По-прежнему болен тобой (СИ)

- Ох, я забыла, прости!
Круто, когда у тебя молодая прогрессивная мама, с которой можно говорить обо всем, вплоть до секса. Но хреново, когда родители не в курсе твоей жизни. Не то что личной, а вообще.
- Так как Ия? - переспрашивает она.
Так… А точно, как там Ия?! Насколько я помню, сегодня у моей подруги был день “икс” с ее бойфрендом! Нужно срочно позвонить и узнать все подробности!
Поднимаюсь к себе в комнату, звоню лучшей подруге. Не получив ответ на несколько звонков, я пишу смски. Одну за другой, быть может тогда обо мне вспомнят.
“Как твой профессор в постели?”
“Тебя там затрахали до смерти что ли?”
“Если ты не возьмешь трубку, я приду к тебе домой прямо сейчас! И если тебя не окажется дома, я вызову полицию и розыскных собак!”
В течение часа ответа так и нет ни на звонки, ни на сообщения, а это уже пугает. Вдруг случилось чего?!
“Ну все, я выбегаю!”
Быстро одеваюсь и выхожу из дома, направляясь к коттеджу Ии торопливым шагом. Как только добираюсь до ворот и собираюсь позвонить в домофонный звонок, за моей спиной раздается звон ключей. Резко поворачиваюсь и сталкиваюсь взглядом с Яном. Язык, как назло, как будто немеет и я не могу сказать ни слова, просто стою и смотрю на него, в то время как парень открывает ворота и заходит внутрь, совершенно игнорируя мое присутствие.
- Ия дома? - все же удается выдавить мне из себя вопрос и проскочить следом за ним.
- Угу, - отвечает Ян. Это даже не слово, но от него веет таким холодом…
- С ней все хорошо? - догоняю его на крыльце дома и захожу следом в прихожую.
В ответ лишь молчание. Ян разувается, вешает куртку на крючок и идет на кухню.
В груди все сжимается, хочется плакать от такого отношения. Несмотря на его агрессивную просьбу не приходить к нему в больницу, я все равно ходила. Я пыталась выловить его, чтобы поговорить, я была готова рассказать все от и до, но в ответ было одно и то же: “Проваливай! Мне все равно!”.
Однако, у каждого человека есть гордость и у меня тоже. Мне было стыдно даже подруге рассказать о том, как я лоханулась с гребаным Димой. Да, я могла бы продолжать таскаться за ним, вымаливая прощение, но это же сейчас бесполезно. Каждый раз у меня появляется шальная мысль, что нужно жить дальше, но любовь к этому упрямому, ревнивому, принципиальному засранцу все равно сильнее.
Я люблю, несмотря ни на что всегда буду любить, наверное...
Я, возможно, строю себе воздушные замки и глупые иллюзии, но все еще верю, что должно произойти что-то, что заставит его меня выслушать. Мою версию, которую он даже не знает.
Может быть сейчас пришло время?
Сердце уже часто-часто барабанит в груди, когда я иду следом за Яном на кухню. Останавливаюсь в дверном проеме и смотрю на него, наливающего стакан воды. За эти полгода он стал другим, что не удивительно, но менее привлекательным для меня быть не перестал. Он допивает воду, шумно ставит стакан на столешницу и приближается ко мне. Вытягиваюсь, словно струна и задерживаю дыхание, ожидая очередной поток ледяного душа из слов, произнесенных им. Но вместо этого он останавливается напротив, молча складывает руки на груди и смотрит на меня сверху вниз.
В какой-то момент, когда мы сталкиваемся взглядами и я безвозвратно утопаю в глубине его глаз, мне кажется что там есть что-то былое, нежность что ли… Наверное, именно этот секундный проблеск дает мне сил начать говорить.
- Я хотела бы, чтобы ты меня выслушал, - набираюсь смелости и произношу я. - Хотя бы просто выслушал… - Ян лишь стискивает зубы и обходит меня, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж. - Ян, пожалуйста! Сколько можно уже?! Давай хотя бы расстанемся как нормальные люди, выскажем все друг другу и сделаем выводы! - молча начинает подниматься вверх, а я не выдерживаю и кричу: - Конечно! Это же проще всего, игнорировать человека, чем поговорить по-нормальному!
Ян останавливается и резко разворачивается. Приближается ко мне и я вижу, как взбешен тем, что я снова затронула эту тему.
