"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Ты заходи, раздевайся, а мне надо тут ненадолго, — скороговоркой сказала она.
Девчонка посмотрела на неё со страхом и подозрением.
— Не бойся, я тут, рядом, — она указала на сундук у стены: — Можешь пока выбрать себе что-нибудь из моих тряпок. И если кто будет стучаться, даже голос не подавай.
Мокрозява кивнула и вошла в комнату так осторожно, словно боялась провалиться сквозь пол.
Закрыв дверь на ключ, Найра побежала к Сьюзи.
Подруга — в прозрачной нижней сорочке и с собранными наверх кудрявыми чёрными волосами — выводила цеплюч на окне. Капнув на стебель, она с удовольствием наблюдала за тем, как он жухнет, а потом лопаточкой растирала его в пыль. При появлении Найры, подруга занятие не прервала, разве что петь перестала. Закрыв дверь, Найра воскликнула:
— Сьюзи, мне нужна твоя помощь!
— А? — переспросила та, сжигая очередной стебель.
— Даже не знаю, как сказать… В общем, у меня в комнате мокрозява!
Рука подруги замерла в воздухе.
— Откуда? — ошеломлённо спросила Сьюзи.
— Так вышло. Гай её выловил, вёз в Башню, а… — Найра подумала, что Сьюзи не нужно знать про смерть доходного клиента. — Она от него сбежала.
— И сразу к тебе в комнату? — подруга прищурила красивые тёмно-карие глаза.
— Да нет же! Это долго рассказывать. В общем, я теперь не знаю, что с ней делать.
— Выгнать, конечно! — Сьюзи поставила бутылёк с выводилом на стол.
— Нет. Придумай что-нибудь другое.
Найре показалось, что в коридоре раздался приглушённый стук. А вдруг мокрозяву уже нашли? Найру прошиб горячий пот.
— В общем, ты это… Думай и заходи ко мне, — торопливо сказала она. — А я пойду. Нельзя оставлять её надолго одну.
Не успела Сьюзи ответить, как Найра выбежала из комнаты. Слава Праматери, коридор был пуст, дверь комнаты закрыта. Открыв её, Найрав растерянности замерла на пороге: мокрозявы не было.
— Мира? — растерянно позвала Найра, заходя в комнату.
— Здесь я, — раздался голос из-за двери.
Закрыв её, Найра увидела чужачку. Та стояла, прижавшись к стене. Плащ она сняла и бросила рядом с собой на пол, оставшись в мужицкой одежде: штанах и белой рубашке без рукавов.
— Боялась, вдруг не ты, — объяснила Мира со смущённой улыбкой.
— А… Это правильно, — одобрила Найра. — Не скучала без меня?
— Не успела, — девчонка подняла плащ, хромая и морщась при каждом шаге, подошла к разобранной кровати.
Только сейчас Найра заметила, что мокрозява босая.
— Ты что, ноги натёрла? — удивилась она.
— Угу. Пока шли, было терпимо, а как села: писец котёнку, — положив плащ на край кровати, она села рядом, вытянув ноги и ссутулившись. Короткие волосы торчали в разные стороны, под глазами залегли чёрные тени. Тощая, с выступающими ключицами и маленькими сиськами: такую даже к клиентам не выпустишь, только опозоришься.
— Скажи ещё, что тебе больно, — заметила Найра, кивнув на её ноги.
— Нет, щекотно! — поморщилась та.
— Мокрозявам не бывает больно, — поучительным тоном сказала Найра. — Поэтому либо ты врёшь, либо не мокрозява.
— Да ладно!
Пропустив её возглас мимо ушей, Найра продолжала рассуждать:
— Но если Гай сказал, что ты мокрозява, значит так и есть. Он в таком деле ошибиться не может. Получается, ты мне врёшь! — радостно закончила она.
— Здравствуйте, Капитан Очевидность! — ядовито воскликнула Мира. — Блин, голимая дискриминация! И откуда же такая уверенность, что мокрозявам не бывает больно?!
— Это все знают.
— Кто все?
— Все! Весь Город, Островные, и в Лечебнице, и на Руднике. В Лесу наверняка тоже знают, но я от них не слышала.
Мира смотрела на неё исподлобья.
— Любому живому существу бывает больно, — сказала она.
— Так то живому! — фыркнула Найра. — А то мокрозявам.
Чужачка невесело рассмеялась:
— Вот так. Говорили, говорили и договорились. Значит, мокрозявы это ваши ожившие покойники? Зомби?
