Мак (ЛП)

Не важно, что для этого потребуется, но я верну своего брата. Да, я убил его, поддавшись его словам, но мне нужно было сказать «нет». Нужно было уговорить его сразиться с семьей Хейн, сказать, что я всегда поддержу его. Но нет. Я, как дурак, дурак, которым всегда был, позволил ему решить все за меня.
На двадцатый день моего пребывания в этой хижине ко мне, как обычно, пришла моя очаровательная целительница и села рядом на небольшой стул. С привычной улыбкой она протянула мне миску с едой.
— Я не хочу есть, — я мягко отодвинул ее руку. — Мне нужна лодка.
Девушка вопросительно на меня посмотрела.
— Лодка! — повторил я и встал.
Она воспользовалась тем, что с моей талии соскользнул кусок ткани, чтобы мельком взглянуть на мое мужское достоинство. Я не солгу, когда скажу, что она выглядела довольной увиденным, и мое эго этим возгордилось.
Я снова повязал ткань вокруг своих бедер и, подняв какую-то валявшуюся ветку, стал рисовать ей на земле лодку, а под ней нарисовал волны и рыбу. Когда девушка поняла, что я имею в виду, на ее лице отразилось разочарование.
— Лотка… — повторила она.
Я кивнул:
— Да, лодка. Мне нужно попасть обратно домой, — я нарисовал полукруг, подразумевая остров, и домик на нем, а рядом фигурки людей. — Дом.
В ее глазах ясно читалось недоумение и размышление, а мне сейчас больше чем когда-либо хотелось объяснить, как я благодарен ей за помощь, насколько она для меня особенная. Ведь она спасла мне жизнь и ничего не просила взамен.
Когда она встала, я решил, что она собирается пойти поговорить со старейшинами деревни, но она никуда не ушла. Девушка развязала ткань, ниспадавшую с ее талии, и бросила на пол. Когда я увидел мягкие манящие изгибы ее бедер и темные волосы между ее ног, то мог только тяжело вздохнуть, думая о том, что не должен даже прикасаться к ней. Ведь я даже ничего не знаю об их народе и их обычаях. Но, когда она протянула руку и, отодвинув набедренную повязку, провела пальцами по моему члену, все мои запасы стойкости иссякли.
Притянув ее к себе за затылок, я стал целовать ее с таким напором, которого сам от себя не ожидал в виду моего ослабленного состояния. Но этот поцелуй, как и сама девушка, был совершенно необычным. Когда я почувствовал в своем рту ее вкус, втянул в легкие ее запах, что-то внутри меня как будто взорвалось, заполняя душу светом и блокируя весь остальной мир. Остались только она и я, и больше ничто не имело значения.
Где она была всю мою жизнь?
Мне казалось, что она — это тот самый смысл моего существования, о котором я даже не подозревал. И я верил, что по отношению ко мне она чувствует то же самое.
Наш поцелуй быстро превратился в дикий шквал прикосновений. Наши тела касались друг друга, а руки исследовали.
Боги, разве могла ее кожа быть более мягкой, а грудь более идеальной?
Каждая частичка ее тела, к которой я прикасался, будь то ее попка, бедра или нежнейшие складочки между ног, были гребаным совершенством.
Она прервала очередной наш поцелуй и встала на колени, явно намереваясь взять мой член в рот, в чем я никогда не отказывал женщинам. Но это было совсем не то, чего я жаждал. Мне просто необходимо было оказаться внутри нее, почувствовать связь наших тел.
Я взял ее за плечи и осторожно помог подняться.
— Такая женщина, как ты, не должна преклонять колени перед таким мужчиной, как я! — Я знал, что она не понимает моего языка, но надеялся, что она чувствует все, что я хотел сказать, что я чувствую.
Я уложил ее на импровизированную постель, на которой лежал так долго, а затем расположился между ее бедрами и, не теряя времени, провел головкой моего члена по входу в ее лоно.
Боги, она была уже абсолютно готова, о чем говорила ее влажность, дрожь и сжимающиеся бедра.
Вновь сплетаясь с ней в жарком поцелуе, я вонзился в ее тело, и она вскрикнула. Я сразу же понял, почему.
Девственница?!
— Прости меня, — прошептал я, выходя из нее.
Мысль о том, что она может быть девственницей, не приходила мне в голову. Девушка была не такой уж и юной, а временами мне казалось, что она старше меня лет так на пять. На моем острове у женщин ее возраста было по одному, а то и по два ребенка.
 
