Последний дар жреца
Вот только камер вокруг не наблюдалось.
К полудню, когда желудок Сэма взвыл от голода, наконец показался Оглобля. На руку себе он намотал веревку с крючками.
— Сэум, — прошептал он. — Мы идем на рыбалку!
— На ры...
О нет! Монахи поймали его на слове! Они решили, что он наловит им рыбы! И ведь нельзя теперь обмануть их надежды...
— Быстро!
Сэм послушался и молча побрел следом за братом Ранальдом. Они вышли через задворки поселения, чтобы не наткнуться на братьев, размахивающих мечами. Как только они оказались вне пределов слышимости, Оглобля протянул гостю кусок хлеба и немного сыру, которые вынул из рукава.
— Держи, поешь. Ты наверняка не привык принимать пищу всего один раз в день.
Сэм набросился на золотистую корочку хлеба и с несколько меньшим рвением — на ломтик бледного сыра, жесткого, как обломок кости.
— Ты его не жуй, — посоветовал Оглобля. Пусть сам растает на языке.
Они бодро зашагали прочь от монастыря, и, когда вокруг потянулись зеленые луга и каменные изгороди, Сэм наконец решил задать вопрос:
— Куда мы идем?
— Ты ведь никакой не рыбацкий сын, правда? — спросил Ранальд в ответ.
— Ну, вообще-то я...
— Врать нет смысла... Даже если я дам тебе крючки, — добавил он, взмахнув веревкой с крючками, — ты не разберешься, как с ними управляться. У тебя зубы слишком белые и руки слишком тонкие для простого рыбака.
Сэм начал судорожно придумывать, чем бы ему возразить, но ничего не приходило в голову.
— Думаю, настоятель тоже едва ли тебе поверил. Он наверняка просто не хочет знать...
Сэмюел ничего не понимал. Ясно было одно: обман вот-вот раскроют.
— И ведь у брата Эграна зрение не такое уж плохое, правда, Сэум? Ты ведь действительно пришел из бухты Колума Килле? Ты хотя бы знаешь, кто этот самый Колум Килле, именем которого ее нарекли?4
Сэм покачал головой.
— Колум Килле был святым. Это он основал наш монастырь, вот уже больше двух сотен лет назад. Он был родом из Ирландии и избрал остров Айона для того, чтобы отсюда нести слово Христа в Каледонию5. В те времена пикты и англы6 еще и слыхом не слыхивали о христианстве.
В потоке незнакомых названий Сэм узнал только одно: Ирландия. А Ирландия, насколько он помнил, находилась на западе Европы, в тысячах километров от дома. Как он мог тут оказаться?
— Колум Килле еще и много чудес совершил. Побеждал воинов и чудовищ, разговаривал с ангелами и Богом. Сегодня монахи приходят к нам издалека, чтобы почтить его память и стать продолжателями его школы.
«Так у них тут на Айоне и школа есть?» — не понял Сэмюел.
— Сам я, — продолжал Оглобля, — родом из Дублина. Мне нужно было провести в монастыре три года, чтобы усовершенствоваться в знании книг, но...
Тут взгляд его устремился куда-то далеко, за горизонт над океаном.
— Они уже близко, — вздохнул он, вглядываясь в морскую гладь.
— Кто?
— Белые Чужестранцы... Мы точно не знаем, где именно они живут. Но где-то далеко на севере. Их огромные корабли уже несколько месяцев бороздят соседние берега. Они грабят и разоряют. Ну и, понятно, прослышали о сокровище Колума Килле...
— О сокровище?
— Да. О самом великолепном и бесценном во всей стране. Я тебе его покажу, если хочешь. Видишь вон ту бухту?
Он указал на точку метров на четыреста или пятьсот левее той бухточки, где очнулся вчера Сэм.
— Вон оттуда Колум Килле пришел на остров. А видишь небольшой пригорок чуть правее? Там мы спрятали сокровище. Пойдем со мной, я тебе всё объясню.
Они полезли вверх по камням, образующим холм с видом на океан. За одним из самых крупных камней обнаружилась расщелина шириной с человеческое тело, которая вела в пещеру. Пещера освещалась через небольшое отверстие в потолке и напоминала желудок доисторического зверя. Две тонкие перекрещенные балки подпирали мрачные своды, а рядом, прислоненный к одной из балок, стоял топор.
