Бессмертные (сборник)

Его голос внезапно изменился, в нем зазвучали деловые нотки.
— Кто напал на груз? Этот человек?
В нижней части экрана появилось фото.
— Да, — ответил Гарри.
Голова у него шла кругом. Развенчание иллюзий и бессмертие, сразу, без передышки. Все нахлынуло слишком быстро. У него не было времени на осознание этого кошмара.
Уивер задумчиво потер свой бесформенный рот.
— Картрайт! Как он умудряется это проворачивать?
  
В громоподобном голосе отчетливо проскользнула нотка страха.
— Вечно рискует. Он чокнутый — вот оно что, просто сумасшедший! Ищет смерти.
Гора плоти задрожала; тело заколыхалось.
— Пусть только сунется ко мне. Я помогу ему сдохнуть.
Он снова взглянул на Гарри и поскреб шею.
— Как вы четверо сюда попали?
— Мы шли пешком, — коротко ответил Гарри.
— Шли? Не верю.
— Спросите менеджера мотеля рядом с Канзас-Сити, или стаю волков, которым почти удалось похитить Марну, или ловца, который парализовал меня. Они подтвердят, что мы пришли пешком.
Теперь Уивер скреб свое громадное брюхо.
— Ох уж эти мне волчьи стаи! Создают кучу проблем. Хотя пользу тоже приносят. Подчищают пригород. Но если тебя парализовали, как ты оказался здесь, вместо того чтобы лежать на секционном столе в каком-нибудь из банков органов?
— Лекарь сделал мне переливание крови Марны.
Слишком поздно Гарри заметил, что Марна знаками просит его замолчать.
Лицо Уивера омрачилось.
— Значит, ты украл мою кровь! Я теперь не смогу взять ее еще целый месяц. Придется тебя наказать. Не сейчас, позже, когда я придумаю наказание, достойное преступления.
— Месяц — это слишком мало, — заявил Гарри. — Неудивительно, что девочка такая бледная, раз вы из нее ежемесячно выкачиваете кровь. Вы убьете ее.
— Но ведь она — Картрайт, — удивленно сказал Уивер, — а мне нужна кровь.
Рот Гарри сжался в тонкую линию. Он поднял руку с браслетом.
— Ключ, сэр?
— Скажи-ка мне, — спросил Уивер, медленно почесываясь под грудью, — Марна уже может забеременеть?
— Нет, сэр. — Гарри спокойно смотрел в глаза губернатору Канзаса. — Ключ?
— Ах да, — отозвался Уивер. — Я где-то его потерял. Придется тебе еще немного походить с браслетом. Ну, Марна, сегодня и проверим, забеременеешь ты или нет? Подбери что-нибудь подходящее для брачной ночи, ладно? И давай не будем все портить нытьем, стонами и криками боли. Приходи с трепетом и радостью, как Мария явилась к Господу.
— В таком случае, если появится ребенок, — заявила Марна, побелев, — это будет непорочное зачатие.
Гора плоти гневно содрогнулась.
— Похоже, без криков сегодня не обойдется. Да. Лекарь! Ты — отвратительный старик с мальчишкой. Ты же целитель.
— Так меня называют, — прошептал Пирс.
— Говорят, ты творишь чудеса. Ну так сотвори чудо для меня.
Уивер поскреб тыльную сторону ладони.
— У меня зуд. Доктора ничего не обнаружили и поплатились за это жизнью. Он сводит меня с ума.
— Я исцеляю прикосновением, — предупредил Пирс. — Каждый человек способен помочь себе сам; я только направляю.
— Ни один человек не коснется меня, — заявил Уивер. — Ты вылечишь меня к вечеру. Не хочу слышать никаких отговорок. В противном случае я разозлюсь и на тебя, и на мальчишку. Да, я буду очень зол на мальчишку, если у тебя ничего не выйдет.
— Сегодня вечером, — пообещал Пирс, — я сотворю чудо для вас.
Уивер улыбнулся и протянул руку к трубке с питательной смесью. Темные бусинки его глаз блеснули на бледном, похожем на миску сметаны лице.
— Тогда до вечера!
И изображение пропало с экрана.
— Червяк, — прошептал Гарри. — Гигантский бледный червяк в самом сердце розы. Вгрызающийся в нее, слепой, эгоистичный, рушащий все.
— Мне он кажется плодом, не желающим покидать утробу, — сказал Пирс. — Оставаясь там, в безопасности, он убивает мать и не понимает, что тем самым уничтожает и себя самого.
Он слегка повернулся к Кристоферу:
— Здесь есть камера?
