Почему нет? (СИ)
Ярослав: Я рад. Если будет что-то нужно, ты всегда можешь на меня положиться. У меня широкий набор услуг)
Ясмина: Я с тобой так до конца жизни не расплачусь
Ярослав: Я же альтруист. Ты забыла?
Ясмина: Нет, но я считаю, что это нечестно
Ярослав: Я тоже классно провел время, так что не забивай себе голову)
Крепко затягиваюсь и тушу сигарету в старой пепельнице. Облака освобождают из туманного плена луну, и ее свет падает мне на руку. Перечитываю слово, за которое пытаюсь цепляться последние несколько месяцев, и ловлю себя на мысли, от которой сердце трещит по швам, что были наскоро наложены мной несколько раз, – как бы мне хотелось, чтобы это была она.
Ярослав: Расскажи потом, как пройдет свидание. Я чувствую ответственность за то, что познакомил тебя с ним
Ясмина: Хорошо
Ярослав: Спокойной ночи, Яся)
Ясмина: Спокойной ночи, друг-стажер)
POV Ясмина
Проснуться в хорошем настроении для меня почти так же удивительно, как и обнаружить отсутствие отеков на лице и теле после вчерашней тусовки. В мышцах слабая скованность, но голова не болит благодаря долгому и крепкому сну. Ласковое солнце заглядывает в окна, время близится к обеду, а я только погружаюсь в утреннюю рутину, ловя флешбэки вчерашней ночи, игристые и сладкие, как шампанское. Танцы, смех, разговоры. Столько эмоций, новых лиц, внимания. Мне было хорошо, спокойно и так легко, что в это сложно поверить, учитывая, что рядом не было Сережи. Его призрак отсутствовал даже в моей голове, и все же я не осталась одна. Со мной был другой. Тот, чья компания отчего-то стала и спасательным кругом, и штормом.
Кладу в рот кусочек сливочного омлета и запиваю крепким черным чаем. Беру в руки мобильный и открываю переписку с Ярославом. На лицо тут же выползает глупая блаженная улыбка. Друг-стажер. Да откуда ты взялся? Кого мне благодарить? Матери его, что ли, корзинку фруктов отправить в знак признательности? Если бы не Яр, я даже не узнала бы, что такое возможно: чувствовать себя свободной и защищенной одновременно. Вот же повезет кому-то, но пока, похоже, везет мне. Пальцы сводит легкой судорогой. Мне хочется написать ему, спросить: «Как проходит день? Ты выспался? Как дела в студии?», но я откладываю мобильный и доедаю омлет. На подкорке сидит странное волнение, бьющее по рукам хлестко и безжалостно. Я слишком много думаю о нем, а он слишком много для меня делает. Мне нечего дать взамен, и сколько бы Ярослав ни кричал, что он благородный альтруист, так просто неправильно.
Вымыв посуду, решаю побаловать себя просмотром сериала. Включаю стриминговый сервис на телевизоре и забираюсь в постель с планшетом в руках, чтобы добить эскиз на воскресенье. Проходит несколько часов, за которые я успеваю уловить суть драмы и разобраться с контуром и тенями новой татуировки. Неожиданно на телефон приходит сообщение. Мигом бросаю все и хватаю мобильный, но стоит взглянуть на экран, как радость сжимается до размера горошины.
Неизвестный номер: Привет. Это Гриша из бара. У нас сегодня все в силе?
Вспоминаю этого Гришу – неплохой парень с приятной внешностью. По крайней мере, он показался куда адекватнее, чем все те, кто пытался со мной потанцевать. А еще его выбрал Ярослав, что дает ему пару дополнительных баллов. Мы мило поболтали, и я помню, что согласилась на встречу, но… нужна ли она мне? Я в общем-то не ожидала, что Яр воспримет мои слова о поиске любовника так серьезно. Просто ляпнула, чтобы он… чтобы я… Закрываю глаза, растекаясь по кровати, и путаюсь в мыслях. И зачем я вообще это сказала? Сериал отходит на задний план, а я все пытаюсь связать в голове свои мотивы и поступки, желания и возможности.
