В оковах Судьбы I (СИ)

Я же использовал совершенно другой подход — передача своей силы предмету при физическом контакте, а уже внутри предмета — её программирование. Исходя из этого, по логике вещей, некий Надзор, о котором так и не удалось ничего найти, и министерские артефакты, что расставлены по всей стране плотной сетью, не смогут обнаружить процесс работы. Сам же факт активации и вовсе останется сокрыт в виду того, что я намереваюсь использовать все те материалы, что изучил касаемо истории защиты и маскировки особняков и крепостей чистокровными волшебниками. А там, к моему удивлению, имелось изрядное количество практической информации. Возможно, она и устарела за века и все мои усилия окажутся тщетны, но пока я не проверю — ответа на этот вопрос не будет.
  
С индивидуальными артефактами всё ещё проще. Все волшебники, согласно законам Министерства, направляясь на территории простецов, обязаны иметь при себе целый список магических предметов — защитных, маскировочных и позволяющих быстро сбежать.
Покосившись на меня, Вернон фыркнул:
— Ещё в августе ты таких слов не знал, а тут едва ли не лекцию читаешь… Вы там точно этим вашим фокусам учитесь, а не ядерной физике?
— Нет, — развел я руками, — Тут извините.
— Ну-ну… — фыркнул Дурсль, бросив задумчивый взгляд на свою жену, — А телепортиваться не научился?
— Нет, — покачал я головой, — Это относится к физике пространства и методах влияния на него магическими способами. О таких вещах в Хогвартсе материалов не найти.
На порталы я замахиваться не стал, ибо эта тема мне совершенно не знакома, а вот щиты различного типа я уже успел опробовать, оценить и достаточно неплохо понять механизм их работы. Пускай это самая базовая информация, но на её основе удалось разобрать по полочкам и досконально проанализировать прочитанные материалы.
— Только не говори, что уже можешь прочитать лецию о гравитационных колодцах небесных тел, — поморщился Вернон, снова покосившись на супругу.
— Единственный предмет, хоть как-то связанный с астрономическими явлениями — астрология, но она будет нужна на пятом и седьмом курсах для прикладной ритуалистики.
— Предположим, — вздохнул Вернон, — Как ты себе представляешь создание защитных… артефактов?
— Сейчас…
Пришлось снова идти к сундуку и рыться в нём, ища мои расчеты стационарного и личных защитных артефактов.
К слову, оставленные мной сугубо физические метки, вроде волоса на одной из сторон крышки, или положенной определенным образом бумажки, всегда оставались нетронутыми. Либо здешние адепты каким-то образом в состоянии вернуть всё на первоначальные места и спокойно устраивали обыски, либо никто к моим вещам, помимо меня, не прикасался. Впрочем, учитывая тот факт, что практически вся моя деятельность легко проверяема, смысла в таких вещах просто не было.
— Для стационарного артефакта нужен любой металлических брус, — принялся я объяснять предполагаемый план работ, — В идеале, из стали марки Britannia, или слиток длинной десять дюймов, шириной четыре дюйма и высотой два или два с половиной дюйма (дюйм, мера длинны, 1 дюйм равен 2, 54 см). Для личных — любые ваши украшения, что вы носите не снимая…
Тут мне пришлось прерваться, посколько удалось найти в записях результаты своих расчетов на основе таблиц материалов и их масс, выписанных из книг по истории защиты особняков.
— С украшениями не проблема, — покачала головой Петуния, — А вот по поводу слитка…
— Я понял о чем речь, — хмыкнул Вернон, принявшись массировать переносицу, — Правда, сейчас найти в продаже такой металл будет сложнее. Его если и производят, то в ограниченных количествах для мелких мастерских, которые создают декор в стиле семнадцатого-девятнадцатого веков. Этот сплав ещё называют «Белым металлом Виккерса». (реальный металл, производившийся на территории Британской Империи, сплав впервые упоминается в 1769 году как «Белый металл Виккерса», но преимущества металла Britannia были оценены лишь в 19 веке) В нём, примерно, девяносто три процента олова, пять процентов сурьмы и два процента меди. Раньше он имел довольно широкое распространение для производства сугубо бытовых предметов, но потом, когда спрос на него упал — почти исчез.
