Прощай, Калифорния !
- Вот двое преданных агентов, которые думают, что их босс уже на пределе. И это чертовски верно. - Он хлопнул ладонью по стопке бумаг, лежащих перед ним. - Всю ночь по крохам собирали информацию. Кое-что представляет определенный интерес. Кстати, что вы думаете о спектакле, устроенном нашим приятелем Моро?
- Впечатляет. Что там у вас нового?
Данн вздохнул:
- Вы правы, сержант Райдер, радости светской болтовни сейчас не для нас. Есть сообщение от Деймлера. Помните такого?
- Начальник охраны на атомной станции в Иллинойсе?
- Да. У вас отличная память.
- У Джеффа она еще лучше. Я просто прочитал его отчет. Ну так что?
- Деймлер сообщает, что Карлтон связан с какой-то группировкой. Кажется, я уже говорил, что мы предпочитаем получать информацию из первых рук, так что наш агент допросил сына домохозяйки Карл-тона. Нельзя сказать, чтобы парень очень нам помог: сам он посетил всего одно или два собрания терпеть не может подобной болтовни.
- И как они себя называют?
- "Дамасские апостолы". Больше ничего о них не известно. Как религиозная организация они не регистрировались. Самораспустились всего через шесть месяцев.
- Они придерживались какого-то религиозного учения? В смысле, была ли у них какая-нибудь идея и проводились ли богослужения?
- Богослужений не проводили, а вот идея у них действительно была. Грозили вечными муками христианам, иудеям, буддистам, синтоистам - то есть, насколько я понял, всем, кто не с ними.
- Короче говоря, ничего оригинального. Кстати, мусульмане в этом перечне есть?
Данн взглянул на лист с отчетом.
- Как ни странно, нет. А что?
- Любопытно. Этот парень смог бы узнать кого-нибудь из них?
- Сильно сомневаюсь. Дело в том, что "дамасцы" ходили в плащах, масках и остроконечных ведьминских колпаках, как у куклуксклановцев, только черного цвета.
- Видимо, у них есть что-то общее. Насколько я помню, Ку-клукс-клан не проявляет особой любви к евреям, католикам и чернокожим. Больше они ничем не выделяются?
- Нет. Правда, мальчишка сказал нашему агенту, что среди них есть самый высокий человек, какого ему когда-либо приходилось видеть, настоящий гигант, ростом около двух метров, с грудью, как у ломовой лошади.
- Не заметил ли он чего-нибудь особенного в их речи?
- Судя по тому, что сообщает наш агент, этот парнишка - настоящий идиот.
- Но Карлтона идиотом не назовешь. Интересно, правда? А что слышно о Моро?
- Кое-что насчет его акцента. Мы получили ответы от этих, как их там, лингвистов со всего штата. Пришло уже тридцать восемь писем, и они все прибывают и прибывают. И каждый специалист обязательно ссылается на свою репутацию. Что самое главное, двадцать восемь из них решительно высказываются за то, что он родом из Юго-Восточной Азии.
- Вот как? И никто не может более точно указать место его рождения?
- Нет. Это самое большее, на что они способны.
- Но все равно интересно. А что слышно из Интерпола?
- Ничего.
- У вас есть сведения о городах, с которыми контактировали "дамасцы"?
Данн бросил взгляд на Лероя. Тот кивнул.
- Филиппин там случайно нет?
Лерой просмотрел список.
- Нет.
- Попробуйте обратиться в Манилу. Попросите их проверить район Котабато на Минданао.
- Это еще что такое?
- Минданао - большой южный остров в составе Филиппин. Котабато приморский город. Правда, Манила вряд ли интересуется тем, что происходит в Котабато, - дотуда почти девятьсот километров по прямой линии и почти полторы тысячи, если ехать по дорогам и на паромах. И все-таки попытайтесь.
- Хорошо. - Данн сделал паузу. - Вам известно что-то такое, о чем не знаем мы?
- Нет. Просто смутные догадки, основанные на абсурдной предпосылке, и мне не хотелось бы выставлять себя законченным дураком. Что насчет Левинтера?
- Только две вещи, причем одна из них необычайно странная. Если помните, в его записной книжке есть телефонные номера самых разных людей, с которыми он вряд ли стал бы поддерживать личные или профессиональные отношения вне зала суда. Инженеры, токари, бурильщики на нефтяных вышках. В общей сложности сорок четыре человека. Барроу по причинам, известным только ему самому, - он так же скрытен, как и вы, - поручил с каждым из них побеседовать агенту ФБР.
- Сорок четыре агента? Это очень много.
- В ФБР всего примерно восемь тысяч сотрудников, - терпеливо объяснил Данн. - Если Барроу решил подключить к какому-либо делу полпроцента своих сотрудников, это его право. Он может выделить и четыреста сорок человек, если захочет. Главное-то в том, что двадцать шесть из этих агентов сделали удивительное, я бы даже сказал, поразительное открытие: двадцать шесть человек из списка как в воду канули. И ни жены, ни дети, ни родственники, ни друзья исчезнувших понятия не имеют о том, где они могут быть. Никто из пропавших не собирался уезжать. Что вы на это скажете?
- Что ж, это тоже интересно.
- Все время только интересно да интересно! И это все, что вы можете сказать?
- Ну, как вы сами сказали, это чертовски странно.
- Послушайте, Райдер, если у вас есть какое-то предположение, если вы что-то утаиваете...
- То есть препятствую осуществлению правосудия?
- Вот именно.
- Знаете, Данн, мне казалось, я законченный дурак. Теперь я вижу, что вы тоже.
Наступило молчание, недолгое, но весьма неприятное.
- Ну ясное дело, я препятствую осуществлению правосудия. Сколько членов вашей семьи Моро держит в заложниках?
Вновь последовало молчание.
- Я собираюсь потолковать с нашим другом Левинтером. Точнее, он будет говорить со мной. Ясно как день, что именно он предоставил Моро этот список и что Моро либо купил этих людей, либо захватил силой. Ваши двадцать шесть агентов могли бы принести пользу, выяснив, нет ли у кого-то из этих двадцати шести людей преступного прошлого. Левинтер заговорит, как пить дать.
Холодную ярость, прозвучавшую в сдержанном голосе Райдера, почувствовали все присутствующие. Джефф облизал губы и посмотрел на отца таким он его еще не видел. Паркер уставился в потолок. Делаж и Лерой повернулись к Данну. Данн взглянул на свою руку, затем провел тыльной стороной ладони по лбу и произнес: