Водная жила (СИ)

— Товарищ Корнилов, — сказала она, изучая мои расчеты через очки для чтения, — тарифы нужно обосновывать по утвержденной методике. Себестоимость плюс плановая рентабельность.
— А какая допускается рентабельность? — спросил я, доставая блокнот.
— Для научно-технических услуг не более двадцати пяти процентов, — ответила Мария Петровна, открывая толстую папку с нормативными документами. — Это согласно постановлению Госкомцен от 1971 года.
  
Пришлось пересчитывать всю калькуляцию. Бактериальные культуры: себестоимость пять рублей за литр, плановая рентабельность двадцать пять процентов — итого шесть рублей двадцать пять копеек. Торфяные удобрения: себестоимость три рубля за мешок, с рентабельностью — три рубля семьдесят пять копеек. Модульные рамы: себестоимость сто пятьдесят рублей, цена с наценкой — сто восемьдесят семь рублей пятьдесят копеек.
— Вот так правильно, — одобрила Суханова, ставя штамп на каждой странице расчетов. — Теперь можете идти в плановую комиссию.
Иван Семенович Кротов принял меня в просторном кабинете с портретами руководителей страны на стенах. Заведующий плановой комиссией райисполкома, мужчина лет шестидесяти с седыми усами и проницательными глазами, внимательно изучал документы.
— Услуги нужные, — согласился он, откладывая калькуляции. — Но объемы должны соответствовать плановым потребностям района. Нельзя превышать экономически обоснованный спрос.
— А как определить этот спрос? — поинтересовался я.
— Проведем опрос хозяйств района, — решил Кротов, доставая чистый бланк. — Пусть подают заявки на будущий год. По заявкам определим плановые объемы производства.
Опрос занял три дня. Я объехал все крупные хозяйства района, встречался с агрономами и директорами, выяснял потребности в наших услугах. Результаты превзошли ожидания: бактериальных культур требовалось на восемь тысяч рублей в год, торфяных удобрений на двенадцать тысяч, модульных рам на пятнадцать тысяч.
— Итого тридцать пять тысяч рублей планового объема, — подсчитал Кротов, изучая сводную заявку. — Это вписывается в районные планы развития сельского хозяйства.
Последней инстанцией стала комиссия по ценообразованию при райисполкоме. Собрались представители финансового отдела, плановой комиссии, управления сельского хозяйства и торгового отдела.
— Тарифы экономически обоснованы, — доложила Мария Петровна, открывая заседание. — Себестоимость подтверждена документально, рентабельность соответствует нормативам.
— Спрос на услуги подтвержден заявками хозяйств, — добавил Кротов. — Объемы не превышают районные потребности.
Председатель комиссии, заместитель председателя райисполкома Николай Андреевич Волков, пожилой мужчина в темном костюне, изучил все документы и вынес вердикт:
— Утверждаем представленные тарифы сроком на один год с последующим пересмотром. Совхозу «Заря» разрешается оказание платных научно-технических услуг в установленных объемах.
С официально утвержденными тарифами на руках я вернулся в совхоз. Теперь наша коммерческая деятельность имела не только идеологическое, но и юридическое обоснование. Цены были справедливыми, объемы плановыми, рентабельность — умеренной.
— Молодец, — одобрил Громов, просматривая заключение комиссии по ценообразованию. — Теперь никто не упрекнет нас в спекуляции или завышении цен.
Теперь все формальности были улажены. Совхоз «Заря» получил право на оказание платных научно-технических услуг другим сельскохозяйственным предприятиям района. Договоры оформлялись через районное управление сельского хозяйства.
Первыми клиентами стали совхозы «Рассвет» и «Путь Ильича». Их представители приехали за партией бактериальных культур для очистки загрязненных участков возле старых животноводческих ферм.
— Вот это продукция! — восхищался главный агроном совхоза «Рассвет» Анатолий Петрович Лукин, изучая склянки с концентратом. — У нас химики из области такой эффективности не обещали.
