"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Мира опять заходила из угла в угол.
Всё упиралось в мотив. Зачем Астафье было подставлять мокрозяв? Чего она добивалась этим убийством? Мира вспомнила, как впервые встретившись с магиней, сразу почувствовала исходящую от неё слепую и всепоглощающую ненависть. Если бы можно было выяснить причину…
Её взгляд упал на сундук, и Мира вспомнила о зеркале, которое убрала туда. А что если попробовать использовать его для слежки за магиней?
Она бросилась к сундуку, достала зеркало и впилась глазами в собственное отражение: на бледном лице алел лихорадочный румянец, глаза блестели. И что дальше? Как заставить его работать на себя, а не против? Если магиня наблюдает за ней, наверняка, сейчас недоумевает, что значит эта сцена? Мира часто заморгала, делая вид, будто что-то попало в глаз. Оттянула нижнее веко, закатила глаза наверх, поводила из стороны в сторону.
«Как же мало я знаю! — думала она. — Постоянно падаю в лужу своего невежества. Если бы у меня появился учитель, который рассказал всё, начиная с азов и заканчивая вещами высокого уровня!»
В дверь тихо постучались.
Мира испуганно вскинулась, удивлённая тем, что не услышала шагов.
— Кто там? — спросила она.
— Это Бренн, — раздался уже знакомый голос. — Можно зайти?
— Подождите… — крикнула Мира, торопливо убрала зеркало обратно в сундук и закрыла крышку: — Заходите.
Двери раздвинулись, в комнату вошёл Бренн.
— Привет, — улыбнулся он. — Зашёл посмотреть, как ты устроилась. Может, помочь в чём?
Он скользнул взглядом по стене, задержался на месте, где раньше висело зеркало. Но ничего не спросил.
«Кто его послал? — подумала Мира. — Даяна? Хадар? А, может, Астафья?»
— Что-то не так? — спросил Бренн.
Она повела плечами:
— Нет, всё так. А что?
— Ты смотришь на меня, как на скорпиона.
«Хочешь поиграть в откровенность? — подумала Мира с мрачной усмешкой. — Изволь, поиграем».
— Почему вы предлагаете мне помощь? — спросила она. — Вы меня совсем не знаете, как и я вас.
— Я знаю о тебе достаточно, — ответил Бренн, серьёзно глядя ей в лиц. — Я видел твой турнир.
Мира вспыхнула, опустила глаза.
— Мне понравилось, что ты хотела объединиться с противницей, как заботилась о ней, — продолжал Бренн. — Это было…
— Глупо, — усмехнулась она.
— Благородно, — поправил он. — В Азаре дефицит на благородные порывы. Но именно потому они так ценятся.
— Проявлять благородство, когда тебя используют, нелепо, — сухо заметила Мира.
— Самые нелепые поступки человек совершает всегда из благороднейших побуждений, — возразил молодой человек.
Она подумала, что уже слышала эти слова раньше.
— Оскар Уйльд, — подсказал Бренн.
«Значит, Бренн не коренной азарец, а тоже из мокрозяв», — отметила она.
— Я должна была с самого начала понять, что Алекса не станет со мной объединяться и играть против оргов, — сказала Мира, возвращаясь к теме.
— Нет, не должна была, — заметил Бренн. — Ты поступила так, как велела тебе совесть.
Мира горько усмехнулась.
— Я тоже хочу поступить так, как велит совесть, — продолжал он. — Поэтому можешь считать меня другом. И, прежде всего, перестань мне «выкать».
«А могу не считать», — мысленно ответила Мира.
Вспомнились слова Гая: «Доверяй только себе. Этого вполне достаточно».
А потом бросил её совсем одну, уехав по своим неотложным делам. Он был хорошим учителем, и больше она не наступит на грабли доверчивости. Однако Бренну об этом знать необязательно. Пусть считает её дурочкой, которая не учится на ошибках и готова вновь с широко открытыми глазами падать в бездну лжи и предательства.
Может, этот голубоглазый щёголь и впрямь сгодится для чего-нибудь полезного. Мира открыто улыбнулась; он улыбнулся в ответ. Возникла неловкая пауза, которую требовалось чем-то заполнить.
— Тот фонтан во дворе, — сказала она первое, что пришло в голову: — Вода в нём откукренная?
