"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Че такие робкие? Деритесь уже!
Оба не послушали. Хессо чуть ускорил движение, но все еще не атаковал. Выбирал, куда нанести первый удар. Артанна, наоборот, замедлилась, подпуская его ближе к себе.
— Покажи ей!
— Задай жару! Ну же!
Пялясь на Артанну, он не заметил, что слишком близко подошел к краю круга. Кто-то толкнул эннийца в плечо, Хессо всего на миг отвлекся, шаг сбился, равновесие сместилось. Артанне этого хватило. В этот момент она поблагодарила небеса за то, что уродилась здоровенной. И того идиота, что толкнул эннийца в центр круга.
Хессо правильно делал, лишний раз не сокращая дистанцию между ними. Конечности Артанны были ощутимо длиннее. Теперь он попал прямо ей под удар.
Артанна выбросила вперед руку — кулак угодил прямиком в челюсть. Голова Хессо откинулась назад, но мужик, следовало отдать ему должное, быстро пришел в себя и ушел в сторону. Люди в круге зароптали. Энниец укоризненно взглянул на Артанну — воспользовалась моментом слабости, но она лишь пожала плечами и продолжила кружить. Честный бой или нет, но для победителя все это не будет иметь значения.
Энниец понимал, что она сможет держать его на безопасном для себя расстоянии до тех пор, пока не устанет или не потеряет бдительность. Возможно, он был сильнее, но этой силе еще предстояло до нее дотянуться. И все же Артанна подпустила его ближе. В этом сраном городе для нее и так было немного радости, а хорошая взбучка и крепкий тумак заставляли кровь бурлить. Даже если этот Хессо убьет ее, жалеть она не станет. Лучше так — на импровизированной арене, от рук бойца, защищаясь и нападая, чем от тоски в золотых хоромах Магистра. Здесь Артанна хотя бы чувствовала себя в своей тарелке: в провонявшем потом и кровью бараке все было просто и понятно. А Эсмий полтора года просто пудрил ей мозги, суля едва ли не алмазные горы, но на деле просто держал в плену не пойми зачем. И она сбегала от него раз за разом не потому, что с ней дурно обращались, но, скорее, от скуки.
Хессо напал. Хитрый сукин сын нанес два отвлекающих удара, но третий угодил прямиком в печень. Артанна согнулась от резкой боли, в глазах поплыли круги, толпа радостно взвыла. Почти чудом она заметила кулак возле лица и едва успела развернуть корпус, а затем перехватила его руку своими обеими — у запястья и чуть выше локтя. Сила, что Хессо вложил в удар, теперь помогала Артанне. Этого хватило, чтобы поменять направление удара — Хессо уже не мог остановиться, и надавив на захваченную руку, Артанна устремила нападающего на пыльный земляной пол.
Оба рухнули, взметнув столб песка и мелкого мусора. Хессо — лицом в землю, а сама Артанна навалилась сверху, обхватив противника коленями и все еще удерживая больно вывернутую руку. Шевельнется — взвоет от боли. Шевельнется резко или сильно — попрощается с суставом.
Хессо это понимал и не дергался. Круг ревел.
Хвала одному латанийскому монаху, однажды показавшему ей эту хитрость. Латанийцы вообще любили драться без оружия — ум и хладнокровие превращали тело противника в рычаг. Белобрысые латанийские снобы творили с этими рычагами чудеса.
— Признешь поражение — уйдешь с целыми руками, — наклонившись к самому уху Хессо, обратилась Артанна. — Потом могу научить, ежели еще встретимся.
Хессо прикрыл глаза в знак согласия, и поднял свободную, но беспомощную ладонь, чтобы знаком отказаться от борьбы. В круге разочарованно бранились, а распорядитель боев сгреб очередную кучу меди.
Мигом позже на противоположной стороне барака распахнулись двери.
Увидев знакомый силуэт, Артанна выругалась. С каждым разом Медяк находил ее все быстрее. Пора было менять тактику.
Но перед тем, как подняться и отпустить Хессо, женщина незаметно кивнула распорядителю — они договорились еще во время первого ее побега, что все заработанное Артанной он будет держать у себя в обмен на половину ее чистого дохода. Лучше, чем ничего. Лишь бы сдержал слово.
— Привет, Джерт, — проговорила Артанна, стряхивая пыль со штанов. — Или Симуз. Или как тебя там, шустрый ты хрен. Совсем не даешь старушке повеселиться.
