Доктор для хозяина жизни (СИ)

Она протягивает мне свой большой смартфон. Пафосная марка, последняя модель, но она явно не хочет похвастаться — она что — то демонстрирует на экране.
Беру в руки, присматриваюсь. Что это? Господи…
На фотографии — Щербинский и Камила. Они в каком — то тесном помещении, но не только поэтому стоят вплотную друг к другу. Изображение так и дышит страстью.
Камила в объятиях Артура… Его руки на ее заднице, а ее пальцы впиваются в его сильные плечи.
  
Они целуются так, будто хотят съесть друг друга. Я морщусь.
— Что это?
— Именно то, что ты видишь, Ань. Сначала я повелась, поддалась... Сама понимаешь, какой он мужчина. Но потом мне стало противно! Я поняла, что ты должна знать…
— Что это значит? — вскидываю на нее взгляд.
— У нас был секс в туалете того самого ресторана…
— Что?!
— Узнаешь интерьер?
Я смотрю на фотографию и правда узнаю санузел ресторана, где мы были на дне рождения. Меня тогда привлекло лавандовое оформление этих комнат: и оттенки стен, и искусственные цветы на небольшом окошке.
Это выглядело мило…
— Полистай фотографии, — говорит Камила.
Я, как под гипнозом, слушаюсь.
Вот уже с неё стянут лиф платья, и Щербинский сжимает ладонями пышную грудь. Потом ее задница на раковине…
Следующая пара фотографий со страстным сексом и голыми ягодицами Щербинского.
Я смотрю и чувствую полную нереальность происходящего.
— Он вломился ко мне в туалет, — начинает рассказывать Камила, хотя я ее не просила, — я как раз вымыла руки и снимала видео для своего маленького блога в соц сетях. Камера осталась включенной… Артур сказал, что я его сегодня завела. Я тоже... растаяла в моменте. Такого секса у меня ещё ни с кем не было! Он велел мне сразу уехать, чтобы никто ничего не заметил. Обещал навестить на следующий день. Ну и, как сама понимаешь, пропал. Я ждала все эти дни, плакала… Вспоминала его и поняла — он просто мной воспользовался! Как и тобой.
— Что?..
— Ты не должна терпеть, Аня! — Камила говорит с жаром. — Я все понимаю, этот мужчина красив, богат, за ним охотятся многие… Далеко не факт, что ты найдешь такого же. Но подумай о себе! Я знаю, о чем говорю… Моя мама была в таком браке — она очень любила отца, но терпела его измены. Это закончилось плачевно. Мама рано умерла…
Я моргаю и медленно протягиваю ей телефон. Девушка растерянно принимает его — она, видимо, думала, что я ещё долго буду сидеть и пялиться на эти фотографии.
Мне кажется, что я наблюдаю за всей этой ситуацией со стороны.
В то же время в голове нарисовались кое — какие выводы.
Возможно, по мнению многих, а может быть, и на самом деле, я не тяну на подходящую женщину для Артура. На ту, которая станет единственной в его жизни.
Но для меня дико было бы узнать, что сам Щербинский так опустился. Трахаться в туалете тайком?..
Мы не женаты, и он ничем мне не обязан. Артур мог делать все что угодно. Совершенно не таясь.
Плюс ко всему, может быть, я дура, но сейчас для меня это кажется каким — то второстепенным… Самое главное — чтобы он вернулся живым.
Эта мысль обжигает все внутри. Я в шоке, но, видимо, именно так и выглядит любовь.
К тому же.… Ну нет, всё — таки я в это не верю.
— В наше время можно создать любое фото с любыми людьми, — я поднимаю глаза на итальянку. — Достаточно просто загрузить их фотографии в нейросеть.
Камила расширяет свои черные глаза:
— Я не могу поверить, Аня! Ты его оправдываешь?! У тебя есть капля самоуважения?
— Не надо хамить, — я хмурюсь.
— Это я ещё хамлю?! — восклицает Камила. — Аня, приди в себя! Давай что — то делать с этим. Ты можешь ему отомстить!
— В смысле? — мои брови сходятся к переносице.
— Ты же знаешь, он незаконно удерживает человека. Того, кто лежит сейчас в коме. Он якобы нападал на него, но ведь не факт. Возможно, это просто заложник или враг по бизнесу. Ты вообще в курсе, что Артур — сын бандита и у него самого нечистое прошлое?
— Тебе какое дело до всего этого? — смотрю на итальянку в упор.
— Помоги мне найти эту клинику, а я помогу тебе сохранить достоинство.
Даже мой уставший мозг складывает два и два.
— Вот для чего ты пришла… Зачем тебе это надо?
— Я не могу сейчас сказать, просто поверь мне и помоги.
— То есть я должна верить тебе, а не своему мужчине?
— Он не твой мужчина, Аня, и никогда не будет полностью твоим. Он наиграется и выбросит тебя, как остальные поломанные игрушки. Вообще задумывалась, сколько у него было женщин за его жизнь?
— Это не твое дело. Все, уходи.
— Нет, поехали со мной. Ты же знаешь адрес.
— С чего ты вообще это взяла? — ахаю. — Ведь, по твоему мнению, я никто в жизни Артура. Думаешь, он бы доверил мне такую информацию?
По факту я действительно не знаю, где Артур держит того человека. Несмотря на то, что я врач, он ни разу не обсуждал со мной его состояние и не показывал мне его. И я не спрашивала.
Он оберегал меня или на самом деле не доверял? Не знаю.
Мне хочется верить в то, что подсказывает мое сердце. Что Щербинский любит меня, никогда не изменит, и что я для него многое значу.
— Аня, идем, — давит Камила.
  
