Дорога домой
Наконец молодость взяла свое — головокружение прекратилось, парнишка мало-помалу начал вставать и через пару недель почти пришел в норму, лишь по вечерам еще болела голова. Лесли попросила Динеро временно, на месяц-другой перевести его на какую-нибудь легкую работу, не требующую езды на мотоцикле.
К ней самой Джерико явно благоволил и не стеснялся демонстрировать это на людях — мог и взять за руку, и приобнять, и с заговорщицкой улыбкой шепнуть на ухо что-то смешное, словом, как правильно сказал сержант Калвер, вел себя с ней так, будто она была его давней подругой.
Порой он приглашал Лесли на завтрак, без всякого порядка и логики: то два-три утра подряд она лакомилась в его обществе деликатесами (в том числе любимой им яичницей-глазуньей), то неделю и больше вынуждена была обходиться едой из общего котла.
Сам он к ней пришел лишь однажды, вечером, опять с миской жареного мяса и кувшином вина. Вспоминал старые времена, весело посверкивая глазами, рассказывал забавные истории — и Лесли ничуть не удивилась, когда он вдруг придвинулся ближе, и она почувствовала его губы на своих.
Прикосновение, привкус вина — больше ничего: ни бегущих по спине мурашек, ни поднимающейся изнутри горячей волны желания. Просто прикосновение, с каждой секундой становившееся все более властным и настойчивым.
Она обвила руками шею Джерико и, как могла, ответила на поцелуй, понимая, что и это, и все дальнейшее придется принять как должное. Что ж — не так уж это и страшно: правда, в постели Джерико никогда не был особенно хорош (теперь, проведя почти год с Джедаем, Лесли понимала разницу), но и жестоким тоже не был.
Почувствовала, как он расстегивает куртку у нее на груди… сейчас они переберутся в постель, а дальше все произойдет достаточно быстро. Потом Джерико почти сразу заснет и мирно прохрапит до утра.
Отталкивать его или как-то показывать, что она вовсе не пылает желанием, Лесли ни в коем случае не собиралась. Отстранился он сам — глаза удивленно расширились, руки замерли.
— Что с тобой?
— Ничего! — она потянулась к нему, попыталась поцеловать.
— Перестань! Я же знаю, когда женщина меня хочет, а когда нет!
Спорить Лесли не стала — понурив голову, ткнулась лбом ему в плечо; сказала жалобно:
— Наверное, это из-за Сола… из-за того, что он сделал… внутри будто что-то умерло… — довольно натурально всхлипнула.
Похоже, Джерико растерялся, спросил осторожно:
— У тебя что — никого с тех пор не было?
Мысленно скрестив пальцы, она замотала головой.
— Черт побери этого Сола! — он вскочил и, с разлету сделав пару шагов, стукнул кулаком по стенке; обернулся с искаженным яростью лицом. — Ч… черт, черт! Если бы ты его не прикончила, я бы его сейчас… сам убить готов!
Лесли выразительно шмыгнула носом.
— Не огорчайся! — подойдя, Джерико неловко похлопал ее по плечу. — Со временем все образуется… ладно, давай еще вина выпьем…
Ушел он довольно скоро. На прощание еще раз похлопал по плечу, но поцеловать больше не пытался.
Сержанта Калвера Лесли за все это время видела лишь дважды. Первый раз пришла к нему через несколько дней после боя с Солом, с новой бутылкой обезболивающего отвара.
Он не стал тратить времени на приветствия; смерил ее взглядом, сказал — не в похвалу, а констатируя факт:
— Хорошо дралась.
— Я запомнила ваши уроки, — коротко ответила она. Если он, непонятно почему, так холоден с ней, то и она расстилаться перед ним не будет.
— Чем этот парень тебе не угодил?
— Давнее дело, — поставила бутылку на стол, стиснула зубы — и все же попросила: — Вы обещали рассказать про Лоридейл. И про маму.
Несколько секунд он смотрел ей в глаза, потом заговорил четко, как по-писаному:
— Лоридейл — это бывшая военная база в Южной Дакоте. Бетонные стены, поверху колючка, вышки с пулеметами — ни одна сволочь не подберется. Сейчас там живет около двух тысяч человек, больше половины — солдаты. Оружия тоже хватает, — казалось, сержант стремится во что бы то ни стало убедить ее в оборонной мощи Лоридейла.
