"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Сможешь отвлечь хотя бы одного? — спросил энниец.
— Да я и обоих смогу, — вагранийка ухмыльнулась и крепче перехватила поднос. — Но ненадолго.
— Надолго и не нужно.
Джерт поправил свой балахон так, чтобы можно было быстро извлечь ятаган, но в коридоре он бы не пригодился. Куда больше толку было от кинжала, спрятанного в рукаве, и «лунного песка». Он положил в рот щепотку порошка и сделал глоток из кувшина с изрядно разбавленным вином.
— Шевелись, — поторапливала служанка.
Джерт знаком велел подождать. Когда «лунный песок» подействовал, он кивнул:
— Теперь иди. Отвлеки стоящего слева от дверей и постарайся закрыть ему обзор.
Вилиша кивнула и двинулась по направлению к стражникам. Джерт напряженно смотрел ей вслед, собирая последние остатки воли, чтобы отвести глаза второму гвардейцу. Он не любил работать в паре с кем-либо, но его случайная сообщница пока не доставила ни единой проблемы.
— Вилиша! — поприветствовал тот, что стоял слева. Шлема на нем не было, это облегчало Медяку задачу. Коротко стриженные седые волосы растрепались, и мужчина, подтянувшись, пригладил их пятерней. — Что-то ты сегодня позже обычного.
— Да все Мосеш, чтоб ему провалиться, — проворчала женщина. — Сказала ему взять кувшин разбавленного вина для гостьи, а он забыл. Ну или говорит, что забыл, а сам выпил. Ты же его знаешь…
— Вот оно что, — протянул стражник. — Ну если он тебя обижает или перед господином в дурном свете выставит, ты скажи. Мы с ним поговорим.
— Спасибо, цветик, — Вилиша кивнула на дверь. — Сегодня шумела?
— Нет, — ответил второй гвардеец. — Вроде читает.
Краем глаза вагранийка заметила тень: Джерт осторожно покинул укрытие и медленно приближался к гвардейцам.
— Ясно, — продолжала заговаривать зубы Вилиша. — Помогите-ка мне, ребятки. Ест эта девка за троих, а тощая, как жердь.
— Не в коня корм, — коротко хохотнул стражник и взял поднос с ужином. Женщина принялась копаться в складках платья и наконец вытянула длинную цепь с ключами.
— Ох, проклятье! — ключница грохнулась на пол, звякнув металлом о камень. — Сегодня все из рук валится. Погодите-ка.
Вилиша присела ровно в тот момент, когда в шею гвардейца вошел нож Джерта — по самую рукоять. Женщина вырвала поднос из рук начавшего сползать на пол стражника и аккуратно поставила еду у двери. Энниец подхватил истекавшего кровью вагранийца и бережно опустил на пол. Второй охранник, до этого отрешенно изучавший узор противоположной стены под воздействием маленького колдовства Медяка, наконец, все же обернулся, но не успел даже рта открыть — острие кинжала с пугающей точностью вонзилось прямо в глазницу стражника. Вилиша, покачав головой, опустила второе тело на пол.
— Недурно, — тихо сказала она, равнодушно взирая на результаты сражения, что закончилось, не успев начаться.
Энниец наспех спрятал тела в соседних дверных проемах и забрал меч одного из стражников. Он спрятал клинок под накидкой, полагая, что и Артанна, возможно, тоже захочет размять кости. По крайней мере, на ее месте Джерт непременно бы воспользовался случаем.
— Я же говорил тебе, что справлюсь, — прошелестел Медяк. — А ты не верила. Открывай дверь.
— Колдун, значит?
— Скорее, фокусник. Помнишь, о чем мы договаривались?
— Да.
Вилиша хмыкнула, медленно заворочала ключом в замке, после чего подняла поднос и стрела пальцем следы крови, попавшей на столовые приборы.
— Помоги, — попросила она, и Джерт открыл дверь, пропуская вагранийку вперед.
* * *Артанна развалилась поперек кресла, куря трубку и болтая ногами в воздухе. На столе возле нее стоял уже опустошенный графин из-под воды с каплей молодого розового вина — на большее уговорить Заливара не получилось, рядом лежала раскрытая книга. Сотница лениво повернула голову к вошедшей Вилише, прищурила глаза и выпустила ровное кольцо дыма.
— Скажи, что ты принесла выпить.
— Кое-что получше, девочка, — оскалилась служанка. — Тебе понравится.
— Мне нравится, что ты не Мосеш. Он смердит.
Когда гвардейцы расступились, разрешая Вилише пройти в комнату, та фыркнула:
— Мосеш такой же пьяница, как и ты.
