"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Я осторожно поднялся и прошёлся по кабинету взад-вперёд, пытаясь определить, что же меня так насторожило?
Ничего не обнаружив, решил вернуться в своё кресло и едва не подпрыгнул на месте. Прямо за моим креслом стояла чёрная тень и эту чёрную тень я раньше уже видел, причём несколько раз. Это ведь тот самый человек в чёрном, как выразился Николай Александрович когда-то — гарант воли императора. А еще — поверенный. Может, даже и с большой буквы, если это имя собственное.
Поверенный был всё так же в чёрной шляпе, с забранным чёрной тканью лицом, в чёрном костюме. Руку держал на поясе, где у него висел тонкий стилет, также с чёрной рукоятью и в чёрных ножнах. Черный человек.
— Вы что здесь делаете? — спросил я недоумённо.
— Пришёл по вашей воле, — ответил ледяным голосом человек в чёрном.
— Что значит по моей воле? Я вас не вызывал.
— Но вы ведь хотели встретиться с тем, кто организовал нападение на поезд? Верное? — произнёс он.
Я едва не закашлялся.
— Так это были вы? — удивлённо посмотрел я на него. — Но для чего вы это сделали? Зачем? С какой целью?
— Мотивы мои сродни вашим, — ответил он. — Я охраняю последнюю волю императора, а вместе с тем защищаю интересы Российской империи. С той целью я и предоставил убедительную дезинформацию врагу. Думаю, вы уже успели изучить отчёты вашей разведки, и знаете, что эта операция нанесла немцам куда больше ущерба, чем пользы. Уничтожен элитный диверсионный отряд, который мог отправиться даже сюда, в Царское Село, а наши солдаты практически не пострадали. Поезд по-прежнему на ходу. Не понимаю, чем вы недовольны.
На этом месте я разозлился.
— Да как вы не понимаете? Там же Марина была! И не делайте вид, будто вы не знаете, кто она и что для меня значила!
— Я и не делаю вид, я прекрасно знаю, кто она, — невозмутимо ответил человек в чёрном. — И тем самым решением, я убил двух зайцев одним выстрелом, как могли бы вы выразиться. Ваша бывшая фаворитка стала представлять большую угрозу и подлежала ликвидации. Она стала выяснять ненужную ей информацию, расспрашивать ваших родителей, как изменился ваш характер за последние дни, общалась с вашим другом Дмитрием, а потом и вовсе проболталась одной из медсестёр о своих подозрениях. Ваша бывшая девушка стала представлять опасность и для вас, и для империи. А ее первая жертва — та медсестра, с которой она откровенничала. Увы, пришлось убрать и ее. Но вам о второй девушке никто докладывать не станет. Так, несчастный случай. Упала, ударилась головой…
У меня глаза расширились от гнева, когда я услышал его признание.
— Что вы себе позволяете? — рявкнул я. — Почему нельзя было просто её предупредить? Поговорить с ней? Да мне в конце концов сказать! Я бы нашёл решение.
— Просто, потому, что право на предупреждение есть только у вас, — спокойно ответил человек в чёрном. — По отношению к остальным инструкции были весьма конкретными и не допускали иных толков.
— Да что ж такое-то?! — воскликнул я. — Вы что же, садист?! Или получаете удовольствие от убийств? Ну а если я вдруг решу говорить напропалую, что я никакой не наследник, а…
— Помолчите, пожалуйста, — произнёс человек в чёрном таким тоном, что я осёкся на полуслове. — Если будет необходимо, то я убью и вас.
— Да как вы смеете! — прошипел я, уже раздумывая что сделаю с этим душегубом. — Только попробуйте дёрнутся. Я император. А вы слуга и обязаны меня оберегать.
— Нет, вы не так поняли мою функцию, — по голосу человека в чёрном я услышал, что он улыбнулся. — Моя функция довольно проста. Я должен оберегать и следить за исполнением последней воли ныне покойного Императора. А ещё я должен следить за тем, чтобы Российская империя пребывала в спокойном состоянии и не подвергалась серьёзным потрясениям. Это важнее, нежели ваша жизнь. И если ради этого мне придётся убить вас, императора, что ж, так тому и быть.