57
 
— Нет, уходи одна.
Но итальянка как будто вцепилась в диван и не двигается с места. Тогда я поднимаю трубку стационарного телефона:
— Иван, нашу гостью нужно проводить.
Охрана появляется быстро. Иван и ещё один парень — блондин с голубыми глазами, чья необычная внешность сразу врезается в память. Кажется, он новенький.
— Проводите нашу гостью, — повторяю вживую то, что уже говорила Ивану по телефону.
Но на это я, да и сама Камила, получаем внезапный ответ:
— Она будет здесь, пока не приедет Артур Антонович.
Я ничего не понимаю.
— Что, все эти дни?
— Нет, он будет здесь через тридцать минут. Едет из аэропорта. Сейчас только сообщил водитель, подробности пока не знаем.
Вот теперь я в настоящем шоке, но это не сравнится с тем удивлением, которое испытывает Камила.
Она бледнеет, потом идет пятнами. Но в какой — то момент в ней будто что — то перещёлкивается, и она берет себя в руки.
Я же продолжаю не то паниковать, не то просто пытаюсь понять планы их дальнейших действий.
— И что, мы будем вот так сидеть?
Не знаю, почему Артур возвращается. Какую роль я играю во всей этой ситуации.
Может быть, меня тоже в чем — то подозревают?
— Анна Сергеевна, поднимитесь в свою спальню. Побудьте лучше там, — голос Ивана смягчается.
Значит, всё — таки им интересна только Камила.
Девушка, как ни странно, не спорит. Иван выходит вперед, закрывая меня своими широкими плечами. Камила все это время сидит на своем месте. Я делаю шаг, другой, и вдруг она окликает меня:
— Аня!
Я поворачиваюсь. По инерции делаю пару шагов назад.
— Не давай им задурить себе голову.
Она снова про те фотографии!
Вздыхаю, только хочу ответить, как итальянка фурией подлетает ко мне.
Иван быстро реагирует, дергается к ней, но все мы слышим скрежет металла, а я чувствую своим горлом его холод.
— Ещё шаг, и я перережу ее нежную кожу. Думаю, она легко поддастся.
Я не хирург, но в годы учебы много раз видела, как режут людей. Треск кожи с легким скрипом, мгновенно выступающая кровь…
У меня довольно тонкая и нежная кожа. Ну и тот инструмент, который Камила достала из своих волос, наверняка очень острый.
Как она вообще с ним прошла? Такое чувство, что этот тонкий нож был прямо в ее голове.
Но, скорее всего, нет — это просто какая — то хитрая заколка с вмонтированным в нее оружием. Итальянка подготовилась, когда ехала и когда приходила сюда. Не знаю, провезла она такой нож в самолете или раздобыла здесь.
  
У блондина — охранника в руках пистолет.
— Не двигаться, — говорит он гостье.
— Это будет зависеть от вас, — усмехается она.