Кутузов в белом халате объяснял технологию применения, дозировки, периодичность обработок. Рядом стоял Ефимов, записывая рекомендации в толстую тетрадь.
— Главное соблюдать температурный режим при хранении, — предупреждал лаборант. — И использовать в течение месяца после получения.
За первую партию, двадцать литров концентрата, заплатили двести рублей. Чистая прибыль составила сто рублей, что полностью покрыло месячные расходы на реактивы.
Производство торфяных удобрений мы развернули на краю болота Моховое. Семеныч пригнал экскаватор ЭО-2621, начал разработку торфяной залежи небольшими участками. Черная масса складывалась в бурты для просушки.
— Хороший торф, — говорил дядя Вася, сжимая в кулаке образец. — Рыхлый, без примесей песка. Растения такой любят.
Вскоре торф подсох до нужной влажности. Его загружали в тракторные прицепы, доставляли на центральную усадьбу, где женщины расфасовывали в мешки по пятьдесят килограммов.
— Работа несложная, — говорила Зинаида Петровна, завязывая очередной мешок бечевкой. — А заработок дополнительный. Мне за расфасовку копейку доплачивают.
Первую партию, сто мешков, передали в райпо для продажи населению. Цена пять рублей за мешок оказалась вполне приемлемой для местных садоводов.
— Удобрение отличное! — хвалила покупательница в цветастом платке, нагружая мешок в тележку. — У соседки такое было, помидоры как на дрожжах выросли!
Самым прибыльным направлением стало изготовление модульных рам для сельхозтехники. Володя Семенов организовал небольшое производство в совхозной мастерской, используя свободное время механизаторов.
— У нас уже пять заказов, — докладывал он, показывая записи в журнале заказов. — Совхоз имени Кирова хочет три рамы, «Восход» две, агрокомбинат «Сибирский» четыре.
Работа кипела в вечерние часы, когда основная техника возвращалась с полей. Колька с Федькой резали швеллер газовой горелкой, сваривали секции, красили готовые изделия суриком от ржавчины.
— Хорошо идет дело, — говорил Федька, зачищая сварной шов наждачной бумагой. — И заработок неплохой, и опыт набираемся.
За каждую раму платили триста рублей, себестоимость составляла сто пятьдесят. Чистая прибыль сто пятьдесят рублей с изделия позволяла быстро окупать затраты.
К концу августа финансовые результаты превзошли ожидания. Бактериальные культуры принесли тысячу рублей прибыли, торфяные удобрения полторы тысячи, модульные рамы две тысячи. Итого четыре с половиной тысячи рублей за месяц.
— Получается, за год больше пятидесяти тысяч заработаем, — подсчитывал Громов, изучая финансовый отчет. — Не только покроем сокращение финансирования, но и расширим программу.
— И что важно, — добавил я, — теперь мы сами создали стабильный источник доходов. Теперь мы не зависим от областного бюджета.
Успех нашей коммерческой деятельности быстро стал известен в районе. К нам стали обращаться представители других хозяйств с просьбами о консультациях по организации собственных производств.
— А можно у вас поучиться? — спросил директор совхоза «Маяк» Петр Кузьмич Дроздов, приехавший за партией торфяных удобрений. — У нас тоже торфяники есть, да не знаем, как правильно разрабатывать.
— Конечно, — согласился я. — Организуем семинар по технологии производства органических удобрений. За символическую плату, разумеется.
Семинар провели в актовом зале сельского клуба. Собралось человек тридцать — агрономы, инженеры, председатели колхозов из пяти районов области. Володя Семенов читал лекцию о модульных конструкциях, Кутузов рассказывал о микробиологических препаратах, я объяснял экономические аспекты производства.
  
— Прежде всего надо правильно оценить рынок сбыта, — говорил я, показывая схему на доске. — Бесполезно производить то, что никому не нужно. Нужно изучать потребности, находить своих покупателей.
— А как с лицензированием? — поинтересовался агроном из соседнего района.
— Все в рамках действующего законодательства, — ответил я. — НИО совхоза имеет право на научно-производственную деятельность. Оформляете соответствующий статус и работаете легально.