестел вдоль стен, будто сухой цеплюч.
 
— Я ещё жива! — громче повторила Найра и добавила, обращаясь к невидимому Абрахазу: — Слышишь ты, трусливый король?! Я жива и выберусь отсюда! Я прямиком пойду в Элсар и предупрежу его жителей, что вы хотите сделать. Вы, прячущие свои лица под масками! И вам уже не удастся напасть на нас также внезапно и подло, как на Сухири. Мы не отдадим свой город! Мы будем сражаться, мы…
Горло перехватило, и Найра закашлялась. Воды бы. Хоть один глоток. Горло казалось засыпанным пылью. Прокашлявшись, Найра прислушалась: кроме её дыхания и стука сердца других звуков не существовало.
«Я ещё жива! — упрямо, но уже в мыслях повторила она. — Я знаю, где у этой пещеры выход и найду его даже в темноте. Я обязательно выберусь наружу. Буду продвигаться вперёд шаг за шагом. Я азарка, а мы боремся до последней капли… жизни».
Вытянув вперёд руки, она начала продвигаться вперёд небольшими шажками. Скоро должен быть поворот, а там и выход. Скоро, очень скоро.
Чтобы подбодрить себя, Найра представила, будто уже вышла наружу, спустилась с горы, подошла к городским воротам и постучала в них массивным тяжёлым молотком. Наверху произошло движение, и в одной из бойниц появилось лицо стража с покрасневшими от бессонной ночи глазами. Сон из них мигом ушёл, и страж крикнул кому-то за спиной:
— Эй, смотрите! Это же шлюха Найра! Мы весь город перевернули в её поисках, а она сама в ворота стучит и бояться не собирается.
— Открывайте скорее, болваны! — перебила его Найра. — У меня срочное донесение для Великого Хранителя!
— Для самого Великого Хранителя? — рассмеялся страж. — Может, всё-таки для кого помельче?
Однако ворота уже открылись, к Найре вышли несколько стражей, связали ей руки за спиной и повели во дворец Великого Хранителя. Почему-то путь из проходил через подземные закрученные переходы и пещеры, своды которых были так низко, что Найре приходилось не только наклонять голову, но и сгибаться в три погибели. И всё равно она чувствовала, как шершавый камень царапает ткань на платье.
«Надо же, — с удивлением подумала она, — Великий Хрантель Элсара тоже живёт в пещере!»
Наконец, стражи остановились в огромной зале освещённой так ярко, что у Найры зажгло глаза. Великий Хранитель сидел в кресле с высокой спинкой, облачённый в свою красную мантию, и смотрел на Найру сурово и беспощадно, будто собрался отдать приказ немедленно казнить её на площади Правосудия. От страха у Найры отказали ноги, и она рухнула перед ним на колени…
— Говори, что хотела, — раздался над ней голос правителя.
Найра вдруг поняла, что не в силах вымолвить ни слова. Горло так сдавило от сухости, что она не могла сглотнуть. Язык распух и, казалось, хотел её задушить, слюна прогоркла, голова раскалывалась от боли, и Найра никак не могла вспомнить, что собиралась сказать. Кажется что-то о Фриде… или Атии. Что-то очень важное! То, что всё перевернёт и изменит…
— Пра-матери… нет-т-т, — прохрипела Найра и обессиленно уронила голову на грудь.
Яркий свет погас, и она вновь оказалась в кромешной темноте. Ощупав камни вокруг себя, Найра поняла, что сидит на полу, привалившись спиной к стене. По-прежнему невыносимо хотелось пить.
«Всё это мне привиделось, — подумала она. — И ворота, и разговор с Великим Хранителем».
Найра вспомнила, как шла, всё вперёд и вперёд, надеясь вот-вот найти выход, но его не было. А потом она устала, смертельно устала.
«Чуть-чуть посижу и пойду дальше», — подумала она и сползла по стене на пол.
Так она и сидит здесь с тех пор.
«Я ещё…» — Найра забыла, каким должно быть окончание фразы.
Хотела подняться, но поняла, что от слабости не может даже пошевелить рукой. Камень в груди стал ещё больше. Пройдёт немного времени, и она станет частью этой пещеры. Её волосы врастут в стены, кости создадут в них новые выступы. И случайно забредшему сюда путнику будет казаться, будто он слышит тихий шёпот, звучащий из толщи камней: