"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Эх, ну почему у меня нет своего Горчакова? Но что поделать, приходится работать с тем, кто есть.
Когда я проводил министра иностранных дел и возвращался в свой кабинет, меня встретил секретарь.
— Ваше императорское величество, — сказал он деловито, — ваша матушка и супруга ждут, чтобы вы спустились в столовую. Иначе пообещали, что сами придут за вами с розгами. Да-да, так и просили передать.
При этом он явно едва сдерживал улыбку.
Я хотел было показать секретарю кулак, но решил, что это будет мальчишество. А подобные реплики со стороны матушки можно и простить. Всё-таки, она матушка.
Обедали мы в малой столовой. Она действительно не очень большая, человек на пятьдесят, не больше. Но что поделать, если мои попытки производить приём пищи в каком-нибудь другом помещении, например, три на два метра, вызвали бы только удивление.
У Софии, по настоянию матушки, была теперь особая диета. Как никак, скоро станет матерью. Но диета, правда, довольно щадящая, потому что веганством матушка не увлекалась.
В перерыве между первым и вторым, Ольга Николаевна, видимо, убедившись, что я всё съел, неожиданно спросила:
— Дорогой сын, а ты ведь помнишь, что кроме нас, у тебя есть и другие родственники? Тётушки, дядюшки, кузены.
— Разумеется, — кивнул я.
Хотя, разумеется, уже давно позабыл, что я человек, а не император, и у меня тоже могут быть родственники, как у других живых людей, а не только серийный номер, как у машины, выполняющей свои функции.
— Сегодня утром у меня состоялась встреча с Танечкой. То есть с Великой Княгиней Татьяной Николаевной, вашей наместницей в Великом Княжестве Финляндском.
— И что там произошло? — тут же насторожился я, чувствуя, как нервы внутри натягиваются, будто струны. — Опять проблемы с неизвестными молодыми людьми спортивного телосложения на границе? Или финны вдруг требуют независимости? Сразу скажу — независимости не дам.
— С этим всё, слава богу, в порядке, — тут же мягким тоном поспешила успокоить меня матушка. — На границе служба бдит. Тем более, сейчас Швеция оккупирована вашей армией. Финны собирают средства и тёплые вещи для императорской армии и рвутся на фронт. Так что здесь переживать не следует.
— Что же тогда стряслось и к чему вы упомянули тётушку? — всё ещё подразумевая подвох, уточнил я.
— Да ничего такого не произошло. Новости интересные. Послушайте, ей через шведских знакомых пришло письмо и счёт одного нашего дальнего родственника. Само письмо она мне показывать не стала, но пересказала.
И при слове родственник матушка так многозначительно улыбнулась, что я заподозрил неладное и, повертев мысли в голове, тут же спросил:
— Уж нет от императора ли Германии весточка пришла? — спросил я, заставив уже удивиться матушку.
— Как вы догадались? От него самого.
А что тут догадываться? — подумал я. Мой покойный дедушка Николай II считался кузеном уже покойного Вильгельма, батюшки нынешнего императора Германии, который тоже кстати Вильгельм.
— И кем же мы тогда друг другу приходимся? — спросил я у матушки.
— Затрудняюсь ответить. Нужно смотреть генеалогическое древо, — ответила она.
Да уж. Мы ведь одновременно можем друг другу приходиться и племянниками, и дядьями. А всё из-за кровосмесительной связи. Ведь монархи должны быть связаны узами браками только с особой монаршей кровей, но где же только их в таком количестве сыскать? А потом удивлялись, что династии вырождались.
Это мне ещё с Соней повезло. У нас детки точно будут здоровые. По крайней мере мы можем влить струйку свежей крови в это застоявшееся генетическое болотце.
Ещё немного подумав, я продолжил удивлять Великую Княгиню.
— Матушка, только не говори мне, что мой двоюродный дядюшка Вильгельм, или кто он мне там, желает сепаратного мира с Россией.
