Космические колонисты (СИ)
— Неужто не поняли?! Это была гвардия!
Земляне ещё больше помрачнели, застыв в немом ужасе.
Затем Элиас пролепетал дрожащим голосом:
— Это ваше королевство — бизнес-корпорация, что ли?
— Оно обслуживает интересы корпораций. Всё прогнило насквозь.
Ахрамей тихо пробормотал:
— Государство это диктатура господствующего класса…
Шабаш красных упырей
Всю следующую ночь и часть дня провели в дороге. Причём ехали довольно быстро. Спали по очереди. От напряжённой работы ядерного реактора значительно повысился радиационный фон. Мигал красный светодиод, информируя об опасном перегреве ректора.
Но пассажирам было плевать. Не смотря на значительные повреждения и отсутствие половины колёс, ровер доехал до лагеря самостоятельно. Благодаря отсутствию топлива и ракетных двигателей центр массы смещён вперёд, где колёса уцелели. Задняя часть просто весела над землёй. Сделали короткую остановку, заменили два уничтоженных задних колеса на имевшихся два запасных. Для того, чтобы облегчить транспортное средство, товарищи демонтировали и бросили всё ненужное, включая дополнительную броню, потому как ещё одно столкновение с подобным противником всё равно не пережить, приходится рассчитывать лишь на скорость и удачу.
Через несколько километров пути связь восстановилась. Но только с лагерем капитана, с покинутыми товарищами связи как не было, так и нет, что наводило на самые пренеприятные мысли.
Общая база данных автоматически синхронизировалась. Пока ровер находился в пути, в лагере земляне и многие туземцы успели посмотреть запись кровавого столкновения с неизвестными боевиками.
К счастью, на этот раз ехали какими-никакими дорогами, благодаря присланной карте местности с дрона на орбите.
Всего на дорогу ушло два с половиной здешних дня.
Въехали в огромный палаточный лагерь облачным днём. Их встречало огромное скопище людей. Самых разных видов: похожие на упитанных хомячков коренные туземцы; медлительные и статные рептилоиды; разнообразные шерстистые зверолюди; тёмные коренастые орки; бледноватые вампиры; низкорослые эльфы, похожие скорее на хоббитов; и сами земляне, кои казались слишком высокими и худыми на фоне здешнего народа.
Солдаты личной дружины местного феодала, Хобарда Аба Джорлерда, наравне с разного рода ополченцами и землянами помогали обеспечивать безопасность и следить за порядком в этом стремительно разрастающимся городке, куда с разных частей планеты слетались на одинаковых самолётах государственные делегации из республики Шужарн и просто граждане из королевства Рамувнарн в лице небольшого количества обеспеченных предпринимателей и толп почти ничего неимущих рабочих; ремесленников; бывших фермеров; учителей; врачей; иждивенцев; должников, бегущих от коллекторов; прочих лиц, не вписавшихся в свободной рынок, но по различным причинам попавших на частный самолёт; и, конечно же, религиозных миссионеров, твёрдо уверенных, что пришельцы проникнутся словом Божьим и встанут на путь истинный.
Грунтовый аэродром был оборудован в пяти километрах от лагеря, ибо шум от сиих воздушных суден не просто чудовищен, а буквально смертелен. Первые прибывшие самолёты совершали аварийную посадку в поле. Их покорёженные тушки так и лежали там.
Путешественники, едва покинув транспортное средство, крепко обнимались с товарищами.
Наскоро поведя осмотр и обработку боевых ранений в специализированной палатке, слегка подкрепившись и едва отдохнув, выразили желание продумать план дальнейших действий.
Возле капитана всё время находилась какая-то тёмная эльфийка в строгом мундире — явно важный человек. Невысокая, атлетичная, кожа синевато-серая, остроконечные уши и фиолетовые глаза.
— Позвольте представить — сказал капитан, приобняв эльфийку, — Сильвнирлия Арнетбилр, посол Народной Республики Шужарн.
Эльфийка, кажется, слегка удивилась бестактности пришельца, но, видимо, списала это на разницу культур.
