Прощай, Калифорния !
"У этого мерзкого ублюдка есть все необходимое, это точно. - Для человека с блестящим интеллектом Барнетт был удивительно беспомощен в подборе подходящих эпитетов. - Мне претит использовать слово "умоляю" в присутствии этого чудовищного маньяка, но я умоляю вас поверить мне: он действительно обладает всеми ресурсами. Теперь ни я, ни мои коллеги-физики нисколько не сомневаемся. У него не менее одиннадцати водородных устройств, каждое из которых может превратить Южную Калифорнию в такую же безжизненную пустыню, как Долина Смерти. Мощностью они в три с половиной мегатонны, то есть взрывная сила каждой из них соответствует трем с половиной миллионам тонн тринитротолуола. Думаю, вы поймете значение моих слов, если я скажу, что каждая такая бомба в двести раз мощнее той, что уничтожила Хиросиму. А у него одиннадцать таких монстров. Точнее, здесь в наличии только десять. Одиннадцатая, по-видимому, уже установлена для взрыва. Где этот сумасшедший мерзавец задумал его..."
Голос Моро прервал профессора:
"Рассказать о местоположении заряда - это привилегия, которую я оставляю за собой. Доктор Шмидт, доктор Хили, доктор Брамуэлл, не будете ли вы так любезны подтвердить заявление вашего коллеги?"
Ученые выступали с различной силой убедительности и ярости, не оставляя у слушателей никаких сомнений в истинности угрозы. Когда Брамуэлл закончил, вновь заговорил Моро:
"А теперь самое весомое подтверждение. Вы услышите профессора Аахена, вероятно самого крупного в стране специалиста по разработке ядерного оружия. Он лично наблюдал за каждым этапом в создании бомб. Если вы помните, профессор Аахен исчез примерно семь недель назад. С того момента он работал на меня".
"Работал на вас? Работал на вас? - дрожащим старческим голосом воскликнул Аахен. - Да вы просто чудовище! Вы... Вы... Я никогда не работал на вас...".
Он зарыдал, а затем наступила тишина.
"Его пытали! - раздался крик Барнетта. - Пытали, говорю вам! Он и еще шесть похищенных технических работников были подвергнуты самым..."
Голос оборвался, и раздался хрип, как будто кого-то душили. По-видимому, так оно и было.
"Может быть, продолжим, профессор Барнетт? - Голос Моро звучал примирительно. - Пожалуйста, профессор Аахен, что вы можете сказать по поводу этих бомб?"
"Они сработают", - тихим, все еще дрожащим голосом отозвался тот.
"Почему вы так считаете?"
"Потому что я их создал. - Судя по голосу, Аахен смертельно устал. Здесь находится полдесятка физиков-ядерщиков, и если я дам характеристики..."
"В этом нет необходимости".
Наступило короткое молчание. Затем Моро продолжил:
"Итак, вы получили все необходимые подтверждения, которые удовлетворят любого, кроме разве что самых умственно отсталых. Одна небольшая поправка. Хотя оставшиеся здесь десять бомб имеют мощность три с половиной мегатонны, мощность одиннадцатой, уже установленной и готовой к взрыву, всего полторы мегатонны. Дело в том, что я, откровенно говоря, не совсем уверен в последствиях взрыва бомбы в три с половиной мегатонны. Такой взрыв может привести в действие силы, которые я не хотел бы затрагивать, по крайней мере сейчас".
На этом он сделал паузу.
- Он абсолютно сумасшедший! - убежденно сказал Данн.
- Может быть, может быть, - произнес Райдер. - Одно несомненно: он чертовски талантливый актер. Сделал эффектную паузу и выжидает.
Вновь раздался голос Моро:
"Эта бомба, размерами пятьдесят на сто сантиметров - ее можно поместить в багажник автомобиля, - покоится на дне Тихого океана недалеко от Лос-Анджелеса, на границе залива Санта-Моника. По моим расчетам, при взрыве возникнет цунами, приливная волна высотой в пять-шесть метров, хотя ее высота может вырасти вдвое на узких улицах города, идущих с запада на восток. Последствия взрыва будут ощущаться на севере вплоть до мыса Аргуэлло, а на юге - до Сан-Диего. Жителям прибрежных островов, в частности острова Санта-Каталина, придется искать спасения в горах. Боюсь, никому не известно, скажется ли это на разломе Ньюпорт-Инглвуд. Если да, то придется эвакуировать весь город.
Должен серьезно предостеречь всех от глупых попыток определить местонахождение заряда. Бомба может быть взорвана в любое время, и она будет взорвана при любом поползновении помешать мне. Если это произойдет до эвакуации всего населения, последствия окажутся катастрофическими. Я хочу сказать, что любой человек, решивший послать самолеты или суда обследовать район между островами Санта-Крус и Санта-Каталина, станет непосредственным виновником гибели несчетного количества людей.
У меня есть определенные требования, которые я доведу до вашего сведения в час дня. Если к полуночи они не будут удовлетворены, завтра в десять утра я взорву водородную бомбу. Если же и после этого мои требования останутся без ответа, остальные бомбы - не одна бомба, а все оставшиеся в моем распоряжении бомбы - будут взорваны в субботу ночью, между закатом и рассветом".
На этой жизнерадостной ноте Моро закончил свое послание. Ведущий стал представлять своих экспертов, но Данн выключил телевизор, заметив, что если Моро и сам не знает, каковы могут быть последствия взрыва, то что толку слушать так называемых экспертов.
- Ну что, Райдер, можете по праву считать себя пророком. Вы угадали. Похоже, мы действительно промочим ноги. Вы ему верите?
- Естественно. А вы разве нет?
- Верю. И что нам делать?
- Пусть этим займутся соответствующие власти. Что касается меня, то я собираюсь в горы.
- Поверить в это не могу! - возмутился Делаж.
- Браво, - сказал Данн. - Чую дух покорителей Дикого Запада. Я тебе вот что скажу: оставь мне данные на своих ближайших родственников и отправляйся завтра на прогулку в Лонг-Бич. А еще лучше, прокатись на пароме до острова Санта-Каталина. - Он бросил холодный взгляд на пристыженного Делажа, а затем обернулся к Райдеру. - Вы считаете, что жители Лос-Анджелеса всю оставшуюся часть дня не будут думать ни о чем другом?
- Смотрите на проблему шире. Лучшей встряски для самого психованного города в мире и не придумаешь. Отличный повод отпустить поводья и дать выход скрытым фобиям и неврозам. Для фармацевтических магазинов наступит горячая пора.