ЦРУ раскрывает свои секреты... Ветераны ЦРУ о тайных операциях в СССР

ЦРУ об Огороднике
В следующее десятилетие после разоблачения агента ЦРУ Олега Пеньковского агрессивные методы работы КГБ в Москве вынудили ЦРУ прервать активную работу с агентурой в Советском Союзе. Штаб-квартира ЦРУ ввела серьезные ограничения на вербовку агентов в СССР. Оперативные офицеры ЦРУ не имели права разрабатывать или принимать участие в каком-либо мероприятии без предварительного одобрения Лэнгли. С учетом этих ограничений приоритетом стала вербовка агентов за пределами Советского Союза, но такие возможности предоставлялись настолько редко, что каждая из них заслуживала особого внимания.
  
В 1973 году к советскому дипломату в Колумбии Огороднику в сауне отеля «Хилтон» подошел незнакомец и заговорил с ним по-испански. Собеседником дипломата оказался офицер-агентурист ЦРУ.
Этому предшествовали следующие события. Колумбийскими спецслужбами был перехвачен и записан на пленку телефонный звонок из Мадрида в советское посольство в Боготе. Женщина-испанка сообщила мужчине, отвечавшему из посольства на плохом испанском с сильным русским акцентом, о том, что она беременна. Мужчина ее заверил, что позаботится о ней и ребенке. Он также сообщил, что не может свободно говорить по телефону в посольстве, и предложил ей позвонить ему по номеру ближайшего к посольству телефона-автомата.
Позднее агенты колумбийских спецслужб увидели, что Александр Дмитриевич Огородник осторожно приблизился к автомату, из которого раздавались звонки. Содержание разговора подтвердило их предположение — Огородник находился в интимных отношениях с колумбийкой, гостившей у родственников в Испании.
Вскоре после возвращения этой женщины домой два офицера контрразведки потребовали, чтобы она представила их Огороднику. Если она или русский откажутся от сотрудничества, сведения об их связи будут разглашены, женщина подвергнется унижениям, а Огородника отзовут в Москву. Колумбийка согласилась на сотрудничество, но Огородник заартачился. Он сказал, что будет иметь дело только с ЦРУ.
Спустя две недели Огородник и оперативный офицер ЦРУ встретились в «Хилтоне». Эта якобы случайная встреча была на самом деле очередным этапом тщательно подготовленного плана вербовки Огородника.
Огородник был квалифицированным экономистом и имел как дипломат доступ к интересующей Администрацию США информации о политике руководства СССР в отношении стран Латинской Америки. По данным ЦРУ, Огородник отличался от других советских дипломатов карьерными амбициями, стремлением к красивой жизни и удовольствиям, и к тому же у него были проблемы. Во-первых, КГБ уже предпринимало попытку завербовать его в качестве информатора, что говорило о лояльном отношении к нему со стороны властных структур. Во-вторых, он был женат, но в Боготе попал в «медовую ловушку», заимев любовницу, которая забеременела от него. То есть Огородник оказался в трудной ситуации — неудачный брак, беременная любовница, угроза карьерной неудачи — все это делало его вербовку возможной.
Офицеру ЦРУ, установившему оперативный контакт с Огородником, сразу же стало очевидным, что советский дипломат имел сильную мотивацию и подходящий для шпионажа характер. Он не любил советскую власть и был готов работать против нее, но взамен потребовал компенсации и защиты. ЦРУ должно было перевести деньги для его любовницы и ребенка, а в долгосрочной перспективе помочь ему бежать на Запад.
Огороднику было присвоено кодовое имя «TRIGON» (треугольник), и он был тщательно проинструктирован по мерам безопасности в быту, в посольстве, по способам связи и контактам с американцами в Боготе. Но главное — перед возвращением в Москву ему предстояло пройти интенсивный курс обучения для эффективной работы в Советском Союзе, и это было поручено офицеру-агентуристу ЦРУ, имевшему инженерное образование, Джорджу Саксу.
