Змей. Скромница для мажора (СИ)

— Почему нет? — спокойно переспрашивает Дима и смотрит на меня.
Его вопрос ставит меня в тупик. Что значит «почему»? А это вообще нормально предлагать девушке, которую почти не знаешь, ехать к себе на квартиру? Хотя… наверное, в его картине мире в этом нет ничего странного.
— Потому что я не приезжаю на дом к людям, которых не знаю!
Дима хмыкает.
— А разве это не обязанность врача? У вас там не бывает вызовов на дом?
  
— Бывает, — тушуюсь я.
Конечно. Я ведь буду педиатром. Большую часть времени буду сидеть в поликлинике, но когда у какого-то ребёнка температура, то я ходить и по квартирам. Но это ведь совсем не то!
Дима представляет для меня потенциальную опасность. Он ведь чётко обозначил, что желает от меня получить. Так вот, мне этого точно не надо! А лезть в пасть к крокодилу — это вообще не по моей части.
Я себя ценю, уважаю и не собираюсь подвергать себя лишним стрессам.
— Ну вот видишь. К тому же меня ты уже хорошо знаешь.
— Правда? Кроме того, что ты меня хочешь купить, лапаешь и дерёшься где-то с кем-то, я ничего не знаю. Маловато для доверия, как считаешь?
— Можно было бы ограничиться просто тем, что я тебя хочу.
Я молчу. Совсем совесть потерял. Если она у него когда-то вообще была. Наверное, все мажоры занимаются тем, что живут в удовольствие и не думают об окружающих людях. Так же проще, да?
И вообще после такой ремарки уж думает ли он, что я соглашусь ехать куда-то? Да ни за что на свете! Только что он подтвердил мои опасения.
И что-то мне подсказывает, что он не прочь заняться сексом даже с сотрясением мозга. Потому что думает он точно не головой.
— Или как насчёт того, что я тебе нравлюсь? — играет бровями, а мне хочется его стукнуть.
Вот это его несёт. Каждая фраза похлеще предыдущей. Никогда не встречала таких наглых парней. Просто немыслимое сочетание самоуверенности и глупости.
С чего он заключил, что понравился мне? Да я была бы и рада вообще с ним никогда не встречаться. Это была нелепая случайность, что я оказалась в том клубе и каким-то образом обратила на себя его внимание.
Спасибо, что хоть девочки прикрыли, и я смогла сбежать с танцпола.
А то бы Диму несло всё дальше и дальше. Вот как сейчас.
Он не знает, что такое «нет». Не понимает, где проходят личные границы у другого человека. Вторгается без спроса и переворачивает там всё с ног на голову.
— Ты слишком много о себе возомнил. Мне вообще нравятся другие парни, — отвечаю раздражённо. Снова упираюсь в него ладошками и давлю на грудь. — Я промою тебе здесь рану, а раз не хочешь отправляться на лечение, то я умываю руки. Я будущий врач, а никак не нянька.
— Ого! Вот это тирада. Жаль, что я половину не воспринял из-за боли в голове.
Он морщится, и я не знаю, играет или реально ему плохо.
Внутри снова зарождается странное чувство. Я почему-то переживаю за него. Ну вот и чего я опять? Мне вообще должно быть глубоко фиолетово на его состояние.
Ну может не так категорично. Но уж точно я должна расслабиться и просто делать своё дело. В данном случае, выдать таблетки и пусть дальше творит всё, что хочет. Я ведь сама себе создам проблем, если полезу в это дело.
Хотя есть шанс сделать то, что придумала. Просто позвонить его сестре и спихнуть на неё проблемы Димы. Так будет правильно. И это звучит логично. Я вроде как не оставляю человека в беде.
Просто перекладываю ответственность на того, кому она по силам.
Но ведь проще отвернуться и пусть катится ко всем чертям…
Вера, не надо. Не делай этого!
Как выпутываться будешь из этой ситуации?
А если сестра не ответит. А если ей вообще всё равно на Диму? Время к девяти часам. Пока проверну свой трюк, пока найду повод залезть к нему в телефон… Может будет уже глубокая ночь.
Забей. Заканчивай работу и езжай в общагу. Надо ведь поспать. Завтра снова целый день на ногах стоять, а послезавтра уже точно не получится выспаться нормально на дурацких стульях.
Ты ведь и о себе думать должна.
— Ладно, — решаюсь я, вопреки зову здравого смысла. — Сейчас я закрою аптеку и помогу тебе добраться до дома. Промою рану, посмотрю как там дела и уйду. На этом всё. И больше меня не доставай.
— Я буду рад, если ты захочешь остаться у меня с ночёвкой, — добавляет с каким-то мечтательным выражением на лице.
— Даже не думай.
— Это я без проблем. Думать сейчас очень сложно.
— У тебя точно с головой не всё в порядке, — мрачно сообщаю я печальный диагноз. — Отпусти меня. Мне надо собраться и закрыть кассу.
Наконец-то я оказываюсь на свободе. Иду за стойку и только там перевожу дух. Собираю свои вещи, и тут как раз появляется последний посетитель. Всё, как положено. Влетает в последние минуты. Так всегда случается. Стоит начать складываться, так кто-то желает что-то приобрести.
— Девушка, мне вот это, — тычет парень в презервативы.
Расплачивается картой и быстро убегает.
Я иду за обезболивающим, за бинтами, за антисептиками. Собираю целую аптечку для Димы. Так. Вроде всё необходимое взяла. По пути закидываю ещё одноразовые перчатки. Складываю всё в пакетик. Несу на стойку. Нужно пробить всё, потому что я покупаю это у аптеки. Не буду просить Диму, как-то неудобно, хотя это для него.
Останавливаюсь у стойки. На ней лежит несколько пачек презервативов.
Удивлённо поднимаю глаза вверх. Может я упустила ещё одного клиента, пока шарилась по полочкам?
Но нет. На другой стороне стоит только Дима, опираясь на стойку ладонями. Подталкивает пачки презервативов ко мне.
— Пробей и это тоже, девочка. Они нам пригодятся сегодняшней ночью.
Я качаю головой и усмехаюсь. Ну что за человек?
  