Белые чужестранцы никого не щадят, — рассказывал Ранальд. — Кого не убивают, забирают в рабство. Говорят, они даже продают своих пленников и награбленное последователям Магомета... Но сокровища Колума Килле им не получить.
Как бы Сэм ни напрягал зрение, никакого сокровища он в пещере не видел.
— И где же оно?
— Сегодня после полудня братство перевезет самые прекрасные экземпляры сюда. Давно пора было это сделать.
— Но почему вы думаете, что Белые Чужестранцы не отыщут этот тайник?
— Потому что я им помешаю, — заверил Сэма Ранальд, и в голосе его послышался вызов. — Как только на юге покажутся их паруса, я приду сюда, в пещеру. Разрублю вот эти балки, и свод над входом обрушится. После этого пусть они хоть весь остров перероют, можешь мне поверить: им никогда не отыскать сокровища.
— Но как же вы? — спросил Сэм. — Как вы выберетесь из пещеры, если вход будет завален камнями?
Ранальд указал на природный дымоход у них над головами.
— Если Бог будет милостив, вылечу в трубу. Настоятель не зря поручил это именно мне — я самый худой во всём монастыре.
«Оглобля», — вспомнил Сэм.
— А если вам не удастся выбраться?
— Тогда я погибну... Как и все мои братья, которым предстоит вступить в сражение с проклятыми безбожниками. Но хотя бы сокровище Колума Килле удастся уберечь.
Он с улыбкой вгляделся в лицо Сэма.
— Не печалься, мой мальчик! Твое внезапное появление нас приободрило. По крайней мере, некоторых из нас. То, что ты пришел на остров накануне нашей неминуемой встречи с врагом, попросту не может быть случайностью: наверняка тебя направил сюда сам Колум Килле...
Брат Ранальд обращался с ним чуть ли не с почтением, и Сэм догадался, что некоторые монахи, пребывая в тревоге и печали, приписывали ему значительность, которой у него вовсе не было. Ну что ж, если из-за этого к нему станут относиться получше, то пускай приписывают что хотят.
Они вернулись в монастырь и сдали на кухню выловленную рыбу — Оглобля оказался отличным рыбаком. Выйдя из кухни, он кивком велел Сэму следовать за ним и направился в скрипторий.
— Сейчас, — шепнул он, открывая дверь, — ты своими глазами увидишь сокровище Колума Килле!
У Сэма глаза на лоб полезли от изумления. Вот бы отца сюда! Тот падал в обморок при виде любой потрепанной книжки... Эти монахи, похоже, были последними людьми на земле, которые занимались чем-то подобным! Одни сидели на низких табуретах перед раскрытой книгой и переписывали ее на длинные свитки. Причем вручную, удерживая пергамент прямо на коленях! Другие складывали пергаментные листы, сшивали их в тетради и делали из них новые книги. Третьи стояли перед высоким столиком и кистью рисовали яркие цветные иллюстрации на страницах с текстом. С потолка свисало на цепях множество масляных ламп, заливавших комнату мягким светом. Вдоль стен выстроились книжные шкафы, сколоченные из простых досок, а в них — десятки уже готовых книг или тех, которые предназначались для переписывания. Некоторые были в серебряных переплетах с гравировкой.
Под недобрым взглядом горбуна Эграна Ранальд подвел Сэма к столику с наклоненной столешницей. На ней лежала книга — Сэм никогда в жизни не видел ничего подобного. На переплете из литого золота был выгравирован какой-то святой. Он поднял вверх руку с двумя вытянутыми пальцами, и со всех сторон его окружали ангелы и фантастические животные. А еще книга была инкрустирована десятками драгоценных камней — синих, красных, зеленых, некоторые размером с ноготь на большом пальце... Сокровище Колума Килле!
— Это наше бесценное Евангелие, — прошептал Оглобля.
— Брат Ранальд, — буркнул горбун. — Молчание!
Ранальд как будто бы не обратил внимания на замечание Эграна, и тот вышел, бормоча что-то себе под нос. Под изумленным взглядом Сэма Оглобля щелкнул мощными застежками и раскрыл книгу. Страницы были исписаны витиеватым старинным почерком и украшены искусно нарисованными человеческими и геометрическими фигурами. Сэм ничего в этом не понимал, но догадывался: даже если перед ним всего лишь копия, такая книга должна стоить целое состояние!7