— Нет, покойники — это покойники. А мокрозявы — это мокрозявы.
Видимо её уверенность подействовала на чужачку. Некоторое время она внимательно смотрела на Найру, потом кивнула своим мыслям и сказала:
— Значит, я не мокрозява. Потому что мне больно. Я на ноги наступить не могу.
Найра в раздумии покачала головой: странно, конечно, но может, Гай ошибся?
— Он выловил тебя из Мёртвой Реки? — спросила она.
— Из какой-то реки он меня точно выловил. Уж не знаю, мёртвая она или при смерти.
— У нас нет Реки Присмерти, — сказала Найра.
Чужачка скривила губы в усмешке:
— Чувства юмора у вас тоже нет.
Найра поняла, что ноги девчонке всё-таки нужно вылечить. Вздохнув, она достала тряпку, бутылку с уже использованной водой. Ещё раз вздохнув — одёжку ей дай, водой поделись — намочила тряпку и протянула Мире.
— Протри ноги, — сказала она.
Девчонка села, морщась, вытянула ноги, и Найра увидела, что они покрыты кровавыми мозолями. Может, у неё какой-то особый вид мокрозяв? Подняв голову, она встретилась взглядом с Мирой.
— Ничего, смажем лечебной мазью и будут, как новенькие, — сказала Найра.
— Меня в принципе и старенькие устраивали, — откликнулась мокрозява.
Они одновременно улыбнулись, и Найра почувствовала, что в комнате, будто бы стало теплее.
— Протирай давай, — повторила она.
Мира подчинилась и потом, когда Найра смазывала ей ступни мазью, не ныла, хотя мазь жжётся. Уж кому, как не Найре знать — после нападения островного именно ею и лечили.
Порывшись в сундуке, Найра нашла две большие тряпки и кинула на колени мокрозяве:
— Оберни ноги.
Бросив взгляд на окно, поморщилась: «Эх, цеплюча наросло. Надо срочно выводить, не то скоро свет закроет».
— Я так понимаю, ты много знаешь о мокрозявах, — подала голос Мира.
Найра пожала плечами:
— Не больше других.
— Кто-нибудь из них возвращался домой? — голос девчонки задрожал.
— Куда? — удивилась Найра.
— Домой! Откуда меня закинули в ваш дебильный мир! — кажется, она готова была расплакаться.
Что такое «дебильный мир» Найра не знала, но судя по интонации мокрозявы, ничего хорошего. Решила, что самое верное в таком случае, оскорбиться.
— Город, как город, — сухо сказала она. — Не нравится, плыви в Сухири. Только лучше тебе там не будет. У них даже мокрозяв своих нет, они всю воду у нас покупают. А если получится, мокрозяв воруют. Лодочники рассказывали, что их там в ужасных условиях держат. Заставляют кукрить без отдыха.
Кажется, девчонка испугалась.
— Как это воруют?
— Подкупают лодочников. Несколько годин назад у нас одного лодочника на Площади казнили за то, что мокрозяв продавал Сухири. Но тогда мокрозяв много появлялось. Хранители не могли за всеми уследить. Сейчас гораздо меньше. В любом случае, тебе повезло, что тебя Гай выловил. Он только на Башню работает.
Миру передёрнуло. Кажется, она хотела сказать что-то резкое, но в последний момент сдержалась и глухо спросила:
— И что с ними… с нами делают в Башне?
— Не знаю. Тебе лучше кого-нибудь из мокрозяв расспросить.
— А лодочники что, не рассказывали? Я так поняла, они бывшие мокрозявы, которые перешли на более высокий уровень. Типа сделали успешную карьеру.
Опять она говорит непонятными словами!
— Лодочники не мокрозявы, — поморщилась Найра. Мира уже порядком утомила её странными вопросами.
— Но ведь они не боятся воды. Значит, мокрозявы.
Найра вздохнула: о, Праматерь, как можно быть такой глупой?
— Лодочники не могут кукрить, — ответила она таким тоном, словно разговаривала с ребёнком.
Мокрозява поднялась с кровати и в задумчивости прошлась по комнате от окна к двери и обратно.
— Получается, лодочники: это бракованные мокрозявы, — сказала она. — Бесполезные ошибки природы, — она усмехнулась: — Наверняка, в Башке мокрозяв тестируют на профпригодность. Тех, кто может кукрить, оставляют, а никчёмные становятся лодочниками. Только и могут, что плавать в своих деревяшках и вылавливать нормальных людей, — последнее она сказала с особенным удовольствием.