Глава 14. Кто кого?
 
Я закрываю аптеку, а Дима подпирает спиной стену здания. Лениво наблюдает за мной. Тянется к карману джинсов и матерится. Ругается, что сигареты забыл купить. Дурной совсем. О здоровье своём совершенно не думает.
Пакетик с лекарствами и презервативами всучила ему в руки. Всё-таки он расплатился сам. Но я и не стала припираться. Мне так даже удобнее, не нужно будет экономить на обедах на неделе.
Но самоуверенности мажору, конечно, не отнимать. Разбил голову, а думает о том, чтобы залезть ко мне в трусики. Пусть использует средство защиты с какой-нибудь другой девушкой.
Ненормальный. До сих пор в себя прийти не могу от такой наглости.
— Всё, — комментирую я, поворачиваясь к Диме.
— Прекрасно, моя девочка. Поехали.
Он обхватывает меня за руку и тянет за собой. Я пугаюсь, что сейчас слетим со ступенек, но, к счастью, более или менее равновесие мажор держит. Оказываемся на тротуаре, и я перевожу дыхание. Направляемся к тёмно-синей спортивной БМВ.
— Постой, — вдруг осеняет меня. — Ты на машине сюда приехал?
— А что такого? — пожимает он плечами.
Что такого?! Это немыслимо! И я, не выдержав, бью его в грудь. Парень кривится и останавливается. Смотрит на меня удивлённо. Не понимает!
— Ты сумасшедший! Да кто вообще за руль садится с сотрясением мозга?! Ладно, себя не жалко, так ты создаёшь опасность на дороге для других участников движения, — возмущаюсь я.
По мере моей тирады на его лице проявляется невозмутимость. Слушает меня и молчит. Я немного смущаюсь от его пристального взгляда. Может перегнула палку, что кричу на него, но меня прямо в дрожь бросает от мысли, что он так безрассудно поступил.
Совершенно не думает о других людях. Эгоист чёртов!
— Так. Кому-то точно следует остыть, — хмуро заявляет он.
Тянет ко мне свои лапы, прижимает одним резким движением к своему телу. Я не успеваю сообразить, что происходит, как этот наглец впивается в мои губы. Держит меня в жёстком капкане своих рук так, что я снова в ловушке.
  
Раздвигает губы и проникает в рот языком. Я ошеломлённо упираюсь в его грудь ладошками, пока он дерзко целует меня. Челюсть так и ходит ходуном от его уверенных твёрдых движений.