"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Интересно!
Что тут у нас ещё?
Ефим Шифрин. Лесничий охотник, умеет прятаться.
— Что значит прятаться? — поднял я глаза на жену.
Всё-таки список был составлен очень сбивчиво. Про кого-то было много информации, про кого-то не было совсем.
— Он умеет маскироваться, становиться невидимым, — пояснила София.
— Как интересно, — произнёс я, а про себя подумал — это неплохое дополнение к моей способности принимать другие обличия.
— Кстати, — будто прочитав мои мысли, произнесла она, — вот следующий пункт. Пётр Смирнов, очень интересный юноша. Его способность похожа на твою. Он тоже умеет принимать другие обличия, вот только не людей, а предметов или животных. Мне кажется, это будет очень хорошее дополнение к твоему дару.
Как с языка сняла.
Я поглядел еще раз на его фамилию и комментарий. Ага, и вправду. По профессии парень столяр- краснодеревщик, хотя со своим даром он мог кем угодно стать. Как интересно жизнь поворачивается.
Так, что ещё?
Борис Иванович Тимофеев. Умеет искать то, что спрятано. Частный сыщик. Некогда работал в уголовном сыске.
Я снова посмотрел на жену.
— Да, он умеет разыскивать всякие предметы и людей. И вот, как видишь, нашёл работу по призванию. Очень полезно. Думаю, нам этот дар тоже пригодится.
— Соня, а ты не думала передать кому-нибудь свой дар обмениваться способностями с другими людьми? — спросил я, хитро взглянув на неё.
Супруга потупила глаза и ответила:
— Нет, не пробовала. Но я боюсь, что он у меня потеряется и я больше не смогу его использовать. Давай сначала обменяемся дарами с людьми по списку, а потом, например, я попробую передать этот дар тебе. Хорошо?
Я только кивнул.
Читаю дальше.
Фёдор Васильевич Терентьев, связист. Способность — связь.
— А это что такое? Он умеет пользоваться радиостанциями? — спросил я, усмехнувшись.
— Не совсем. Он умеет создавать связь с другими людьми. Но у этого дара есть одна особенность, не очень приятная, и я бы сказала — сводящая пользу от дара к нулю.
Я с удивлением посмотрел на жену.
— И какая же?
— Он может связываться только с теми людьми, у которых есть подобный дар. А это, как ты понимаешь, большая редкость. Но если такой дар будет у тебя и у меня, то мы вполне сможем общаться друг с другом на расстоянии.
— Ну да. В командировках это будет очень даже полезно. А по какому принципу отбирались эти способности? — спросил я, отложив список на время.
— По полезности и большей силе, — тут же ответила жена. — Видишь ли, людей с такими способностями ещё очень много, как в России, так и во всём мире. Но я предпочитаю выбирать самых лучших и самых сильных. Тогда и у нас дары будут такие же. К тому же, бывают дары, которые имеют побочные эффекты. Например, вот есть один юноша, Стефан Фрицевич Мюллер. Он немец, живёт в Поволжье. Так вот, он может выделять газ. Не смейся, это не совсем то, что у каждого из нас. Газ этот дурно пахнущий, но при этом может взрываться. Способность очень полезная, но, как ты понимаешь, не каждый захочет, чтобы от него пахло каким-то сероводородом.
— Ну да, — согласно покивал я. Кто же такое хочет? — А ещё что?
— Ну вот, например, дрессировщик, который общается с медведями, — указала она на имя в списке, которое я уже зачитал. — Есть также в Сибири ещё один человек с подобным даром. Этот дар влияет не только на его способность общаться с медведями и другими крупными животными, но и делает его самого сродни медведю. Он часто впадает в буйство, а потом не помнит, что творил, а при одном из его вспышек гнева пострадали уже около пяти людей. Его даже судили. Правда, за него заступилась церковь, психиатры тоже вмешались и его оправдали. Лечился. Сейчас он живёт при монастыре и по ночам запирается в келье, чтобы молиться о содеянном. Но на самом деле, чтобы ненароком не выбраться и никого не покалечить.
— Очень интересно, — побарабанил я пальцами по столу.
