Немножко по-другому

– Эй, все хорошо, – отвечает он. – Я тоже хочу извиниться.
– Прости, что вела себя как дура.
– А вот и нет. Я вел себя глупее.
– Наверно, нам обоим стоит постараться не глупить. Обещаю, что заставлю тебя стать умнее, – говорит она, клятвенно поднимая руку.
– К твоему сведению: иногда я буду вести себя довольно глупо. Не обещаю, что окажешь на меня положительное влияние, как ты полагаешь.
  
– Ты ведь знаешь, что на самом деле я не считаю тебя глупым.
– Ну а как насчет такого, – говорит он после долгого молчания, – компромисса. Я буду глупить иногда.
– Конечно. Но ведь все порой глупят. Тебе не кажется, что я вела себя глупо, когда накинулась из-за разговоров с Хиллари?
– Не знаю, мне это показалось даже милым.
– Это ты сейчас так говоришь, но клянусь тебе: это была глупость.
– Этот разговор тоже начинает казаться глупостью.
– Ну да, есть немного.
– Мне кажется, мы слишком часто говорим слово «глупость». Придется записать его в список запретов, добавив к слову «заморочка».
Она смеется:
– Ага, но это ничего. Нет ничего страшного в том, чтобы иногда вести пустые разговоры. Они вроде… практики.
– А что, у нас на очереди большой устный экзамен?
Она ерзает на месте, чтобы сесть прямо, а он копирует ее движения. Думается мне, они долго смотрели друг на друга. По крайней мере, мне выдалось хоть несколько минут мира и покоя.
– Хватит разглядывать мое ухо, – говорит он.
– А я и не гляжу.
– Нет, глядишь.
– Ладно, вот теперь смотрю, – говорит она, косясь на его ухо. – Он совершенно невидим.
– Ничего такого, он действительно маленький, – говорит он.
– И как, помогает? – спрашивает она, придвигаясь ближе, словно ждала повода попасть в его личную зону.
Он чуть придвигается к ней, пока их ноги не соприкасаются.
– Врач не знал, поможет ли он, но мне, похоже, повезло.
– По-видимому, так и есть.
Теперь ее голос стал таким мягким, что я бы его не расслышала, если бы они сидели не здесь.
– Ты мне нравишься. Ты ведь и сама знаешь, да?
– Да. Мне это помогло понять твое эссе.
– На это я и надеялся.
– И я… имею в виду, что ты мне тоже нравишься.
– Тебе сейчас куда-нибудь надо?
– Нет.
Они тянутся друг к дружке, и мне ясно, что они на мне еще задержатся.
Пожалуй, мне приходилось выслушивать парочки и похуже этой.
Максин (официантка) 
Как только они появляются, я сразу же понимаю: что-то изменилось. Напряжение между ними ослабло, будто смыло все беспокойство, не говоря уже о том, что они пришли вместе и он придержал для нее дверь как воспитанный мальчик, каким я его и считаю.
– Выбирайте место, – говорю им. Здесь тихо. Семестр почти закончился, одна из девушек сегодня заболела, так что я и за хозяйку, и за официантку. Я ни капельки не возражаю, тем более что можно следить за любимой парочкой.
– Как ваши дела? – спрашивает она, поворачиваясь ко мне.
– Чудненько, – отвечаю, – а у вас как дела сегодня?
– Не знаю, как Гейб, а я ужасно хочу есть, – говорит она.
– И я, – вторит он.
– Чем сегодня занимались? – спрашиваю, вдруг почувствовав, что сую нос куда не следует.
– Ездили на поезде в город и просто гуляли, – говорит он.
– Было прекрасно, – делится она.
– Видно, вы хорошо провели время, – говорю. Они кивают и улыбаются.
– Вам нужно время на выбор заказа?
– Если можно, пожалуйста, – просит она.
– Позовите, когда будете готовы.
Иду за стойку и начинаю наполнять солонки, оставаясь при этом в пределах слышимости: почему-то они мне совсем не надоедают.
– Слушай, Лия, – говорит мальчик.
– М-м-м? Не могу определиться между сырным тостом и омлетом.
– Посмотри на меня секундочку, – говорит он. Она поднимает глаза.
– Я собирался это сделать весь день. – Он наклоняется над столом, целует ее в губы и через несколько секунд отодвигается.
