Печать Демона. Вестница (СИ)

Рассмеявшись, я снова заплакала. Сколько же слёз пролито за последнее время. Но сегодня я плакала от счастья.
— Я так люблю тебя, Майк, — прошептала сипло, положив свою ладонь поверх его.
— Не представляешь, как я люблю тебя, Натали, — он крепко обнял меня, припав губами к моему лбу.
Моё солнышко вернулось и вновь засияло в моей жизни.
Дождь яростнее забарабанил по куполу, молнии засверкали беспрестанно, что заставило нас опомниться.
— Вернёмся в дом. Ты замёрзнешь, — поцеловав меня в висок, Майкл поднялся со мной на руках.
Я лишь со смехом крепче обхватила его шею, чтобы не упасть. Впервые за долгое время смеялась искренне и свободно. Ко мне вернулась способность радоваться жизни. Душа и сердце возродились из пепла.
— Держись, — за спиной Майкла материализовались бронзовые крылья и подняли нас над пляжем.
— Ты летаешь… — отметила я.
Инферно изменил его навсегда.
— Я больше не страж, — голос его чуть дрогнул.
Вряд ли он пережил этот момент просто.
— Сколько…
— Два с половиной года, — ответил он ровно, понимая, о чём я хочу спросить. — Прости. Я старался, но раньше не получилось.
— Главное, что ты вернулся ко мне. Остальное неважно, — я прижалась к нему теснее, хотя, казалось бы, куда ещё.
Но мне хотелось быть к нему как можно ближе, снова стать с ним единым целом, но уже не в чувственном формате.
Хотя и в чувственном тоже можно, — протянула невероятно радостная Лилит.
Кто о чём, а ты о сексе… 
Без секса мы бы сейчас не были счастливо беременными, — язвительно фыркнула она. 
Я снова рассмеялась, обхватывая шею Майкла руками. Он вернулся и теперь знает, что у нас будет ребёнок. Правильно он сказал, это волшебно.
Майкл плавно опустился у входа в дом, развеял крылья и вошёл внутрь. Только здесь в голову вернулись и здравые мысли. Вспомнилось, что моё жилище без защиты, а внутри находятся серафимы, высший, печатник, бывшая жена Джибриэля и жнецы. Как бы не лишиться ещё одного убежища…
Из кухни послышался рык Метатрона, следом грохот. Похоже, мой обеденный стол уже не выдержал. Вот только идти спасать мебель не было возможности из-за отсутствия на нас одежды.
— Где твоя комната? — уточнил Майкл, мельком оглядываясь.
Он так и держал меня на руках.
— На втором этаже.
Кивнув, он направился к лестнице, наверху по моим подсказкам добрался и до моей спальни, а оттуда прошёл в ванную. И лишь в душевой кабине с неохотой поставил меня на ноги.
— Ты вся в песке, — улыбнулся он, проведя ладонью по моему плечу. — Замёрзла?
— Мне холодно без тебя.
Янтарный взгляд на миг потускнел. Майкл принялся спешно снимать с себя остатки одежды. Учитывая, что в порыве страсти я сломала несколько застёжек, дело рисковало затянуться, потому он решил просто сорвать с себя всё лишнее. Коротко рассмеявшись, я включила воду. Сверху полились прохладные капли, вынуждая меня отпрянуть к стене. Майкл вошёл под струи воды следом за мной. И через миг я вновь оказалась прижата к его груди. Его руки заскользили по моим волосам, плечам, спине, словно удостоверяясь в том, что я настоящая, что мы снова вместе. Но и я всё касалась его, изучала заново. Он был прежним и в то же время так изменился. Будто раздался в плечах и даже росте, поселился металл в глубине взгляда, и прибавилось шрамов на теле.
— Я искала его и грустила, что не могу найти, — призналась, поддев пальцем висящее на цепочке помолвочное кольцо.
— А я всё мечтал снова отдать его тебе. В тот день… Кейт. Нат, я понимаю, что виноват…
— Майк, я знаю про гипноз. И не виню тебя.
— Знаешь? — нахмурился он.
Похоже, он упустил этот момент за вестями про беременность.
— И я не такая добрая, как ты, Кейт под следствием.
— Дело не в доброте, — он снял с шеи цепочку с кольцом. — После твоего похищения мне было всё равно. Я выяснил правду и забил. Искал способ попасть в Тартар, но не находил.
Взяв меня за руку, он надел на мой палец кольцо.