— Именно поэтому он мне не по душе, — пожала плечами Сотница. — Не терплю соперников.
Наемница безотрывно глядела на вагранийку, как раз демонстрировавшую безмолвным гвардейцам ужин, и вздрогнула, когда Вилиша резко подняла руки и что было силы ударила одного из них подносом.
— Сейчас! — скомандовала служанка.
За спиной Вилиши мелькнула тень.
— Что за… — Артанна вскочила, швырнув трубку на стол.
Гвардеец, получивший в лицо горячей миской с тушеной бараниной, тихо взвыл и инстинктивно поднял руки к глазам. Он ничего не видел — все залепила густая ароматная жижа. Второй стражник схватился за меч и развернулся к служанке, но был сбит с ног тенью, теперь, как разглядела наемница, приобретшей форму человека. Что-то неприятно хрустнуло, раздался глухой стон.
Кем бы он ни был, двигался этот незваный гость с поистине демонической быстротой.
Неужели это ее шанс? Времени на раздумья не оставалось, кровь кипела от ярости, подначиваемая не угасавшей все эти дни жаждой мести. Артанна понимала одно — как бы ни повернулось дело дальше, бездействовать она не сможет и не простит себе, если не воспользуется моментом.
Пока незнакомец разбирался со вторым гвардейцем, а Вилиша встала в дверях на страже, Артанна подбежала к первому, выхватила из его ножен меч, толкнула ногой, заставляя потерять равновесие. Тяжелое тело бухнулось на спину, одной рукой он попытался нашарить нож на поясе, но наемница с плохо скрываемым удовольствием наступила на его ладонь. Стражник открыл безъязыкий рот, мыча, вытянул шею, попытался встать, кривя испачканное лицо. Здоровой рукой он схватил Артанну за ногу и резко потянул на себя. Наемница взвизгнула, выронила меч и рухнула на гвардейца, беспомощно скользя сапогами по грязному полу. Она неловко отшатнулась от удара — кулак пролетел совсем рядом с ее щекой — и попыталась дотянуться до рукояти меча.
Это было ошибкой. Лишь на миг отвлекшись от стражника на оружие, она пропустила удар. Закованный в тяжелую перчатку кулак с хрустом треснул ее по лицу.
— Ах! — Артанна отлетела назад, рот наполнился солоноватой кровью. Что-то они зачастили с мордобоем, раз вкус металла на языке уже казался ей привычным. Стражник попытался встать, наемница тряхнула головой, подхватила меч и бросилась на противника. На ее счастье, подняться он так и не успел. Наоборот, даже помог ей, двигаясь навстречу собственному оружию. Ругнувшись, Сотница вложила всю оставшуюся силу в один удар. Меч вошел тяжело, но все же протиснулся в сочленения окованного пластинами нагрудника. Стражник дернулся, округлил глаза — с его ресниц все еще капал ароматный соус, дрыгнул ногами и наконец рухнул обратно на пол. Ослабевшая рука звучно шлепнулась в остатки баранины.
Артанна тяжело поднялась, вытащила клинок из раны, по привычке вытерла о скатерть стола. И застыла, когда незнакомец снял капюшон накидки.
— Твою ж мать, — выдохнула она. — Какого…
Джерт обнажил ряд белоснежных зубов в улыбке.
— Привет, командир. А я за тобой.
Наемница ошарашенно озиралась по сторонам, пытаясь переварить увиденное.
— Как…
— Я помогла, — Вилиша протиснулась в дверной проем. — Слышите? Началось. Нужно идти.
Медяк подошел к окну. Ветер принес запах гари, с западной стороны доносились крики. Имение полыхало — для надежности поджог устроили в нескольких местах.
— Шуго справился. И, полагаю, они с ребятами уже на пути к дому, — кивнул энниец и обернулся к Артанне. — Нам стоит последовать их примеру немедленно, сюда уже должны бежать гвардейцы.
К ногам наемницы упал сверток с одеждой.
— Немного скрытности все же не помешает, — заметила Вилиша.
— Торопись, командир.
Сотница застыла, невольно бросив взгляд в окно, на площадь, где, милостью Данша, жирные мухи откладывали яйца в глазницах ее товарищей. Уходить сейчас означало оставить бойцов неотмщенным. Сделать жертву, принесенную ими, совершенно бессмысленной. Обесценить их жизни. Оставить камень, который она поклялась беречь, Заливару — и тогда открытие той проклятой двери становилось лишь вопросом времени. Фхетуш встречались редко, но этот дар не был уникальным, и наемница не сомневалась, что рано или поздно советник непременно найдет ей замену. Он слишком многое поставил на карту, чтобы отступиться.