"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Что я ещё читал? Ага… Архангельский край — это, на самом-то деле, Гиперборея, куда летал Аполлон, древнегреческий бог, сватаясь к дочке тамошнего царя. А ещё, по мнению какого-то журналиста, Русский север — это Атлантида. Да-да, та самая, что по Платону являлась самой передовой цивилизацией древности, а потом сгинула где-то в морской пучине. Просто ее не там искали. Не в Средиземном море следовало искать, не возле Крита и Санторина, а на опушке леса, между Вологдой и Архангельском.
Час от часу не легче. Читать-то обо всем этом интересно, но мне бы что-то поважнее. Ведь крутится что-то в голове. Стоп. А ведь там, на Кольском полуострове (он пока еще не в мурманской области, а в Архангельской губернии), проживает весьма загадочный народ саами. Саами, саамо, они же лопари. Вроде, когда-то их ещё терфинами называли. Нет, терфины это из художественной литературы, где описывается борьба русских первопоселенцев, осваивавших Поморье, а также биарминов и терфинов против викингов, заплывавших на своих драккарах в северные края. Кажется, «Повести древних лет» Валентина Иванова.
А что у нас с саами-лопарями? Шаманы, общение с духами, населяющими мир. И мир делится на несколько уровней. Так, это нам пока не пригодится. Что же еще?
Глеб Иванович Бокий, чекист— оккультист, в двадцатые годы организовал экспедицию на Кольский полуостров, в район Лавозера. Вроде, эти места именуют Русской Лапландией?
Сам Бокий что-то там искал в Гималаях, уж не махатм ли? И Яков Блюмкин там засветился. Хотя, по Блюмкину сказать ничего не могу — любил Яков приврать. До самой своей смерти хвастал, что застрелил Мирбаха, хотя на самом-то деле посла застрелил его подельник — Николай Андреев.
Но Бокий сам не участвовал в экспедиции. Он просто выступил в роли покровителя, обеспечив легальность. А саму экспедицию организовал Александр Барченко… Что я помню о Барченко? По образованию врач, воевал в Первую мировую, имел самый широкий круг интересов, но более всего его привлекали разнообразные виды «лучистой энергии», оказывающие влияние на жизнь человека.
Я бы вообще не вспомнил о Барченко, если бы не моя любовь к фантастике. Читал в каком-то старом журнале 90-х годов его очерк «Душа Природы». Начинался очерк с рассказа о роли Солнца — источника жизни на Земле. По мнению автора, жизнь могла быть и на других планетах, скажем — на Марсе. Он даже предполагал, что на красной планете обитают существа, по разуму не только не уступающие людям, но, вероятно, далеко их превосходящие.
Еще Барченко верил в существование эфира — «тончайшей, наполняющей вселенную среде». А вот это совсем интересно. Эфир, магия…
Почему я раньше не вспомнил о Барченко? Возможно, что он существует и в этой реальности, занимаясь все тем же, что и там, у нас. А здесь, при наличие магии, видов энергии гораздо больше. Как вернусь в столицу — дам команду поискать, а не живет ли где-нибудь в Крыму или в Казани странный доктор?
А что профессор Барченко искал у лапландцев? Не помню. А если напрячь память? Наверняка, что-то связанное с энергией и шаманизмом. Точно. Одной из целей этой экспедиции было изучение распространённого у саамов и иных народов Крайнего Севера явления, под названием «меряченья». А это, как подсказывает память, что-то вроде массового гипноза.
С гипнозом, кажется, так ничего и не вышло, не изучили. Подозреваю, что лопари, узнав о приезде ученых, удрали в тундру, зато Барченко заявил об обнаружении неких старинных каменных памятников, якобы присущих цивилизации саамо (они же саами) и участка великой Римской дороги. Позднее выяснилось, что все находки Барченко имеют природное происхождение и римляне в наших краях и близко не были. Пожалуй, в индоевропейцев можно скорее поверить, нежели в римлян. Арии, они как-то ближе, чем потомки Ромула.