— Ты меня определенно сегодня поражаешь своей прозорливостью, — без тени улыбки, ответила она. — Именно этого он и просит. Он предлагает заключить между Россией и Германией мир. Забыть обо всем, что случилось. И даже предлагает создать комиссию по подсчёту материального ущерба, который был причинён германской армией. И обязуется всё возместить. В знак своей доброй воли, он готов не включать в расчёты уничтожение города Кёнигсберга и портов.
— Какая щедрость! — хмыкнул я.
Он бы ещё за уничтожение Берлина пообещал не выставлять расчеты, — подумал я. А ведь Берлин будет разрушен. Об этом я позабочусь!
Тем временем матушка продолжала.
— Он предлагает следующие шаги. Германская сторона выводит войска из Польши. А Русская империя оставляет Прибалтику и отодвигает войска вглубь России, чтобы показать добрые намерения и снизить угрозу Восточной Пруссии.
О, как интересно! А ещё чего они хотят? — подумал я.
А матушка тем временем продолжала:
— И также Россия выводит свои войска из Дании и Швеции.
— Обнаглели! — заключил я.
Любопытно. То есть, кайзер уводит армию с моей земли и требует, чтобы я убрал армию со своей? И отвёл войска подальше от них. Как Прибалтику бы оголил, ещё и Финляндию. Ещё чего не хватало!
Оголить Финляндию — это подписать себе смертный приговор. Там ведь из Финляндии прямая дорога до Санкт-Петербурга.
Нет, вы не подумайте. Предложение-то заманчивое. Но в моём времени немцы уже нарушали условия мирного договора. И вот ещё что: каждое предложение по сепаратному миру любопытно. Но когда двое противников решают заключить мир, подведя своего союзника, причём одновременно, это настораживает.
Да, мы нанесли им серьёзный удар, но не сокрушительный. И вряд ли они пребывают в таком отчаянии, что готовы идти на подобные меры, тем более они ведь понесут репутационные риски.
Возможно, я параноик, но мне кажется, что они что-то замышляют и пытаются попросту меня смутить и затянуть время, опасаясь стремительного контрнаступления. Видимо, сейчас они к этому не готовы, вот и пытаются схитрить и выдумать что-то.
Опять-таки, от немцев и французов не могло укрыться, что наша армия остановилась на отдых. Но опять же, они могут расценить это как военную хитрость.
— А знаете ещё, Александр, о чём писал ваш родственник? — на этот раз матушка снова улыбнулась.
Угадаю или не угадаю? На этот раз решил её не мучить, потому что и правда, уже не знал, чего ещё ожидать от своей родни.
— И о чём же? — спросил я.
О том, что главнейшей и весомейшей из причин, по которой Германия решилась присоединиться к злым намерениям Франции и стать её союзницей, послужило смертельное оскорбление, которое вы нанесли немецкому народу, прогнав невесту и кузину императора прочь со двора. Такое он простить попросту не смог. К тому же, с момента вступления во власть, вы ни разу не оказали знаков внимания своим немецким родственникам. Не было приглашения ни на свадьбу, ни на коронацию. Хотя я уточняла, конечно, приглашения были отправлены и даже дошли до адресата, но тем не менее они посчитали правильным обидеться. Хотя после вашего сопротивления прониклись уважением и видят, что вы серьёзный молодой человек и с вами можно иметь дело.
Всё интереснее и интереснее. Этот обед поднял настроение даже больше, чем освобождение Минска.
— А ещё, ваше величество, — подала голос София, — вы ведь пытались отравить несчастную принцессу своим ужасным рыжим котом. Страшный зверь в спальне принцесс!
София сказала это таким невинным голосом, что я не сдержался и прыснул.
При этих словах, к слову, сразу же появился виновник — тот самый жуткий Вася со своей армией хвостатых. Кстати, удалось выяснить, что Василий привёл нам мальчика и девочку. Отстрелялся, как говорится, по полной.
Кстати, пытался спросить Василия, где мать их носит, и почему она уклоняется от своих материнских обязанностей? Интересно, а она хотя бы алименты на содержание пушистых деток выплачивает? Но Василий лишь тактично промолчал, защищая подругу. Видимо, гуляет где-то сама по себе. Ну и пусть её. По крайней мере, детишкам с отцом повезло.