– Хорошо, что сделал, – говорит она.
Ох, как же меня растрогали эти два голубка.
Белка! 
Мальчик с девочкой возвращаются, на этот раз вместе. Я стремглав бегу к ним, приготовившись броситься к их ногам ради вкуснятины, которую они принесли в этот раз.
Они садятся на мою любимую скамейку. Он при-обнимает ее одной рукой, их головы рядом, они разговаривают.
– Так, значит, ты хочешь узнать обо мне больше, – говорит она, и их пальцы сплетаются.
– Да, мне кажется, я мало о тебе знаю. Мне известны любопытные особенности, но мало фактов. Например, кто твои родители, есть ли братья и сестры, когда день рождения, какое любимое мороженое.
– Ничего особенно интересного. Родители в разводе, я в основном вижусь с папой, потому что мама снова вышла замуж, у нее двое детей, которым она уделяет больше внимания, чем мне. – Она ненадолго замолкает. – Не сказать, чтобы мне от этого было так уж горько, нет.
– Приятного мало, – отвечает он. Мне нравится, как он накручивает ее локон на палец. Хотела бы я, чтобы и моим хвостиком так кто-нибудь вертел.
Она пожимает плечами:
– Я справляюсь.
– Как с таким можно справиться?
– Такой разговор больше подошел бы четвертому свиданию, – говорит она. – Потому перейду к остальным вопросам. День рождения – четвертого июня.
– Уже скоро, – отвечает он. – Отмечу его в календаре.
– Любимое мороженое – мятное с шоколадной крошкой.
– На день рождения куплю тебе целое ведро…
Она хихикает и наклоняется ближе к нему.
Решаю им не мешать. У меня ведь столько еды.
Фрэнк (доставщик китайской еды) 
До конца учебного года остается всего пара вечеров, а я снова доставляю еду в общежитие первокурсников. Мне надо быть дома, готовиться к экзамену по физике, но деньги лишними не бывают. Наверно, надо захватить с собой кого-нибудь, чтобы читал мне вслух конспекты, пока еду.
Когда подхожу с заказом к дверям, вижу, что на улице сидят парень с девушкой, которых я вечно принимаю за пару.
– Это нам, – говорит девушка.
– О, так вы наконец послушались моего совета и заказали вместе!
Они смеются.
– Я так на это надеялся.
– Не ты один, – отвечает парень. Они оставляют мне щедрые чаевые.
Дэнни (друг Лии) 
Штурмую дверь комнаты Лии в общежитии ради того, чтобы узнать, что, черт побери, творится между ней и Гейбом. От нее ничего не слышно с прошлой недели, когда мы были в «Старбакс», и я нуждаюсь в новостях. Мне едва удается сосредоточиться на экзаменах.
Иду по коридору, дверь комнаты Лии чуть приоткрыта. Превосходно, значит, она, по-видимому, там, и я смогу загнать ее в угол и узнать то, что меня интересует.
Распахиваю дверь.
– Азалия Фонг, – говорю серьезнейшим тоном.
И тут замечаю пустые контейнеры от китайской еды, раскиданные по столику. По телевизору идет сериал, кажется, «Баффи – истребительница вампиров».
Божечки, а эти двое сплелись на полу, в гнезде из подушек.
Прикрываю глаза, воплю и поворачиваюсь, чтобы уйти.
– Дэнни! – охает Лия и садится.
Гейб тоже выпрямляется. К счастью, они оба одеты.
– Простите, пожалуйста, – говорю.
– Все нормально, – отвечает Лия и встает. Гейб следует ее примеру, но становится чуть позади нее и не смотрит мне в глаза. Она берет его за плечо и толкает перед собой.
– Гейб, это Дэнни.
Я наклоняюсь, чтобы пожать ему руку.
– Приятно познакомиться, – говорит Гейб.
– Мы уже виделись разок-другой. Ты жил на одном этаже с моей соседкой Морин.
– А разве раньше ты не был блондином? – спрашивает Гейб, разглядывая мое лицо.
– Был такой период.
– А, да! Я как-то спросил тебя о джинсах, потому что мама все время ругает меня за мои. Но мне на бренды плевать, а ей – видно, нет.
  
Теперь все встало на свои места.