— Конечно, — ответил Бренн. — На территории Азара неокукренная вода только в Башне.
«Фигасе!» — подумала Мира.
— Но ведь это ужасно расточительно! — воскликнула она вслух.
 
— Расточительно, но не ужасно, — улыбнулся молодой человек. — Хадар использует техническую воду.
— Как понять техническую?
— Есть вода, которую кукрят мокрозявы, она идёт в пищу. А есть та, которую обрабатывают маги. Пить её не рекомендуется, от неё случается серая хмарь, но для поливки и прочих нужд она годится. Она тоже не дешёвая, однако господин Хадар может себе это позволить.
Что-то в его интонации сказало Мире, что Бренн люто и искренне ненавидит господина Хадара. Но могло и показаться… Тем не менее, Мира мысленно поставила на этом галочку.
И тут она придумала, как заставить Астафью показать руку.
— Скажи, здесь можно принять горячую ванну? — спросила она.
Бренн явно не ожидал такого поворота в разговоре и запнулся, прежде чем ответить:
— Да, можно. Есть специальная комната.
Мира широко улыбнулась:
— Прекрасно! Даяна прислала сюда магиню, чтобы она помо…
Она вдруг подумала, что до сих пор неверно оценивала роль Астафьи и поправилась:
— Чтобы она прислуживала мне. Можно передать ей, чтобы подготовила для меня ванну?
Бренн смотрел на неё в лёгком недоумении.
«Астафье придётся закатать рукава, — подумала Мира. — А когда у меня появятся доказательства, можно идти с ними к Хадару. Ему придётся принять их».
— Надеюсь, я не прошу слишком много, — скромно сказала она.
— Нет, конечно, нет, — заверил Бренн. — Я передам, чтобы тебе подготовили ванну.
Он стоял, явно не зная, остаться или уйти.
— Горячую, — напомнила Мира. — В Башне вода была, но только холодная. А мне так хочется погреться!
— Хорошо, — произнёс он.
— И, пожалуйста, пусть непременно будет Астафья! — она пристально смотрела ему в глаза.
Ей показалось, что по лицу молодого человека прошла тень.
— Хорошо, — повторил он. Хотел сказать что-то ещё, но сам себя остановил и произнёс другое: — Я пойду, найду Астафью. Вижу, тебе не терпится принять ванну.
Она смущённо улыбнулась.
Когда он вышел, Мира провела ладонями по лицу: щеки пылали от волнения.
— Что я задумала? — пробормотала она. — Если убийца не Астафья, я просто поставлю себя в глупое положение. Хадар и Даяна будут надо мной насмехаться и, наверняка, припоминать при каждом удобном случае. Но это я переживу. А вот если убийца действительно Астафья, то главное её не вспугнуть. Тогда у меня нет права на ошибку, использую криво — магиня сбежит, и я уже не смогу спасти Найру.
Она взволнованно вздохнула и сжала пальцы.
— Хорошо, попробуем пойти от противного и докажем, что убийца не Астафья, — продолжила рассуждать Мира. — В первую очередь, я узнала её по глазам. У ЛжеМагды была внешность Магды, а глаза другого человека. Убийца маг, так как смог принять другое обличье. За время проведённое в Азаре я познакомилась с двумя магинями — Даяной и Астафьей. У Даяны глаза карие, у ЛжеМагды были светло-голубые, как и у Астафьи. Кроме того, у неё болит рука, у Даяны — не болит. Значит, пока мне удалось доказать только невиновность Даяны, да и то лишь в непосредственном нападении. Доказать невиновность Астафьи не удалось.
В коридоре раздались шаги. Мира бросилась к кровати, легла, закрыла глаза, и придала лицу безмятежное выражение, словно ничто её не тревожит, она спокойно дремлет после обеда.
В комнату вошла Астафья — Мира даже с закрытыми глазами чувствовала её бессильную злость и ярость голодного хищника. Если до этого у Миры оставались сомнения насчёт виновности магини, сейчас их не стало.
Астафья коснулась её плеча — Миру будто ударило электрическим током. Она вздрогнула всем телом, открыла глаза, злясь на себя, что не смогла доиграть безмятежность до конца.
По губам Астафьи скользнула улыбка превосходства.
— Не хотела тебя напугать, — заметила она.
— Я не напугалась, просто… задремала, — ответила Мира, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но он, предатель, подрагивал.