Его слова вызвали во мне холодную ярость. Я вдруг стал спокоен, а в голове уже складывался план, что я сделаю с этим наглецом. А ведь я смогу с ним справиться. Тем временем, он продолжил:
 
— Я служу лишь одному императору и его слову, Николаю Александровичу Романову. И всецело разделяю его решение. Признаюсь, его, на первый взгляд, недальновидное указание поставить на престол абы кого — мальчишку, который, более того, пришёл и не из нашего мира, на первый взгляд казалось абсурдом. Но вы посмотрите на результат. Уже год Россия под вашей властью процветает. И это даже несмотря на страшную войну, обрушившуюся на неё. Вернее, она должна была быть страшной. Мы оба об этом знаем. Но миновала ужасная судьба. И даже несмотря на то, что против России выступила не только Германия, но ещё и Франция. Россия не сдалась и даёт хороший отпор.
— И всё же Николай Александрович уже мёртв, — заявил я. — И сейчас императором Российской империи являюсь я, а вы обязаны подчиняться мне. Если потребуется, я спущу на вас всех собак. Мезинцева, Фраучи, и всех моих магов — да кого угодно! Неважно, в каком качестве вы пребываете — телесном или нематериальном. Мне все равно. Вас найдут, арестуют, и сгноят в тюрьмах. А может, и казнят за ваше злодеяния, — заявил я.
Человек в чёрном рассмеялся. И вдруг, он осторожно снял с себя шляпу и положил её на стол перед собой. Затем принялся стягивать с головы чёрную ткань, а в следующий миг я увидел его лицо и обмер.
— Но как же так? Вы же умерли! — воскликнул я. — Я же сам был на ваших похоронах. Да быть такого не может!
Передо мной стоял Николай Александрович Романов собственной персоной. Вот только выглядел он моложе, лет на десять, если не больше. Хотя, если бы он не курил и не был болен раком, наверное, так бы и выглядел.
— Да, я умер, — кивнул он. — И я воскрес. И живу я лишь с одной целью — хранить волю императора и помазанника божьего, — заявил он. — А когда этой цели не станет, то и меня, вероятнее всего, тоже не станет, потому что больше я буду не нужен. Наша с вами цель такая в этом мире — охранять Российскую империю, хранить её так, как мы можем. И я это делаю вот так. У вас роль несколько иная. И с этим мы ничего не можем поделать. Можем лишь смириться и выполнять то, что нам предначертано, — произнёс он.
В моей голове мысли выплясывали вальс. Я совершенно не понимал, что происходит. Я видел перед собой сейчас, умершего год назад человека, который должен был сейчас править этой страной вместо меня. Но вот он стоит передо здесь и разговаривает со мной, ещё и улыбается нахально. И еще — я же видел его рядом с умирающим дедом. Как такое возможно?
И я совершенно не представляю, как мне действовать в этой ситуации. И ведь даже охрану не позовёшь. Это ж какой фурор поднимется!
Я судорожно пытался принять решение и выйти из данной ситуации хоть как-то.
— Вы такой же, как и я? Вы пришли из другого мира? — наконец-то спросил я.
— Поверьте, мой ответ вам вряд ли понравится, — произнёс он. — Я даже намекать вам не хочу, кто я такой на самом деле.
И тут до меня дошло, что не обязан кого-то звать. Можно и по-другому…
— Это не имеет значения, — быстро проговорил я. — Властью, дарованной мне от Бога, я избавляю вас от вашей миссии. Вам больше нет необходимости хранить волю усопшего ныне императора. Более того, я запрещаю вам убивать людей. Но если вы и дальше намерены хранить эту клятву, приносить тем самым пользу империи и престолу, то приказываю: докладывайте мне о тех людях, кто представляет для меня угрозу. Я уже сам решу, как с ними поступать.
Николай Александрович (или все-таки его двойник?) покачал головой, задумчиво глядя на меня.
— Многие ошибки, совершённые правителями, не только российскими, но и в других странах, были совершены из-за недальновидности. Как правило, на основании вспыхнувших эмоций и неспособности трезво оценивать обстановку и хладнокровно выполнять свою функцию, дарованную Богом или народом. И я очень надеюсь, что в будущем, вам не придётся горько сожалеть о принятых в пылу эмоций решениях.