"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Матушка снова пыталась что-то возразить мол, где такое слыхано, чтобы царь на кухне спину гнул будто какой-то повар, но я лишь предложил ей присоединиться, и в итоге она тоже вместе со мной и Софией нарезала ингредиенты для оливье. Вот такие у нас получились семейные посиделки.
Матушка по-прежнему неодобрительно ворчала. Но я лишь весело отшучивался и продолжал нарезать варёную картошку и солёные огурцы. Хоть император и является главенствующей ролью в моей жизни, но всё-таки я ещё и муж, сын, а даст Бог, скоро и стану отцом. И это тоже немаловажная часть моей новой жизни в этом мире. Майонеза, или, как его правильно именуют — соуса провансаль в банках или тюбиках, как я привык, здесь нет, пришлось судорожно вспоминать рецепт и творить. Оказывается, при желании можно вспомнить и текст, написанный мелким шрифтом.
Большое внимание уделил и другим моментам. Шампанское решил не заказывать, в квас и сбитень на Новый год раздобыть удалось. Правда вот с мандаринами вышло сложнее. Оказывается, в Российской империи мандарины просто не знают. По крайней мере распорядился, чтобы доставили из южных стран апельсины. Хоть какой-то запах цитрусовых будет под Новый год.
София рассказала о весёлой традиции, которую придумал и решил ввести её муженёк, своему отцу. Поведала о хвойных деревьях что нужно украшать и о том, как я сетовал, что не могу найти какие-то цитрусовые, со смешным названием мандарины.
А ответ на это султан прислал нам несколько ящиков турецких фруктов танжеринов. И каково было моё удивление, когда, открыв ящики, я обнаружил те самые мандарины. Вот же чудеса! Я и не знал, что у мандаринов такое интересное название в Турции. Хотя, кто его знает, какое название было раньше, и из чего эти плоды появились.
Ещё турецкий султан, проникнувшись рассказом дочери, прислал нам небольшой кипарис. Видимо, Омар Фарук считал, что в России на зиму ёлки осыпаются, вот и прислал такой подарочек. Они-то настоящей русской зимы даже и не видели. Не представляют, что такое еловый лес, заваленный снегом.
Хорошо, что ещё не прислал пальму, а то вдруг у меня бы появилось желание вокруг этой пальмы кружить хороводы и петь песенку «Маленькой пальмочке холодной зимой». Или чунга-чангу на худой конец.
Кипарис был не таким большим, как ёлка в холле, поэтому мы его поставили у себя в спальне, а София его украсила своими драгоценностями. Большую часть драгоценностей, с которой она прибыла в Санкт-Петербург, она пожертвовала на танковую колонну. Но вдовствующей императрице Александре Фёдоровне и моим тётушкам отчего-то нравилось одаривать мою жену драгоценностями. И запасы золотых изделий с бриллиантами у Софии только росли. Видимо, она не совсем поняла суть ёлочных игрушек, но по итогам наш маленький новогодний кипарис стоил баснословных денег. Если бы кто-то решил его утащить, то он, наверное, обогатился бы на всю оставшуюся жизнь, причём, хватило бы и внукам, и правнукам, а то и смог бы несколько танковых колонн оплатить.
Когда мы наконец приготовили все угощения, матушка вдруг вспомнила, что сейчас пост. Но немного подумав, я убедил Ольгу Николаевну, что ни я, ни София, которая приняла недавно православие, не являемся ортодоксальными христианами. Мне, если честно, поститься в Новый год совсем не хотелось. Да и пост нестрогий, а Софии, как беременной, положено послабление. Поэтому я с чистой совестью успокоил матушку и пообещал, что попрошу Бога отпустить нам грехи за нашу маленькую слабость.
Хоть сам и ввёл эту традицию, настоятельно просил матушку и Софию сильно не тратиться на новогодние подарки. Однако сам подготовил для Софии прекрасное изумрудное колье. Хоть я и прижимистый, и стараюсь особо деньги не тратить на пустые вещи, а только на полезные или на то, что принесёт пользу России, но всё-таки не могу себе не позволить хоть как-то порадовать свою маленькую императрицу. Всё-таки она это как минимум заслужила, да и нравится мне делать для неё хоть что-то приятное.