— Приветствую вас от имени всех трудящихся нашей страны — глубокий, бархатный голос эльфийки вкупе с её изящной фигурой и выразительным лицом никого не оставлял равнодушным, вызывая самые тёплые, примитивные и похабные чувства у мужчин и ещё более примитивную чёрную зависть у женщин.
Коварные северяне знают толк в послах.
При других обстоятельствах столь пафосные слова из уст столь миловидной дамы вызвало неиллюзорный блеск в глазах мужчин, но прибывшие путники, глубоко травмированные последними событиями, будто лишённые какой-то внутренней опоры, оставались безучастными, в их глазах можно было прочесть только всепоглощающую экзистенциальную грусть.
После продолжительного молчания Ева поинтересовалась:
— А правда, что про вас говорят? Что тоталитарный режим, цензура и железный занавес?
Посол спокойно отвечала:
— У нас все сми государственные, полностью спонсируются трудящимися через государство и призваны служить интересам трудящихся. Логично, что они находятся под чутким государственным контролем. Что до закрытой границы, то с нашей стороны было бы странно просто так выпускать всех, учитывая, что у нас плановая экономика и многие товары отпускаются по цене ниже себестоимости. Но главное — у нас бесплатные образование и здравоохранение для всех, и было бы странно отпускать просто так людей, в которых вложено много ресурсов, чтобы они там смотрели свысока на тех, кому повезло меньше. К сожалению, люди в массе своей далеки от какой-либо сознательности…
— Так, значит, в Королевстве, получается, образование и медицина платные? — недоумевал Ахрамей.
— Да, странно, что вы до сих пор не знали — удивилась посол.
— Ну и дикость… — пробормотал Ахрамей, — Надо было раньше уточнить, тогда бы многое стало ясно… Но как-то в голову не пришло…
Элиас, подойдя, обратился к послу:
— Мисс Сильвнирлия, простите мне мой бестактный научный интерес как биолога, но почему вы, это самое, серо-синея?
— Это просто металлы накопились в организме, главным образом в коже — отвечала эльфийка, ни капельки не смутившись, — В основном серебро. Мало того, что у нас вся органика и, следовательно, пища, насыщена тяжёлыми элементами, так и я ещё с детства трудилась на не самом чистом производстве.
— А молоко давали за вредность? — ехидно спросил Ахрамей.
— Не только молоко, много всего давали, включая дополнительные выходные и отпуска. Но я обычно этим пренебрегала.
— За дополнительную плату, что ли? — поинтересовался землянин.
— Нет. Просто была слишком увлечена работой.
— Неужто такая интересная работа?
— Да, пожалуй, очень интересная — отвечала Эльфийка, — Первичная обработка металлургического сырья для нужд машинной промышленности. Военной, главным образом. Для защиты трудового народа от империалистической агрессии.
Земляне понимаючи покачали головой.
Тем временем Элиас обратил внимание на малого роста ящера, скорее всего, ещё подростка. Он держал огромную винтовку с оптическим прицелом, словно копьё.
Элиас подошёл к нему.
— Хорошо стреляешь? — поинтересовался пришелец.
— Ещё как! — не стал скромничать рептилойд, — Чемпион по стрельбе младшего возраста.
— Из Республики?
— Конечно! — было заметно что ящер чуть ли не оскорбился сиим странным уточнением.
— Военный?
— У нас почти все проходят военную подготовку. И я прошёл.
— Идём, нужно твоё экспертное мнение — заявил Элиас и направился к роверу.
Рептилойд пошёл за ним. По дороге землянин поинтересовался:
— Как зовут?
— Меня? Говрино — представился ящер.
Имя было переведено электронным переводчиком с рептилойдского по специальным правилам, ибо, как и вся его речь, звучало непроизносимым непотребством.
— Элиас. Очень приятно.
Землянин залез в аппарат, а ящер, оставив винтовку, влез за ним. На крупном дисплее Элиас включил запись их первого боя с туземцами.
— Что скажешь?
— Ужас…
— Да — согласился землянин, — Не замечаешь чего-нибудь странного?