 
- А тебе есть что мне сказать? - злая усмешка появляется на его губах.
- Может быть и есть, - куда-то резко пропадает вся моя прыть, особенно когда вижу спускающуюся к нам Ию. Этот разговор не для ее ушей. Она меня возненавидит, когда узнает насколько все было тупо.
- Прости, что не отвечала, тут просто столько всего произошло, что… - тараторит она, подходя ко мне ближе, но я продолжаю смотреть на Яна.
- Тогда говори, я слушаю, - он задирает подбородок, вновь обдавая меня льдом своего безразличия.
Не могу. Так я точно не могу больше. Что бы я не сказала - ему плевать.
Именно поэтому я разворачиваюсь и несусь прочь из этого дома.
13. Мозгоправ
Ян
- Что, блин, вы устроили?! - кричит сестра и торопливо натягивает на себя куртку и сапоги.
- Я ничего не устроил. Просто кое-кто сосется по углам со всякими козлами, будучи в отношениях. А потом говорит, что все не так как кажется! - бросаю я и начинаю подниматься по лестнице в свою комнату.
- Да что у вас произошло тогда, в конце концов, кто-нибудь из вас мне расскажет или нет?!
- У подружки своей спроси, ей же ты веришь больше! - раздраженно кричу я и захлопываю дверь своей спальни.
Прислоняюсь спиной к двери и чувствую, как хочется заорать во весь голос и разбить что-то в хлам.
Я сломан. Я как забагованная программа. Не могу разобраться в том, что чувствую и чего хочу.
Не вижу Энжи и я, кажется, скучаю, но стоит только столкнуться с ней и вспомнить прошлое - меня трясет от злости и хочется сделать ей хотя бы капельку соизмеримо больно, как они с Димой сделали мне. Но сейчас стою, смотрю на свое отражение в глянцевой дверце шкафа и хочется втащить себе.
Я знаю, что для Энжи важна поддержка Ии, потому как ее родителям на нее насрать. Она золотой ребенок, но вот чего ей не додали, так это любви и внимания. Если бы она сейчас не сбежала, если бы я заставил ее оправдываться при сестре - она бы потеряла ее доверие и мне, пять минут назад, этого очень хотелось.
Почему потеряет Ию и ее отношение? Потому что для Ии Ликой была придумана абстрактная сказочка: “Ян увидел то, чего на самом деле не было”. Не знаю, чем руководствовалась она, тем что все утрясется само собой? Когда сестра пришла втирать мне это дерьмо в больницу и пытаться заставить извиниться перед Энжи, поговорить, у меня пригорело. Я подумал, а не пошли бы вы обе в задницу, а?! Лика не сказала лучшей подруге правду, с какой стати должен я?!
Так и топчусь на месте, не в силах сдвинуться.
- Ян Александрович, - вздыхает психотерапевт.
- Мы договаривались без отчества, - поправляю его я, расположившись в удобном кресле и глядя в потолок, переминаю в руках мягкий тряпичный мячик.
- Ян… В чем причина того, что вы не хотите просто выслушать девушку и отпустить этот кусок прошлого? - мужик по имени Альберт Вениаминович, поправляет очки, внимательно изучая мою реакцию на свой вопрос.
Это уже пятый мозгоправ, который не может мне помочь решить мою маленькую проблемку. Все, чего я прошу, так это заставить меня жить дальше, забыть Энжи, переключить внимание и научиться контролировать фобию гонок. Этот говнюк, в отличие от стальных, акцентирует мое внимание именно на Лике и утраченных отношениях, мол, в этом причина всего.
- Она снова будет врать, а я видел достаточно, - отвечаю и подбрасываю мяч. Ловлю, сминая его в руках.
- Хорошо, давайте зайдем с другого края. Где сейчас ваш друг, ну, тот Дмитрий?
- В Америке, его взяли в гоночную команду вместо меня, потому что я из-за него, сука, выбыл! - снова подбрасываю мячик вверх и ловлю.
- Вы с ним не разговаривали после аварии? - мужик делает какую-то пометку в своей тетрадке.
- Пошел он в жопу, - фыркаю я. - У него сменился номер, в сети его нет, занятой, бляха! Но даже если бы и была связь, я бы не стал с ним разговаривать.
- Вы очень категоричны, - говорит мужик, а я ухмыляюсь и подбрасываю мяч. - И эгоистичны, - резко поворачиваюсь в его сторону и мячик падает на пол.