— Вот, например, есть ещё одна девушка с неуязвимостью. И неуязвимость её гораздо сильнее, чем у Марии Оболонской. Вот только у неё нет чувствительности. Она совершенно ничего не чувствует. Хоть её ножом врежь, хоть из ружья стреляй. И даже когда неуязвимость пропадает. В итоге она может истечь кровью, даже не узнав, что у неё есть раны на теле. Да и прикосновения не способна ощутить. Такая способность нам нужна, но не подобной ценой.
 
Если человек не чувствует боли, это не дар, это что-то другое. Но я не биолог, и не медик.
— Ну да, согласен с тобой. И ты заниматься собираешься этим сейчас? — спросил я, демонстративно поглядев на её живот. — Ты ведь сама говорила, что это отбирает у тебя очень много сил. А сейчас ты ещё и в положении. Я думаю, что не стоит сейчас нагружать твой организм.
— А я думаю, стоит. И чем раньше мы этим займемся — то есть, я займусь, тем лучше. Тем более, есть большая вероятность, что все эти способности перейдут и нашему ребёнку, — заявила София.
— Ребёнку… Может, всё-таки попробуем передать способность обмениваться дарами мне? Ведь получать дар не опасно, а вот передавать его… Я видел, какая ты бледная после каждого сеанса передачи.
— Дорогой, это не обсуждается. И можешь ли ты поручиться, что на тебя завтра снова не будет совершено покушение? А потом и на меня, и на нашего ребёнка? Все мы находимся под постоянным прицелом. И лучше я рискну сейчас своим здоровьем, чем потом сама лишусь жизни, а уж тем более — рискну жизнью нешего ребенка. Да и если уж честно, риска-то никакого нет. Ну, утомлюсь я на пару часиков, так потом попью чай. С медом! А потом, быть может, если способность лечить себя, позаимствованная у Агафьи Пантелеевой, поможет мне быстрее восстанавливаться, так и вовсе дело на лад пойдёт.
— Ну, а ребёнку это не навредит? — еще раз спросил я.
— Нет, не навредит, мой хороший, — улыбнулась она. — Наоборот, ему это пойдёт только на пользу.
Я снова просмотрел список.
Так, возможность управлять почвой и камнями. Ого, вот это интересно! Как раз человека с подобной способностью мы и отправили в Кёнигсберг. Правда, он там стёр город с лица земли и, кажется, спровоцировал какой-то катаклизм. Но тем не менее интересно, насколько у этого геоманта большая мощь в этой стихии. Да, любопытно.
О, и металл даже есть. Способность чувствовать металл и притягивать его к себе, а также видоизменять. Некий Фёдор Конюхов, сейчас он работает на металлургическом заводе, причём выполняет норму за десятерых. Не мудрено.
— А вот огненная магия нас не интересует? — спросил я, посмотрев на девушку, обратив внимание, что огневиков в списке нет.
— Это плохая магия, — нахмурилась девушка. — Уж не знаю, почему, но нет ни одного огневика, на ком не отразилась бы эта способность положительно. Обычно у каждого из них очень вспыльчивый характер. Притом доказано, что это из-за способности.
— Очень интересно, — пробормотал я, снова углубившись в список.
Способность чувствовать воду.
— А это ещё зачем? — удивился я.
— Так я же из Турции. Там у нас с пресной водой всегда трудно. А если умеешь чувствовать воду под землёй, то от жажды не умрёшь.
— Логично. Но у нас ведь здесь нет пустынь.
— Ничего страшного. Кто знает, куда кривая заведёт, — процитировала она явно новое для себя выражение.
— Кривая заведёт… — повторил я, хотя правильно-то «куда кривая вывезет». — Это Иван Иванович тебя просвещает?
— Да, — улыбнулась она. — Кстати, он и помогал составить список наиболее полезных способностей.
— Отлично. — Я перешёл к следующему пункту. — Так, телекинез у нас уже есть, — поднял я на неё глаза.
— А этот сильный. Я смогу его улучшить.
— Ну ладно. Так…
Способность определять правду. Прочитал несколько раз, немного задумался. Поднял взгляд на жену, она слегка улыбнулась.
— Я знаю, что у тебя есть такой же дар, — улыбнулась она. — Но этот будет сильнее, значительно сильнее. Ты сможешь чувствовать неправду вокруг себя. А ещё сможешь не позволять другим врать. Запрещать. И заставлять говорить только правду.