— Ты согласна стать моей женой?
— Тогда ты не спрашивал, — усмехнулась я.
— Прости, я сорвался от ревности. Ты держалась за руки с тем… Кто он вообще?
 
— Ричард. Точнее, Разиэль.
— Ричард — серафим? — удивился он.
— Да, — приподнявшись на цыпочках, я поцеловала его в подбородок. Уж куда дотянулась. — Ревность ни к чему. Я люблю только тебя. И я согласна стать твоей женой.
На лице Майкла обозначилась шальная улыбка. А я снова оказалась сжатой в объятиях. Мы на долгие минуты забылись в поцелуе. Душа пела. Этот момент казался сказкой, мечтой, ярким сновидением. И как же я боялась проснуться.    
Внизу послышался новый грохот, вспыхнула энергия правителя Инферно. И это заставило нас с Майклом одновременно вздрогнуть.
— Что подвигло Метатрона прибыть на Землю? — задала я мучивший меня вопрос.
— Разлом, — ответил он мрачно.
— Сатана тоже упоминал его. Но я думала это миф.
— Сатана?
— Сначала рассказывай ты, — покачала я головой.  
— Домитианус долгое время гостил у Метатрона, изучал источники Эдема. Он пришёл к выводу, что оба источника исходят из ядра планеты, разнонаправлены. Но по факту это один источник, проходящий через центр планеты. Та же история с источниками Тартара.
— Но до недавнего времени один источник был неактивен, а планета в дисбалансе.
— Да, — кивнул Майкл серьёзно. — И оба мира взаимосвязаны через Землю, лишённую своего источника.
— И при чём тут Разлом?
— Домитианус придумал, как за один удар уничтожить Землю и разъединить миры.
Воу! — озвучила общее изумление Лилит. 
— Само собой, он надеялся так убить архонтов, но пришёл к выводу, что ничего не добьётся. Источники — просто поток энергии, ненаправленный. Уничтожение миров не лишит архонтов целостности. Это бы их не убило.   
Так и есть. Архонтам нужен был Евастас, способный воздействовать на нескольких уровнях, разрушить не только физическую, но и энергетическую оболочку, разметав её в подпространстве, что лишит возможности возродиться.
— И что это значит конкретно для нас?
— Домитианус от идеи отказался, но расчёты и записи остались. Они хранились в Инферно.
— Уже не хранятся?
— Это долгая история, Натали, — рассмеялся он невесело, а взгляд бронзовых глаз рассеялся, будто унося его в далёкие воспоминания. — Азазэль попал в плен вместе с нами. Серафимы объединились, чтобы его вытащить. Был прорыв, мы еле отбились. И только потом выяснили, что записи пропали.
Его ладонь неосознанно пробежалась по груди, где протянулся широкий шрам, явно нанесённый мечом
— Это Азазэль так тебя?
— Нет. Захария. Мы всё никак не можем прийти к миру, — улыбнулся он, вновь сосредотачивая взгляд на мне.
— Значит, он выкрал записи. Но в чём опасность Разлома, почему серафимы так всполошились?
— Суть в перенаправлении энергии источников Эдема и Тартара для уничтожения Земли.
— И именно я дала возможность для Разлома, когда помогла открыть источник Тартара. Как-то… похоже на давнюю многоходовку. Но кто дёргал за ниточки? И я совершенно не понимаю, для чего это Азазэлю? Он же и не стремился вмешиваться в дела Земли.  
Майкл пожал плечами, губы изогнулись в кривой усмешке.
— В нашу последнюю встречу мне показалось, он не в себе.
— В нашу последнюю встречу... — передразнила я его. — Похоже, в Инферно было весело, а я ходила на фотосессии, вела словесные баталии и боролась с токсикозом.
— Да, веселья хватало, — несмотря на шутливый тон, в глубине глаз Майкла поселилась тоска. Кажется, я почти привыкла к их необычному цвету. — Теперь твоя очередь. Сатана тоже на Земле?
— Он уже давно на Земле. Уитхем.
Майкл даже приоткрыл рот от удивления.
— Не может быть!
— Может! Он раскрыл себя перед камерами на всю штаб-квартиру. Меня из-за него отстранили от должности.
Сатана всегда любил театр, — рассмеялась Лилит. 
Только вряд ли его подвигло желание покрасоваться. Азазэль получил записи о Разломе. Уитхем ждал этого момента? Неужели в этом его цель: в разъединении миров через уничтожение Земли?