Рунный маг Системы 7 (СИ)

— Отпусти, — холодно повторил я свой приказ.
— Ты слышал слова своего предводителя, — сказал Байрон, не сводя с Эрдема напряжённого взгляда. — Как ты поступишь, Сфинкс?
Кузнец задумчиво перевёл взгляд в мою сторону, а затем сжал руку так, что я услышал хруст шейных позвонков Цао Цао. Затем Эрдем отбросил обмякшее тело в сторону, развернулся и направился обратно к нам. К изумлению Байрона и других подоспевших офицеров труп Цао Цао преобразился в ещё одного безызвестного игрока.
  
— Я его отпустил, — сухим тоном сказал мне Сфинкс. — С нетерпением жду следующего.
— Ну твою же мать, — произнёс мой брат, посмотрев на Эрдема, а затем потянулся за оружием.
  
Глава 24
 
Прорыв
 
Я перевёл взгляд на брата и жестом руки заставил его опустить меч агатового рыцаря. Затем я сделал шаг навстречу Эрдему.
— Ты думаешь, что у твоих действий не будет никаких последствий? — сухо произнёс я, фокусируясь на протекающей в теле мане. Меж пальцев промелькнул электрический всполох, который затем пробежался по моему доспеху, незаметно кольнул кожу и слегка вздыбил на голове волосы.
— Отрицательных — нет, не будет, — ответил Эрдем, скрестив руки на груди. — Я нужен тебе куда больше, чем эта крыса. К тому же я сделал тебе одолжение.
— Одолжение? Это каким же образом? Объяснись!
— Ты уже должен был догадаться, что именно замыслил Цао Цао. Он преследует здесь всего две цели: ему необходимо выполнить локальное задание и не позволить тебе подмять под себя его клан. Он хочет заполучить лавры победителя, прослыть сильным лидером, но при этом не намеревается даже показываться на поле боя, принося в жертву своих подчинённых. Возможно, он также вознамерился от тебя избавиться, ведь ты угрожаешь его власти.
— У Цао Цао нет власти, — возразил Вадик, всё ещё сжимая в ладонях рукоять меча. Другие игроки также были напряжены, но не рубили с плеча, благо среди капитанов и офицеров не было ни одного представителя Выживальщиков. — Цао Цао является лидером своего клана лишь номинально.
— В самом деле? — Эрдем презрительно ухмыльнулся. — Вот только ты знаешь его имя, я знаю его имя, и каждый игрок в Камиране знает его имя. У него высокий уровень, он выделяется из толпы, и люди, которые с ним даже незнакомы, готовы за ним идти. Если бы он не заявился, то огромное количество Выживальщиков переметнулось бы в наш клан сразу после завершения этого задания, и потому ты, Вальдер, вынудил его высунуть свой нос.
— А теперь в результате твоих необдуманных действовать мне предстоит командовать недисциплинированным сбродом, — подытожил я.
— И ты справишься. К тому же тебе не предстоит это делать в одиночку. Когда же задание завершится, ты станешь лидером клана, боевой потенциал которого может превзойти потенциал Гоплитов. И поверь, это очень важно для нас, — Эрдем перевёл взгляд на Кассандру, которая в этот момент внимательно слушала кузнеца. — Для всех нас, включая Железный легион. Так что скажешь, Вальдер? Доверишься моему суждению? Или накажешь меня за то, что я оказал тебе неоценимую услугу?
Я окинул взглядом всех присутствующих. Все представители моего клана напряжённо смотрели на меня в ожидании моего решения, и лишь один Камос едва заметно улыбался уголками губ, глядя Эрдему в затылок. Похоже, он нисколько не сомневался ни во мне, ни в своём «наставнике». Легионеры также казались спокойны за исключением Байрона: бывший гоплит был натянут как струна. Завидев реакцию своего «коллеги» или, скорее, подчинённого, Кассандра вставила своё слово:
— Никто не намеревается развязывать войну с Гоплитами, но я уверена, что многие из здесь присутствующих не раз страдали от излишней воинственности этого клана. В сложившейся ситуации нашему союзу действительно необходимо обрести силу, с которой мы сможем защитить свои интересы. Вместе с другими капитанами легиона я готова взять на себя командование значительной части сил Выживаль…
— Нет, Кассандра, — Эрдем бесцеремонно оборвал валькирию на полуслове. — Твой клан уже не в том положении, чтобы диктовать условия. Да, твоя личная власть теперь крепка как никогда раньше, но ты потеряла слишком много людей, а доверие к твоей персоне оставляет желать лучшего. Ты наделала достаточно ошибок… как и я, впрочем. Потому я, бывший лидер Честных людей, и ты, лидер Железного легиона, оказались вынуждены следовать за Вальдером. И делать мы будем именно это.