— Вот как… — задумался я.
Слова Вернона стали неприятной новостью. Мне казалось, что если уж некий металл использовали пару веков назад, то с течением времени объёмы потребности в нём и, соответственно, производства должны только увеличиваться.
Увы, но Земля не Галактическая Республика. Это там наиболее важные сплавы, применяемые в промышленности и строительстве, разработаны тысячи лет назад и покидать рынки не собираются. Другое дело, что здесь, в этом мире, ещё не завершился период, в котором одни сорта сталей и металлов сменяют другие, более специализированные, дешевые или обладающие лучшими механическими и химическими свойствами.
Как бы там ни было, вопрос с материалом для артефакта требовалось решить в кратчайшие сроки. Ибо самам ситуация, при которой любые проходимцы из общества магом безнаказанно разгулива по дому Дурслей, мне категорически не нравилась.
Теоретически, можно было бы попробовать найти аналог, но я не хотел рисковать. Тем более, что вся информация, которую удалось обнаружить по этой теме, относилась к периоду восемнадцатого и девятнадцатого веков, когда волшебники, несмотря на уже существующий декрет о секретности, всё ещё имели тесные связи с простецами, вели общий бизнес и сотрудничали по очень многим вопросам. Понятно, что в такой книге автор не станет приводить современные разработки, обойдясь разбором технологий тех лет.
— Ничего, — покачал головой Вернон, — Найду я тебе нужное количество Britannia. И не один брусок, а хоть грузовик привезу, если ты сможешь сделать так, чтобы эти чертовы колдуны не копались в моей голове.
— И давно вы это поняли? — поинтересовался я, глядя на мужчину.
— Да сразу, — пожал тот плечами, — Я не идиот и прекрасно понимал, что жажда запинать тебя до полусмерти мне совершенно не свойственна. Я такими наклонностями никогда не обладал. Это заставило меня задуматься. Как и серьёзные перемены в Петунии. Не знай о колдунах — пошел бы к доктору сам и её бы прихватил… А так — когда начинались очередные… приступы, назовем это так, мы тебя просто отправляли в чулан, чтобы не видеть. Иначе, могли и сорваться.
— Спасибо, — покачал я головой, оценив силу воли Вернона и Петунии, что больше десяти лет успешно боролись с воздействием по их разумам.
Наличие столь сильной воли у рядовых обывателей было более чем удивительным делом. Оно стало ещё одной причиной защищать этих людей, что столько времени жили в психологическом аду, но не сдавались.
— С этим мы решили, — вздохнул Дурсль, бросив взгляд на жену, — Есть ещё одна проблема.
— Какая? — напрягся я.
— Даже не знаю как сказать… — замялся мужчина, — Понимаешь, мы с Пет точно помнили, что твоя мама… Она после свадьбы с Джеймсом вела себя своеобразно, и они… Прекратили общение с нами. Вообще. Однако, сегодня я полез на чердак, чтобы достать кое-что из инструментов и нашел там сундук… Такой же, как твой. Открывать мы его не стали, но…
Замолчавшего мужа поддержала Петуния, продолжив рассказ уже после него:
— Я всегда была уверена, что Лили просто уехала к Поттеру, забрав все свои вещи. А потом, спустя некоторое время, мы нашли тебя на крыльце с запиской и… всё… Сегодня же, когда обнаружился сундук, я вдруг вспомнила, что она его специально привезла сюда в сентябре восемьдесят первого. Вроде бы, чего-то боялась и хотела оставить у меня… Но… Как-то оно не сходится. Мы делали уборки на чердаке десятки раз. И никогда там не было этого сундука.
Покачав головой, я спросил:
— Вы полагаете, что кто-то опять тут был и копался в ваших головах?
— Лично я в этом уверен, — кивнул Вернон, переворачивая фотографию, что до этого лежала изображением вниз рядом с пачкой сигарет, — Видишь ли, когда мы ремонтировали крышу, чердак тоже немного переделали. Вы с Дадли туда лазили во время ремонта и Петуния вас сфотографировала полароидом…