Смотря мне в глаза, девушка провела руками по моим плечам, спине и, дойдя до задницы, надавила на мои бедра, призывая войти в нее снова.
— Я не хочу причинить тебе боль. — Я надеялся, что она поймет, ведь мой размер был отнюдь не таким, что понравится женщине в ее первый раз.
Она нежно улыбнулась, будто говоря, что это именно то, чего она действительно хочет. И я был бы не я, если бы устоял перед таким приглашением. Я погружался в нее медленно, растягивая и заполняя, сантиметр за сантиметром. Она же сладко стонала мне в ухо и подавалась бедрами вперед, чтобы я мог войти еще глубже.
Откинувшись на подушки, она посмотрела в мои глаза, а я гадал, о чем она думает. Что вообще она могла увидеть в таком человеке, как я? Выброшенном на берег с разбитым, истощенным, почти мертвым телом?
Я не знал ответа на этот вопрос. Все, что я знал, — это то, что она заставляла меня чувствовать то, как внутри меня разливается теплота и желание ее ощущать.
Закрыв глаза, мы перешли на медленный, чувственный ритм, сливаясь душами. То, как наши тела и души соединились в одно, было похожим на волшебство. Мое сердце стало покалывать от ощущения, что я вбираю в себя частичку ее света, а она втягивает в себя частичку моей души. Единственное, что я могу еще сказать, это то, что эта девушка оказалась чистым экстазом, светом, греховным удовольствием и в то же время моей радостью.
Она была готовой, но такой узкой, что мне не потребовалось много времени для того, чтобы я почувствовал, что вот-вот взорвусь. И, как будто понимая это, она впилась ногтями в мои ягодицы, убыстряя темп, подталкивая войти в нее настолько глубоко, насколько я был способен. Кончив в нее, я не стал выходить, заставив себя продолжать, пока она не выгнулась и не закричала от нахлынувшего на нее экстаза.
Наконец, после долгого отдыха в объятиях друг друга я обтер свое потное тело простыней, посмотрел в окно и обнаружил, что снаружи уже был вечер. То, что нам казалось минутами, на самом деле было часами.
Я посмотрел на девушку и погладил ее по щеке:
— Кто же ты такая? — прошептал я.
— Щаслива, — ответила она.
Хэппи. Это было идеальное имя для Провидца с другого края земли, которая сделала меня счастливым.
***
На следующее утро я, как обычно, остался один, но скучал по ней больше, чем когда-либо. Скучал по ее глазам, по ее сладкому запаху и по ее улыбке. Я понял, что пока нахожусь рядом с ней, то впервые чувствую, что мне есть, на что надеяться, и для меня еще не все потеряно. Однако, другая часть моей души знала, что это невозможно. Я был чужаком, нежеланным гостем в их деревне.
— Лотка! — услышал я знакомый голос у порога.
Я поднял глаза и увидел, как моя богиня протягивает мне несколько меховых шкур и три больших свертка, перевязанных бечевкой.
— Лотка! — повторила она, призывая меня пошевеливаться.
— У тебя получилось? — спросил я вставая.
— Кооотен! — чуть ли не закричала она, пихая мне в руки принесенные вещи.
Видимо все, что она делает, было отнюдь не с благословения ее племени.
— У тебя будут неприятности… — резюмировал я, хотя, конечно, она не понимала моих слов.
В ответ она схватила меня за руку и потянула за собой.
— Нет! Я не хочу, чтобы ты совершала подобное из-за меня.
Я понятия не имел, ее племя мирное или все-таки дикое. Возможно, ей придется отвечать за свой поступок, и в этот раз они будут использовать не просто палки, которыми тыкали меня, когда я оказался выброшенным на их берег.
 
— Нет! — твердо повторил я, а поскольку я был намного выше и сильнее, ее попытки сдвинуть меня с места провалились.
Мне не хотелось добавлять к своей душе еще одно черное пятно или ставить его на душу другого человека.