Человек смотрящий
Другая реальность в XX веке: ЛСД, ДНК, телевидение, селебрити
Если представление о том, что такое реальность, подверглось в XX веке значительному пересмотру, то виноваты в этом не только модернистские течения в искусстве, поездки на автомобилях и война. Среди факторов, действовавших изнутри, нужно назвать один, в каком-то смысле подрывающий идеи Дэвида Юма о восприятии: речь о веществе под названием «диэтиламид лизергиновой кислоты». Впервые синтезированное в 1938 году и опробованное в 1943-м, это соединение заявило о себе в 1950-х. Я говорю об ЛСД – великом расширителе зрачка.
Те, кто на собственном опыте испытал действие разных наркотических веществ, могут рассказать, до какой степени каждое из них меняет картину мира. Как показывает практика применения ЛСД, зрительной коре головного мозга достаточно совсем небольшой стимуляции, чтобы устроить феерию. Самые обычные вещи преображаются, пульсируют и мерцают, и в этом есть что-то от алхимии. ЛСД-трипы («путешествия») расширили границы зрительного восприятия. Еще до синтеза ЛСД мы знали, что зрение включает в себя механизмы проецирования образов, хранящихся в нашем сознании, но теперь весь экспрессивно-хроматический потенциал зрительной коры вырвался на волю. Куда ни глянь – «кандинские». До ЛСД, не считая ритуального применения природных психоактивных веществ в древних культурах, люди видели мир примерно так же, как их отцы и деды. С ЛСД не только цвета обрели небывалую яркость, а формы – странную (и порой пугающую) зыбкость и подвижность, но люди стали видеть то, чего никогда прежде не видели. Потому что ЛСД – галлюциноген.
ЛСД открывает «двери восприятия», уверяют нас посвященные, позволяет по-новому увидеть физический мир и растворяет фильтры индивидуального сознания. Но это только одна сторона медали. Визуальные искажения, пусть даже завораживающие красотой не меньше, чем живопись Сони Делоне, по сути фальшивы. Под воздействием ЛСД мозг становится шарлатаном. Исполняет танец семи покрывал. Рождает жаркую, безумную, онанистическую фантазию. В случае удачного психоделического путешествия вы получаете необычайно яркие впечатления, и фотоальбом вашей жизни окрашивается в радужные тона. Впрочем, самое заметное влияние ЛСД на современную культуру мы обнаруживаем в музыке. Такие культовые альбомы, как «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» группы «Битлз», например, или «Есть ли у вас опыт?» Джими Хендрикса, определенно внесли свой вклад в возникновение контркультуры, с ее попытками депрограммировать социальные стереотипы и бросить вызов капиталистическим ценностям.
Не менее знаменит и другой трехбуквенный акроним, возникший в те же годы – во многом благодаря наблюдениям. Во второй половине XIX века ученые установили, что за наследственность наших психофизических свойств отвечают химический состав и структура клеточного ядра. Но что конкретно под этим подразумевается? Увидеть происходящие в ядре процессы невооруженным глазом нельзя, и все же великие открытия, связанные с расшифровкой структуры дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК), не были бы возможны без визуального наблюдения.
Одной из тех, кому принадлежит ведущая роль в этом научной прорыве, была тридцатилетняя англичанка Розалинда Франклин, биохимик и рентгенограф. Какое-то время она занималась исследованиями угля и углеродных материалов, но затем ее переориентировали на дифракционный анализ ДНК. В течение длительного времени Франклин получала рентгенографические снимки молекулы ДНК в разных ракурсах. Здесь представлен один из них, вошедший в историю науки под именем «фотография 51».
На взгляд профана, это больше всего напоминает снимок вертящегося волчка, но вот как реагировал на него в 1953 году американский генетик Джеймс Уотсон, работавший в то время в кембриджской лаборатории: «Как только я увидел рентгенограмму, у меня открылся рот и бешено забилось сердце». Дело в том, что биохимики никак не могли прийти к согласию относительно того, сколько нитей, или цепей, содержится в структуре ДНК, хотя само вещество было выделено еще в 1869 году швейцарским химиком Фридрихом Мишером, давшим ему название «нуклеин». Рентгенограмма Франклин служила наглядным доказательством, что цепей две и они закручены одна вокруг другой в виде двойной спирали. Отсюда сходство этого изображения с фотографией винтовой лестницы, если смотреть на нее сверху.
Итак, визуальное наблюдение помогло разрешить одну из загадок ДНК. Но что представляли собой, если продолжить метафору, «ступеньки» этой винтовой лестницы? И каким образом разные строительные блоки – сахара и фосфаты – складываются в целое? Во время стажировки в Кембридже Уотсон работал на пару с тридцатипятилетним английским ученым, бывшим физиком, Фрэнсисом Криком; вместе они, словно два архитектора, попытались создать модель ДНК – визуализировать ее структуру.
Открытие ДНК. 1953 © James Watson, Francis Crick / Cavendish Physics Lab, University of Cambridge
На фотографии видно, как они начинали: экспериментировали на плоскости, словно собирали пазл из картонных азотистых оснований, где А – аденин, Т – тимин, С – цитозин. Затем они перешли к объемным моделям из металла и проволоки.
Спираль ДНК © Martine De Graaf / Dreamstime.com
Это их трехмерная модель «винтовой лестницы» ДНК из палочек и шариков. Структура ДНК слишком сложна, чтобы довольствоваться ее мысленным образом. Ученым нужно было по-настоящему увидеть ее, и это опять-таки сближает их с архитекторами. Конструкция похожа на детскую игрушку, но схематичная простота говорит скорее о ясности мысли. Когда результаты их моделирования были наконец опубликованы, открылась новая глава нашего знания о мире. Ступеньки лестницы, как можно заметить на снимке, раздваиваются, указывая на устойчивые связи: тимин соединяется с аденином, а цистозин с гуанином. Остов каждой из цепей состоит из чередующихся фосфатов и сахаров.
В итоге одна из важнейших реалий природного мира была осмыслена на принципиально новом уровне. ДНК содержит гены, определяющие рост и функционирование нашего организма: они словно послания в бутылке от одного поколения другому. В этих посланиях закодированы многие физические и поведенческие особенности человека.
И если некоторые черты визуальности XX века отдаляли людей от истинной природы существования, то открытие структуры ДНК имело прямо противоположный эффект. К этому остается добавить, что Уотсон и Крик получили Нобелевскую премию, а Франклин не была даже номинирована.
Телевидение
Искусство, психология, транспорт, война, наркотики, ДНК – наша история визуального восприятия в XX веке уже заполнена действующими лицами и сюжетными линиями. Но погодите. Как пишут в пьесах, слева появляется один из главных персонажей, если не самый главный. Впрочем, на первый взгляд телевидение могло показаться всего лишь уменьшенной и не особенно интересной версией кинематографа «на дому», хотя они изначально разнились по существу. Если кино – это путешествие во времени и пространстве (на экране оживают события, происходившие в другое время и в другом месте), то телевидение, которое при своем появлении ограничивалось прямым эфиром, обещало только путешествие в пространстве. Зрители видели, как в эту самую минуту что-то происходит там, где их нет. Наверное, можно назвать это встречей нашего домашнего «здесь» с неким внешним «там». Слово «телевидение» означает буквально «далековидение». Еще более странно звучащее «живовидение» лучше отражает присущее ему качество супергероя.