 
* * *
— Тебе это когда-нибудь надоест? — устало спросил Медяк. Артанна отметила, что эмиссар выглядел ещё паршивее, чем она сама — даром что пришлось ночевать в бедняцком районе подле выгребной ямы. Положение Симуза позволяло спать на перине, есть с серебряных тарелок и носить шелка. Видать, в этом его Эмиссариате настали горячие деньки.
Все прошло как обычно: по приказу Джерта Артанну ловко скрутили стражники, при появлении которых зеваки бросились врассыпную. Боев Магистрат не запрещал, однако поглазеть и поучаствовать в портовых увеселениях частенько собирались люди, имевшие проблемы с законом. У Артанны с местным законом проблем не было, как и смысла сопротивляться, поэтому она спокойно дала взять себя под стражу.
— Мне надоело ни хрена не делать, — огрызнулась она, позволяя вести себя по пыльной улице. Завидев стражу, люди жались к стенам, потому по городу конвой двигался быстро. — А загадочный мешок дерьма, под дудку которого ты пляшешь, так и не дал ответов ни на один из моих вопросов.
— Если тебе приспичило подраться, могла бы просто сказать об этом слугам. Во дворце полно воинов, готовых задать тебе трепку. Ты бесишь всех, даже меня. Особенно меня.
— Это потому, что мы с тобой давно знакомы, — пожала плечами вагранийка.
— Сдается мне, ты зажралась, Артанна нар Толл, — мрачно произнес Медяк. — Зажралась и потеряла берега. Не многовато ли капризов для одной бесполезной наемницы, живущей в роскоши, недоступной большинству людей?
— Полезна я или нет, решал твой хозяин.
— Он не мой хозяин, — отрезал Медяк.
— И все же ты бросаешься угождать, едва Эсмий пошевелит пальчиком, — усмехнулась Артанна. — Вот и сейчас поперся искать меня явно не по своей воле. И бесишься оттого, что пришлось отрываться от своих шпионских делишек, чтобы гоняться за мной по всему Сифаресу. И все же напомню, что я в Эннию не рвалась. Ты привез меня сюда обманом по его приказу. А раз Эсмий велел доставить меня к нему, значит, я зачем-то ему понадобилась. Беда в том, что за полтора года он ни разу не упомянул, зачем. Мне просто надоело болтаться в неизвестности.
Медяк наградил ее тяжелым взглядом.
— Если в том бараке тебе отшибли память, мне не сложно напомнить, что ты жива лишь потому, что Магистру приспичило держать тебя в Сифаресе. Не прикажи он мне тогда отправиться за тобой, ты была бы уже трижды мертва.
— Как же мне с тобой повезло, — едко улыбнулась Артанна. — И что б я без тебя делала, золото ты мое?
Джерт вскинул руку, и конвой остановился. Шпион уставился на Артанну немигающим взглядом. Ей было хорошо известно, что он значил: шутки по-настоящему закончились. С этого момента Медяк — тот Медяк или Джерт, которого она знала, который вытащил ее из дерьма, сыпал шуточками и, пусть и по капле, выдавливал из себя что-то человечное, — сдох. А на его место пришел Симуз — воплощение всего самого темного, что сидело в этом человеке.
Проблема Артанны была в том, что она так и не смогла привыкнуть к тому новому Медяку. Вернувшись на родину, он снял личину весельчака и стал тем, в ком нуждался его господин. Эсмию человечные весельчаки, даже если они умели резать глотки, были не нужны. Интересно, чего же он в таком случае ожидал от самой Артанны?
— Плюйся ядом, пока можешь, — пршелестел Медяк. — Это был последний раз, когда ты сбегала, клянусь. Господин терпелив, но ты умудрилась вывести из себя даже его, а он — самый невозмутимый старый хрыч, которого я знаю. Если ты не согласишься играть по его правилам, придется держать тебя взаперти. И на этот раз сбежать не выйдет.
— Правила? — Артанна рявкнула так громко, что босой мальчишка, мимо которого они проходили, расплакался. — Что это за правила такие, а, Медяк? Хоть бы кто-нибудь сказал что-то путное, а то лишь держите взаперти да помалкиваете. Чего вы от меня хотите? На каких условиях? И в каком долгу ты перед этим Магистром, если так пресмыкаешься перед ним?