Кристофер кинул взгляд на экран.
— В каждой комнате.
— Жучки?
— Повсюду.
Пирс заявил:
— Придется надеяться на то, что он не станет просматривать записи или отвлечется на какое-то время, чтобы мы успели сделать все, что нужно.
Гарри взглянул на Марну, а затем и на Пирса с Кристофером.
— Что же мы можем сделать?
— Ты с нами? — спросила Марна. — Откажешься от бессмертия? Рискнешь всем?
Гарри скривился.
— А что я теряю? В таком мире…
— Как тут все устроено? — прошептал Пирс. — Где Уивер?
Марна беспомощно пожала плечами:
— Я не знаю. И мама с бабушкой не знали. Он всегда присылает лифт. Здесь нет ни лестниц, ни других выходов. А лифты управляются с панели, стоящей у его кровати. На ней тысячи кнопок, отвечающих за все здание, — освещение, вода, воздух, температура и подача пищи. Он может пустить токсичный или парализующий газ, залить все напалмом. Может взорвать снаряд не только здесь, но и в Топике, и в Канзас-Сити, или послать ракету в любой другой район. Подобраться к нему невозможно.
— Ты подберешься к нему сегодня, — прошептал Пирс.
Глаза Марны вспыхнули.
— Если бы я могла пронести с собой хоть какое-нибудь оружие… Но пассажиров в лифте ждет проверка — магнитными и рентгеновскими детекторами.
— Даже если бы тебе удалось пронести, скажем, нож, — возразил Гарри, — нанести точный удар в жизненно важный орган было бы практически невозможно. И хотя двигаться он не может, руки у него, должно быть, чудовищно сильные.
— Тогда, наверное, остается один способ, — подытожил Пирс. — И если мы найдем лист бумаги, Кристофер изложит его вам.
Невеста ждала у дверей лифта. На ней было белое атласное платье с пожелтевшими кружевами. На голову вместо фаты она накинула еще один обрывок кружева. Перед экраном в гостиной, в коричневом мягком кресле с велюровой обивкой, сидел Пирс. У его ног, прислонившись к тощему колену старика, расположился Кристофер.
Экран мигнул, и появился Уивер, ухмыляющийся своей идиотской улыбкой.
— А ты нетерпелива, Марна! Меня радует твое стремление поскорее упасть в объятия своего жениха. Свадебный экипаж подан.
Двери лифта с шелестом открылись. Невеста зашла в кабину. Когда двери начали закрываться, Пирс поднялся на ноги, легонько оттолкнув Кристофера в сторону, и заявил:
— Ты жаждешь бессмертия, Уивер, и полагаешь, что получил его. Но то, что ты считаешь бессмертием, всего лишь существование полутрупа. Я покажу тебе единственное настоящее бессмертие…
Кабина лифта пошла вниз, из динамиков грянул свадебный марш из «Лоэнгрина» [22]. Детекторы проверили невесту и не обнаружили на ней ничего, кроме ткани. Лифт начал замедляться. После полной остановки двери еще секунду оставались закрытыми, но затем со скрипом распахнулись.
Вонь разложения хлынула в кабину. Невеста отпрянула, но через секунду смогла сделать шаг из кабины. Когда-то эта комната представляла собой чудесный механизм: стальную утробу. Чуть больше по размеру, чем гигантский воздушный матрас в центре, она была полностью автоматизирована. Климат-контроль поддерживал в комнате температуру, идентичную температуре человеческого тела. Пища поступала по трубкам прямиком из технической зоны, без участия человека. Поливальные установки разбрызгивали ароматизированную воду, смывающую грязь и стекающую в коллекторы по краям комнаты. Одна из них, расположенная на потолке, предназначалась для мытья твари, лежащей на матрасе. Вокруг матраса, словно огромный круговой пояс с десятком тысяч кнопок, протянулась панель управления всем зданием. Непосредственно над матрасом, на потолке, находился широкий экран.
  
Несколько лет назад, вероятно, из-за сейсмических колебаний почвы лопнула водопроводная труба и появилась течь, подтачивающая бетон. Поливальные установки перестали работать, но либо жилец комнаты боялся звать чужаков для устранения проблемы, либо его это не заботило.