ЦРУ исходило из того, что, хотя обучение Огородника проводилось в Колумбии, строгая конспирация была необходима, так как КГБ имел сильные позиции в этой стране и поддерживал близкие отношения с местной полицией, правительственными чиновниками и журналистами. К тому же, как уже было сказано, Огородник выделялся в местном дипломатическом сообществе стремлением к западному образу жизни, и посольские офицеры КГБ следили за ним в рамках собственных мероприятий по его вербовке в качестве информатора.
Сакс свободно говорил и писал по-русски, и ему понадобился месяц, чтобы подготовить план связи с Огородником, и он сам совместно с офицером-техником проводил непосредственно в Колумбии обучение агента. Так как Огородник, в отличие от Пеньковского, не был офицером разведки, ему предстояло освоить меры конспирации и методы оперативной работы, включая использование тайников и контейнеров, постановку сигналов, моментальные передачи, автомобильные броски и отправку писем «до востребования». Помимо этого, ему нужно было изучить современную спецтехнику и способы ее применения, такие как фотографирование документов, прием коротковолновых радиопередач, работу с одноразовыми шифроблокнотами, овладеть навыками тайнописи и чтения микроточек.
Среди спецтехники, подготовленной для агента, была сверхминиатюрная фотокамера Т-50, созданная Оперативно-технической службой ЦРУ. Т-50 был в шесть раз меньше всемирно известного аппарата «Минокс», имел цилиндрическую форму, что в сочетании с малыми размерами позволяло использовать различные бытовые предметы, такие как авторучки, часы, зажигалки и брелоки для ключей, в качестве камуфляжа. При максимальной длине фотопленки камерой можно было сделать 50 кадров.
Еще в 1960-е годы ЦРУ не имело маленьких надежных камер для фотографирования документов. Но в последующие несколько лет произошел технический прорыв. К 1970 году специалисты ЦРУ уже работали над созданием чрезвычайно маленькой и тихой камеры. Требования к ней были просто фантастическими: камера должна была эффективно работать в здании самого КГБ. Потребность в такой камере стала насущной, именно когда ЦРУ завербовало Огородника в Колумбии в 1973 году.
В условиях строгой секретности управление заключило контракт с производителем прецизионной оптики на разработку крохотной камеры под кодовым названием Т-100, имевшей вид маленького цилиндра, который можно спрятать в бытовых предметах вроде ручки, зажигалки или футляра для ключей. Объектив состоял из восьми микроскопических элементов из притертого стекла, с предельной точностью прилаженных друг к другу, чтобы обеспечить четкие фотографии документов стандартного размера. Пленка, объектив и затвор размещались в едином алюминиевом корпусе. После каждого снимка пленка автоматически перематывалась на следующий кадр, всего кадров было до сотни. Изготовление таких фотоаппаратов напоминало скорее производство дорогих часов, чем обычный заводской процесс: каждый экземпляр собирали вручную под большим увеличительным стеклом.
После некоторых технических проблем с загрузкой пленки ЦРУ разработало фотоаппарат второго поколения Т-50, в который помещалось 50 снимков. Теперь агенту не нужно было возиться с заменой пленки — он просто использовал устройство и возвращал его.
В случае с Огородником роль тайника играла роскошная перьевая ручка, внутри которой скрывалась камера. Огородника обучали фотографировать документы, поставив локти на стол, соединив ладони и нацелив ручку вниз на документ. Оптимальным расстоянием до бумаги было 30 сантиметров. Фотоаппарату дали имя Тгореі.
  
Но прежде чем начать обучение Огородника, Джордж Сакс сам освоил практическую работу с этой камерой, потратив часы на секретное фотографирование в окрестностях Лэнгли и в местных библиотеках. Он носил авторучку с камерой в кармане, выбирал книгу или журнал, садился за стол лицом к другому человеку и делал тайные фотоснимки. Сакс многократно менял положение локтей на столе, пытаясь определить лучшее положение для съемок, чтобы почувствовать оптимальное расстояние в 28 сантиметров от объектива до фотографируемой плоскости документа.