Чего я хочу? Что вообще мне нужно? Я так долго равнялась на чужое мнение, следовала правилам. Сначала спрашивала разрешения у родителей, потом у парня и мужа. И вот сейчас, когда это больше не обязательно. Когда все решения принимать только мне, я не знаю, с чего начать. Не знаю, как просить разрешения только у себя. Я могу сделать что угодно. Пойти на свидание, тусить всю ночь, забиться татуировками с ног до головы. Улететь в Африку на воздушном шаре, смотреть телевизор круглые сутки. Могу переспать с кем захочу, могу общаться с кем хочу, но… а с кем? Кто эти люди? Где их искать? Примут ли они меня? Буду ли я им интересна? Это вообще нормально? Я вправе так поступать, искать внимания, общения? Или же так я просто пытаюсь нырнуть в знакомый неглубокий омут? Пытаюсь найти опору вовне, хотя должна искать внутри? А кому я должна? Кто меня осудит? Кто подскажет, как правильно, и подарит освобождающее от ответственности одобрение?
Глубоко вдыхаю, открываю глаза и вновь поднимаю телефон к лицу. Набираю ответ Грише и тут же получаю время и место встречи. С решительностью киношных суперагентов встаю с кровати и направляюсь в ванную комнату. Пока не рискну – не узнаю. Себя в первую очередь. Прежде чем найти тот вкус мороженого, который станет любимым, стоит хоть по ложке, но попробовать, и если не все, то хотя бы несколько. На первом попавшемся я уже прокололась, пора посмотреть, что еще осталось в наличии. В конце концов, это просто встреча.
Из колонок под потолком кофейни звучит ненавязчивая музыка, а напротив меня сидит парень, вот уже пару часов рассказывающий о своей жизни. Мой латте давно остыл, как и сердце. Дело даже не в Грише, он в целом милый, местами забавный, моментами даже смешной, но… совсем не интересный. Я слушаю его, киваю, отвечаю на вопросы, а сама думаю – что со мной не так? Ему двадцать восемь, работает в автомастерской. Есть младшая сестра, хорошие отношения с родителями и, судя по историям, большая компания друзей и знакомых. Но все какое-то пресное, скучное, совсем не откликается.
– Вот так все и закончилось, – весело говорит он, опуская взгляд на мой стакан. – Взять тебе еще что-нибудь?
– М-м-м… – Я вежливо улыбаюсь, мотая головой. – Не стоит. Мне еще нужно…
– Сливаешь меня? – Разочарование в его голосе бьет по совести.
Пристыженно опускаю голову, неловкость стягивает кожу на лице, будто я передержала глиняную маску. Можно, конечно, отшутиться, соврать и пообещать ему встретиться еще, да вот только… я не хочу.
– Ясно, – сухо произносит Гриша.
– Слушай…
– Не стоит. – Его тон становится еще жестче, и это, наверное, вполне заслуженно.
– Тогда я пойду. – Я поднимаюсь из-за круглого столика. – Спасибо за…
– Просто иди уже.
Разворачиваюсь вполоборота, ощущая, как по волосам стекает мутная вода презрения. Стыд раздувается в горле, как раскаленный летним солнцем воздушный шар, но его вдруг пронзает игла обиды. Не только он тут разочарован. Не только он потратил свое время. Встряхнувшись и придя в себя, смотрю на парня.
– А знаешь что… – низким тоном, с которого обычно начинались все наши ссоры с Сережей, произношу я, – ведешь ты себя сейчас очень забавно. Я ничего тебе не обещала. Мы договорились встретиться и пообщаться, что, собственно, и произошло. Не надо делать из меня какую-то суку, которая развела тебя на бусики и бантики.
Гриша, с лица которого уже без следа исчезла лучезарная улыбка, поднимает голову, а я достаю из сумочки пару бумажных купюр, радуясь тому, что папа научил меня всегда носить с собой мелкую наличку. Кладу деньги на стол, прижимая их рукой, и наклоняюсь:
– Не готов проигрывать в лотерею – не покупай билетов. Мы все в это играем. И, к сожалению, везет действительно единицам.
Он оторопело хлопает ресницами и дерзко ухмыляется:
– А говоришь, не сука.
– Пока, Гриша.
Выпрямляю спину и покидаю кофейню под звук своего бешено колотящегося сердца. Ноги сами несут куда-то в сторону, вечернее солнце освещает путь, разливая по тротуару оранжевый свет. Мороженое со вкусом «Свидания по приколу» отправляется в список нелюбимых. Привкус мерзкий, а осадок и вовсе отвратительный. Понимаю, что Грише тоже неприятно. Будь я на его месте, сама бы бесилась, но… это жизнь. Не всегда получается продумать все наперед. А может, просто не стоило идти? Может, я поторопилась? Можно ли с первой секунды понять, что перед тобой тот, с кем есть шанс? Это как-то читается? Я, как слепой котенок, тыкаюсь носом во все, что попадется на пути.