— Как интересно ты запел. И, полагаю, чтобы отплатить за столь преданную службу, Вальдер теперь должен сделать тебя своей правой рукой?
Я вновь почувствовал множество приковавшихся ко мне взглядов и сам посмотрел на Эрдема в ожидании его ответа. Кузнец не повёл и бровью.
— Если такова будет его воля, — невозмутимо произнёс он.
Хороший ответ. Несмотря на свою вспыльчивость и тяжёлый характер, Сфинкс мастерски владел словом и отлично знал, когда и куда стоит пустить его в ход. Он не упускал ни единой возможности нарастить своё влияние, умел извлечь выгоду из любой ситуации, но сейчас все его интриги были у меня как на ладони. Однако и я, подавив мешающие мне эмоции, не желал отказываться от столь щедрого дара.
— Мы обойдёмся без Цао Цао, — холодно заявил я. — Отдайте воинам приказ: если лидер Выживальщиков покажется, пускай немедленно его схватят и доставят мне… как предателя, бросившего нас в бою, и как убийцу двух членов его собственного клана.
— Разрешите задать вопрос! — обратился ко мне Никтан. Среди всех собравшихся здесь капитанов и офицеров он один мог посоперничать с Байроном в выдержке и соблюдении субординации.
— Я слушаю.
— Вы хотите, чтобы мы разнесли этот приказ в том числе и среди Выживальщиков?
— Да. Если найдутся те, кто выскажется против, напомни им, что они принимают участие в походе добровольно и могут по своему желанию остаться здесь. Если мы потеряем нескольких людей — нестрашно. Остальные же получат больше мотивации покинуть свой клан и пополнить наши ряды. Ещё вопросы?
Никто не подал голоса, а большинство присутствующих отрицательно замотали головами. Среди капитанов легиона я приметил врезавшийся в меня холодный взгляд Айлы, но я не придал ему большого значения. Я не обязан ей что-либо доказывать.
— Тогда берите под командование своих людей и разнесите мой приказ, — произнёс я. — Кассандра, твои бойцы идут на передовую вместе со мной.
— Поняла, — ответила валькирия.
Я прошёл мимо Эрдема и, едва зайдя ему за спину, остановился.
— Я ценю твою поддержку, но не думай, что я позволю тебе мною манипулировать, — тихим шёпотом произнёс я, зная, что со своим высоким восприятием Сфинкс уловит каждое моё слово. — В следующий раз, прежде чем надумаешь выкинуть подобный фокус, спрашивай у меня дозволение. И тогда мы достигнем взаимопонимания, которое приведёт к долгому и продуктивному сотрудничеству. Если же поступишь иначе, я тебя убью.
Эрдем промолчал и лишь коротко кивнул. Краем глаза я увидел на его устах улыбку.
Едва наш передовой отряд поднялся на поверхность пятого уровня, как мы тут же натолкнулись на големов. Но то были не патрульные и не ударные отряды, а лишь горстка дезориентированных и отбившихся от своих групп дефектных истуканов. Легионеры без труда их обезоружили и обезвредили, после чего мы передали големов на убой ремесленникам.
Согласно нашему плану, «гражданские» должны были покинуть это место в первую очередь. Они были бесполезны в бою, и их исчезновение из войска станет лишь сбросом балласта, но никак не его ослаблением. Несмотря на то, что большинство игроков понимало такую логику, во взглядах некоторых из них я замечал зависть и возмущение, когда не участвовавшие в сражениях ремесленники получали свой счастливый билет в безопасную личную комнату.
  
Когда мы закрепились у выхода на поверхность, наши разведчики рассредоточились по окрестностям и принялись докладывать о происходящем в округе. Вскоре они подтвердили некоторые странности, которые я подметил через связь. Големов вокруг было хоть и много, но куда меньше прежнего. Элитные и уникальные особи никому на глаза не попадались, никаких снайперов, подавителей и ассасинов разведчики не обнаружили. Изредка в округе встречались каннибалы и крушители, но таким противникам мы умели противостоять. Привратников вокруг Солнечного собора не оказалось вовсе, но зато там в избытке хватало других бойцов. Всё это вызывало у меня массу подозрений и наводило на мысль о западне, однако по неизвестной мне причине она всё никак не захлопывалась.