Итак, массовый гипноз. В индивидуальный гипноз я верю (с трудом!), а вот как быть с массовым? Будь я в своей прошлой реальности, не поверил бы. А здесь… В принципе, все возможно. И чем он (гипноз) может помочь императору Российской империи? А много чем. Например, если ввести в состоянии гипноза противника, то он, вместо того, чтобы стрелять по нам, примется палить по своим офицерам. Уже неплохо. А можно вообще войну предотвратить, тогда ещё лучше.
 
Но мечтать, как говорят, не вредно. И с чего начать поиск шаманов, способных загипнотизировать толпу? Что ж, попробую для начала получить консультацию у Иосифа Виссарионовича. Он, как-никак, много лет был здесь и царем, и богом, и воинским начальником. Можно и не откладывать. Заодно и чайку попьем. Я бы лучше кофейку выпил, но премьер-министр больше чай любит. Окажу ему уважение, да и количество кофеина в собственной крови не увеличу. Мне уже и так говорят, что злоупотребляю кофе.
Услышав мой вопрос, касающийся саами, бывший генерал-губернатор, а ныне Председатель кабинета министров только пожал плечами:
— А что о них сказать? Их, во вверенной мне губернии и всего-то две тысячи душ насчитывалось. Еще в княжестве Финляндском тысяч восемь. Вроде, в Норвегии около десяти тысяч, но не уверен. Лопарей особо-то никто не считал, зачем это? Вреда от этих людей нет, да и пользы, по правде-то сказать, тоже особой нет. Оленей у них много, но все же, не слишком. В среднем, на одного лопаря около сотни оленей приходится. Вот, много это или мало? Если бы у нас, на одного крестьянина сотня коров — так и много, а у лопарей олень — это все. Это и конь, и корова, и лучший друг. Они с оленя и кормятся, и одежду шьют. Семьи большие — зарезали оленя, сыты неделю, может и две, а что потом? Поперву-то я думал — а не приспособить ли лопарей, чтобы оленей на прокорм разводили? Нет, не выйдет. Не сможет оленина ни говядину заменить, ни свинину. Да и муторно это, оленей по тундре пасти, а потом их на мясо забивать. Если какая-нибудь отдельная ферма, на толстосума — то еще можно.
— Ясно, — многозначительно кивнул я, потом спросил. — А что у них за религия? Наверное, миссионеров уже нет, все в православие перешли?
— Да как сказать, — огладил премьер-министр густые усы. — Миссионеров и на самом деле уже нет, в поселках, куда саами наезжают, храмы стоят, все детишки крещение приняли, воскресные школы существуют, церковно-приходских школ четыре штуки, два священнослужителя у них из лопарей.
— Но втайне все равно остаются язычниками? — догадался я.
— Не то, чтобы язычниками… Они-то себя христианами считают, в церковь исправно ходят. Но подношения богу Солнцу приносят, менгирам своим кланяются. По-лопарски менгир «сейдамом» именуется. И ничего страшного в этом не видят. Мол — деды и прадеды так поступали, что такого?
Молодец, господин Джугашвили, внимательно вникал в дела губернии, если интересовался даже, как звучит на языке коренного народа священный камень. Касательно же православия и язычества… Хм… А мы-то чем лучше? Двоеверие, оно не только лопарям, но и православным присуще. Ещё в начале двадцатого века (а может, и позже) бабульки ставили блюдце с молоком около печки — для домового, а охотники, зайдя в лес, оставляли на пеньке подношение лешему — табачок там, а то и чекушку. А девки по весне повязывали красные ленточки для русалок. Так и в Европах всё то же самое. Народ, хотя не особо набожный, но в храмы по воскресеньям ходят, а в то же время, приносят к забытым языческим капищам и цветы, и подарки.
— Вас ведь, ваше величество, не столько религия лопарей интересует, их хозяйство, сколько их магические возможности? — спросил Джугашвили.
Даже не стану хвалить своего премьера за догадливость. Странно было бы не догадаться, если мы с Иосифом Виссарионовичем разговаривали о возможностях «боевой магии», а потом я в нескольких предложениях пересказал ему разговор с директором Института погоды. От Джугашвили (эх, как хочется иной раз назвать его Сталиным!) в этих вопросах секретов нет. Премьеру ведь и придется заниматься расширением института, изыскивать средства и все прочее. Конечно, не сам станет работать, а исполнителей найдет, но это тоже немалое дело.