Глава 12
Ярославль
Первое января на Руси всегда был непростым днём. А утро первого января и вовсе имело особенность куда-то пропадать. Вот, значит, пробили куранты, закончилось тридцать первое декабря, а потом вдруг раз — и уже второе января. Как правило, принято его встречать с похмельной головой и измазанным в салатах лицом, ну и другими неприятными моментами, о которых потом стыдно вспоминать. И сколько бы потом ни ломал голову, так и не поймёшь, как добрался до таких приключений?
Но есть в этом и своя прелесть. После тридцать первого декабря несколько дней ещё питаешься остатками винегрета, оливье и селёдкой под шубой, которая, к слову, от времени становится только вкуснее.
И, казалось бы, радоваться надо. Наконец-то закончился год. На фронте наконец-то произошла хоть какая-то оттепель, и ситуация стала разворачиваться в нашу сторону. Аналитики дают только положительные прогнозы, обещая в скором времени победный марш до самого Берлина и Парижа. А враг дрогнул. И более того, уже откровенно просит пощады, крича о капитуляции. Но нет, не тут-то было.
Для меня первое января 1942 года стало очень неприятным. И дело вовсе не в похмелье, и не в измазанном лице. Я вообще не пил. Квас, вроде бы, имеет какой-то градус алкоголя, но не настолько, чтобы ударить в голову. Однако от пришедших новостей впору было хвататься за голову и безо всякой мигрени, и без градусов. Кризис произошёл не где-либо за пределами страны, не на фронте, а в самом центре России. Там вспыхнул новый, очень неприятный и неожиданный пожар! И самое, что неожиданное, вспыхнул этот очаг в городе Ярославле, через который у нас проходит куча железных дорог, соединяющих юг и север Российской империи.
Ещё хорошо, что у нас зима, и навигация закрыта. И только с апреля по ноябрь через Ярославль пойдут сотни речных судов, груженных зерном и нефтью. Хоть радует, что не сейчас.
Да и сам город, что вместе с пригородами, насчитывает несколько миллионов человек, не самая легкая потеря. Ведь в столице Санкт-Петербурге сейчас насчитывается немногим больше жителей. Ну а про Москву я вовсе молчу. Там едва ли миллион двести человек наберётся. И даже намёков нет на то, что однажды в первопрестольной будет проживать около двадцати миллионов жителей, как в моей истории.
Но даже не в численности населения основная проблема. Кроме большого количества жителей, в Ярославле много промышленных предприятий, что производят оружие и боеприпасы. Кроме того, в Ярославле мощная лёгкая и пищевая промышленность, а ещё там производят наши российские автомобили «Ярославия». Естественно, что в Ярославле имеется очень мощный гарнизон, и четыре военных госпиталя и два полка выздоравливающих. И что самое обидное, мне сообщили, что ярославский гарнизон, состоящий из двух пехотных полков, и поднял восстание.
По всем каналам связи было объявлено, что отныне город Ярославль является столицей Российской империи. А настоящий император отныне не самозванец на Петербургском престоле, а Кирилл Владимирович Романов — истинный законный император Российской империи.
Казалось бы, одно восстание у нас уже было, причём совсем недавно. Но там хотя бы прослеживалась национальная подоплёка, а здесь и вовсе что-то непонятное. С чего это Кирилл вообще до восстания дошёл? Да, он метил на место императора, и как докладывало КГБ, в своё время извёл немало Романовых. И большое число покушений на меня было с его подачи. Двоих Романовых, претендентов на трон, как стало известно, он таки убил.
К одному Романову, совсем молодому парню, третьему в очереди на наследование престола, подослал людей, которые опоили лошадь. Та, одурманенная наркотиком, сбросила Евгения из седла и в итоге зашибла насмерть.
Ещё одного Романова, Георгия, обнаружили мёртвым вследствие отравления. И тоже ниточка вела к Кириллу Владимировичу Романову. Но одно дело плести интриги, а другое дело поднимать бунт, созывать людей и грозиться переворотом.
Между тем, Кирилл Владимирович объявил себя главой Третьего земского ополчения и напомнил, что во времена Смуты Второе ополчение Минина и Пожарского, выдвинувшись из Нижнего Новгорода, сделало своей столицей именно Ярославль, а потом уже двинулось на Москву.