— Но как вы там оказались? — спросила Лесли. — Мама писала, что полковник ведет всех на север, в Вайоминг…
— Так и было поначалу задумано. Едва сошел снег, полковник послал конных разведчиков в Вайоминг и в Небраску, подыскать подходящее место — чтобы и вода была, и земля хорошая, и лес поблизости. К июню ребята вернулись… не все, правда. Из тех мест, что они нашли, три вроде подходящими показались. Полковник решил, что когда мы в Вайоминг придем, то он сам съездит, посмотрит и окончательно выберет. А пока тянуть и раздумывать уже было нельзя — к тому времени у нас воду людям по норме выдавали, ведрами, — он вздохнул и опустил глаза; враждебность из тона мало-помалу исчезла. — Ушли мы из Форт-Бенсона, как сейчас помню, первого июля. Поначалу, пока не обвыкли, тяжело было: дети плачут, овцы блеют, то один грузовик встанет, то другой. Мужчины и женщины, кто покрепче, пешком шли. Вечером у большинства едва хватало сил поесть да в палатку заползти, а утром чуть свет — опять в дорогу.
Лесли слушала, боясь шевельнуться, чтобы он снова на что-нибудь не рассердился и не перестал рассказывать. Она воочию представляла себе медленно движущуюся колонну грузовиков и идущих следом людей — солнце над головой, горячий растрескавшийся асфальт под ногами…
— На третью неделю пути, к северу от Денвера нас догнали двое разведчиков — из тех, что в срок не вернулись, — продолжал сержант. — Они про Лоридейл нам и рассказали. И на следующий день полковник приказал колонне поворачивать на северо-восток. Недовольных, понятно, было много, особенно из гражданских. К полковнику целая депутация пришла: Южная Дакота — это ж такая даль, не дойдем! Но он твердо на своем стоял: зато в Лоридейле крыша над головой у людей сразу будет, строить ничего не придется, а это дорогого стоит! Я так понимаю, что тут еще то сыграло роль, что с генералом Мак-Мюрреем, командиром базы, он давно знаком был — еще лейтенантом под его началом служил.
В сентябре мы туда добрались, и… вот и все. Полковник был прав — место как раз по нас оказалось, — внезапно закончил он свой рассказ.
— А… мама? — осторожно спросила Лесли. — С ней… все в порядке?
— А мне почем знать?! — внезапно взорвался сержант Калвер. — Я здесь уже пять лет корячусь! — опустил голову, не глядя на Лесли, угрюмо сказал: — Ну… когда в последний раз виделись, была в порядке. Замуж вышла.
— Как — замуж?!
— За майора Линча — ты его не знаешь, он из Лоридейла. На следующий год у нее сынишка родился, Адамом назвали. Хороший мальчишечка. Сейчас ему, должно быть, уже лет семь, — сержант улыбнулся неожиданно мягкой улыбкой, так не вязавшейся с его мрачным небритым лицом.
Лесли сидела как оглушенная. Для нее мама всегда была чем-то вне возраста — мама, она и есть мама. И лишь теперь она вдруг осознала, что ее матери еще и пятидесяти нет — совсем нестарая женщина!
Замужем… как-то трудно себе это представить…
— А можно, теперь я кое-что у тебя спрошу? — поинтересовался сержант Калвер.
— Да, что? — нетерпеливо кивнула Лесли. Сейчас она заставит его рассказать все-все, с подробностями — и о маме, и о ее новом муже, и об Адаме (подумать только, у нее есть брат!)…
— Ты склады Форт-Бенсона уже сдала?
— Что? — переполненная мыслями и чувствами, она не сразу поняла, о чем он спрашивает.
— Я спрашиваю, ты уже выдала своему… этому… запасной вход в подземный склад?
— Нет.
— Что, неужели не просил? — полная недоверчивой злой иронии усмешка сержанта больше напоминала собачий оскал.
Секунду Лесли колебалась, но потом ответила честно:
— Просьбой это не назовешь — он просто сказал, что весной мы туда поедем, и должна буду ему показать, как проникнуть в склад.
— И ты… ты согласилась?!
Будь перед ней прежний сержант Калвер, она бы, разумеется, сказала: «Нет! И я не стану этого делать!», но этому враждебно смотревшему на нее человеку доверять не собиралась, поэтому уклончиво пожала плечами: