"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Несколько человек, из тех, что были в зале, уже неуверенно поднялись, чтобы задержать её. Внезапно взгляд Найры упал на сидящего за столом внука кухарки. Радостно разинув рот, Леви наблюдал за происходящим.
Решение пришло мгновенно. Она схватила со стола нож, метнулась к мальчику, схватила его в охапку, сорвала со стула и приставила к горлу нож. Девушки в зале завизжали, мужчины замерли в растерянности. Никто не ожидал от Найры подобного. Она и сама от себя не ожидала. Леи всхлипывал; Найра чувствовала, как под рукой трепещет его сердечко.
Из кухни на шум вышла кухарка. Увидев Найру с внуком, она выпустила из рук кувшин, и тот разбился на мелкие осколки.
— Бабуля! — заверещал Леви.
Кухарка с воплем бросилась к нему, но один из стражей перехватил её и оттащил в сторону, что-то наговаривая на ухо. Кухарка мотала головой, глядя на Найру с ненавистью.
Мужчина в форме агента медленно спустился с последней ступеньки.
— Не подходи! — заорала Найра.
Мужчина выставил руки ладонями вперёд, сказал, картавя:
— Успокойся, Найга. Никто не хочет тебе плохого.
Она истерически хохотнула:
— Да неужели?!
— Конечно.
— Пусть все отойдут от двери! Я выйду из дома и отпущу мальчика.
Стражи вопросительно смотрели на картавого.
— Пусть выйдет, — сказал он.
— Неееет! — завопила кухарка.
— Заткните её уже, — поморщился картавый.
Страж закрыл кухарке рот широкой ладонью. Она закатила глаза и обмякла в его руках, потеряв сознание.
— Можешь идти, Найга, — сказал картавый.
— И не догоняйте меня! — крикнула она. — Я не отпущу его, пока не спасусь!
— Ты же сказала, тебе только из дома надо выйти! — глухо заметил один из сидящих за столом клиентов.
— Чтобы меня тут же схватили? — взвизгнула Найра. Рука, сжимающая нож, сильно дрожала.
— Освободите двеги! — рявкнул картавый на перекрывших выход мужчин.
Одновременно с этим Найра заметила, как он кивнул усачу слева. Она поняла, что это обманка, они всё равно её не выпустят.
Она сделала вид, что поверила. Часто оглядываясь на дверь, отступила. Когда до порога остался один шаг, швырнула мальчишку прямо на усача и выбежала из дома.
Не оборачиваясь и не чуя под собой ног, помчалась по пустынным улицам. В голове лихорадочно билась мысль: «Только бы добраться до улицы Костей!"
Она знала, что там есть сарай, в котором несколько досок отодвигались.
Вот и нужное место. Задыхаясь от бега, Найра бросилась к стене сарая. В тишине улиц слышался топот ног. Найра отогнула доску, пролезла внутрь. Оставляя на пальцах занозы, задвинула доску на место. Отползла подальше, наткнулась на что-то твёрдое. На неё повалились мётлы и грабли. Чувствуя себя совершенно обессиленной, Найра даже не попыталась их сдвинуть. Так и лежала, прижавшись к холодной земле и тяжело дыша.
Мимо сарая протопали тяжёлые сапоги.
Удалось! Спряталась!
…
Она пролежала так всю ночь — вздрагивая от каждого шороха и ожидая, что сейчас стражи вернутся и вломятся в сарай. Но время шло, стражи не возвращались, и Найра осмелилась выбраться из-под мётел, сесть.
Однажды она уже скрывалась в этом сарае от сумасшедшего клиента, который с чего-то решил, что она должна принимать только его, а узнав, что к Найре ходят и другие, подкараулил девушку на улице. Она на силу унесла от него ноги. Убегая, заметила, что в одном из сараев отогнута широкая доска, так, что может пролезть взрослый человек. Отсиделась здесь, пока сумасшедший не убежал дальше. Вернулась в Весёлый дом, пожаловалась Хозяйке, и та напустила на сумасшедшего Рая с Гримом, которые занимались прочисткой мозгов как раз таким клиентам. Найра потому и держалась за Весёлый дом, что знала — всегда можно прийти и пожаловаться Хозяйке на трудности, она защитит. Вернее, защищала. А сегодня сама сдала стражам. Найра зажмурилась и заскулила: все в Весёлом доме были в сговоре — начиная с Леви и заканчивая Хозяйкой.
А она даже не знает, в убийстве кого обвиняется!
Скоро начнёт светлеть Купол, и ей нужно убраться из города: в Сухири или на Большие кочки. Лучше в Сухири. Теперь, когда она может пить неоткукренную воду, ей не придётся тратить камни на отккуренную. В Сухири наймётся к кому-нибудь на работу — а что, она сильная и не боится тяжёлой работы. А потом… вдруг судьба улыбнётся, и Найре удастся встретить хорошего мужчину, который не будет знать о её прошлой жизни? Они построят свой дом, Найра родит детей, и всё у них будет, как у всех — тихо и мирно. В, конце концов, своими мытарствами она заслужила счастье. И ничто никогда не будет напоминать о произошедшем сегодня в Весёлом доме. О том, как она держала в руках нож, приставленный к горлу ребёнка. Хоть и не собиралась убивать его — всё равно.
Найра так расчувствовалась, что заплакала. Слёзы катились по щекам, задерживались на губах, и Найра слизывала их языком. После того, как она схватила Леви, никто не поверит, что она не убийца. Но что она могла поделать? Сдаться? Надеяться на честный, справедливый суд? Какая может быть честность, если Хозяйка, которая заменяла Найре мать, предала её, обманом завела в комнату, где поджидали стражи. Нет, она всё сделала правильно, как велели сердце и осторожность.
Внезапно она почувствовала голод. Даже удивилась себе самой — как можно в такую ночь в её положении ощущать голод? Но, удивляйся, не удивляйся, в животе появились голодные рези. Найра попыталась вспомнить, когда последний раз ела — кажется, у Магды и, кажется, это произошло много жизней назад.
Она вновь попыталась отвлечься, стала думать о Магде и её странном поведении, когда они ни с того ни с сего выгнала Найру и даже угрожала ножом. Нужно будет сходить к ней, когда Гай вернётся и выяснить, что это на Магду нашло. Может, это она без Гая стала такой бешеной? Девушки в Весёлом доме говорили, что у некоторых женщин такое бывает — ударяет в голову от воздержания. Если так, то Магду хорошенько приложило.
Рези в животе стали сильнее. Найре казалось, что её протыкаю раскалённые иглы. Нужно найти еду и прекратить эти мучения.
Она вспомнила, что торговцы на Рыночной площади, закрывая вечером лавки, выбрасывали испортившуюся за день еду — для нищих. Конечно, рассчитывать, что сейчас много осталось, глупо — на охоту надо отправляться с вечера — но может, хоть что-то перепадёт?
Найра осторожно выбралась из сарая, поёжилась от утреннего холода. Выросший за ночь, молодой и робкий цеплюч, покусывал голые ноги и неуверенно цеплялся за край платья. Найра побежала по пустынным улицам к площади. Голод гнал её вперёд, заставлял преодолеть страх.
Вот и Рынок. Пустые лавки торговцев смотрели на неё чёрными провалами прилавков. В арку, ведущей к улице Двух Богинь, шмыгнула крупная крыса. За домами раздались мужские голоса. Найра вздрогнула всем телом, ей показалось, что она узнала в одном из них картавого агента. Она метнулась к ближайшей лавке, забежала внутрь, остановилась, давая глазам привыкнуть к полумраку.
Голоса приблизились.
— Нужно осмотгеть каждую лавку, — сказал картавый. — Вы идите по левой стогоне, мы с Феликсом по пгавой. Посегедине встгетимся.
Найра, наконец, разглядела, что в углу свалены корзины. Хорошее укрытие. Она бросилась туда и остановилась, как вкопанная: на полу за корзинами сидела Мира. Та самая мокрозява, которую Сьюзи продала в Башню. Всё это время Найра старалась про неё не вспоминать, сразу начинал душить стыд, и она становилась самой себе противна. Ведь это она познакомила Сьюзи с Мирой и едва сама не стала соучастницей подлости — одумалась в последний момент. Но она была уверена, что Мира до сих пор в Башне с другими мокрозявами…
Мира что-то сказала, глядя на Найру с мольбой и страхом, но она даже не разобрала слов. В лавку вломились стражи. Увидев Найру, один радостно закричал:
— Есть! Мы нашли её!
Она метнулась к выходу, надеясь прорваться, но было слишком поздно. Мужчины схватили её, бросили на пол.