Девять сбежавших кошмаров (СИ)
«Вот ведь по-идиотски вышло, – подумала Виттория и споткнулась взглядом о кружку, дымящуюся на стиральной машинке. – Это что, он шоколад сварил? Сам? Для меня?»
– Ты сказал, а я услышала, – наконец ответила она, слегка сжимая пальцы в знак, что принимает клятву, пусть принесённую в таких дурацких обстоятельствах. – И извини, что так перепугалась. Наверное, сон ещё не выветрился.
– Сон, говоришь, – протянул дракон задумчиво и снова покосился куда-то себе за плечо. – Больно прилипчивый какой-то.
И они переглянулись, думая наверняка об одном и том же – что-де без колдовства тут явно не обошлось.
А чуть позже, прихлёбывая из кружки сладкий горячий шоколад и кутаясь в пушистую бабушкину шаль, Виттория с энтомологическим интересом разглядывала диковинное существо, которое барахталось в ловце снов. Размером оно было с мизинец, не больше, почти что прозрачное и страшно противное – то ли червяк, то ли гусеница с десятком вылупленных глаз, глядящих в разные стороны и беспрестанно моргающих. Некоторые обережные ниточки уже порвались, но обмотка на обруче, заговорённая самим покойным Лобо Флорабелио, пока что держалась.
– А вот и твой ночной кошмар, дева, – указал на существо когтём Рю. – Экая пронырливая дрянь. Ещё немного – и сбежал бы.
– Теперь не сбежит, – сощурилась Виттория, отчётливо припоминая, что в роду Флорабелио были не только добрые колдуны. И мстительно добавила: – Кстати, а нет ли у нас ненужной обувной коробки?
***
– Экая же пронырливая дрянь! – почти слово в слово повторил Белый Лис, восхищённо пялясь на крышку от обувной коробки, словно видел её насквозь. Хотя, может, и видел – заклинания позволяли делать и не такое. – Редкостная мерзость! И знаете, что самое интересное?
– Понятия не имею, – честно ответила Виттория, терзаясь чувством вины из-за того, что устроила переполох с утра пораньше.
Персоны, вовлечённые в переполох, впрочем, недовольными не выглядели – даже Летиция, которая вдохновенно строчила что-то в пухлом блокноте, или Бэтс, в чьей кофейне, удачно расположенной на полпути решительно ото всюду, и происходило спонтанное совещание. Только Рю зевал украдкой в кулак, словно так не сомкнул глаз до самого рассвета – хотя с чего бы, если даже Виттория выключилась после чашки горячего шоколада, как по волшебству.
– Население Сити – пять миллионов, если не больше, – непонятно пояснил Белый и склонился над коробкой с таким хищным выражением лица, что та опасливо съёжилась. – И из всего многообразия потенциальных жертв это, с позволения сказать, существо выбрало именно колдунью, да не простую, а из рода Флорабелио. Куда оно вообще смотрело?
– В светлое будущее? – предположила Летти, не отвлекаясь от собственных записей.
– Ну разве что будущее было настолько ослепительным, что бедная мерзость зажмурилась всеми своими тринадцатью глазами и совершенно случайно влетела в открытую форточку, – согласился он. И – сделался вдруг задумчивым: – Но что-то мне не верится в совпадения… Не окажешь мне любезность, о диковинка?
– Смотря какую, – осторожно ответила Виттория, прикидывая, получится ли у неё заскочить домой по дороге и нормально позавтракать.
Не то чтобы утром ей не терпелось поскорее оттащить свою добычу в агентство, но кто же знал, что безжалостный шеф столь живо отреагирует на одно-единственное сообщение, отправленное с сонных глаз, и велит немедленно явиться к нему со злосчастной коробкой.
«Заботится, что ли? – промелькнула невероятная мысль. Но тут же Виттория одёрнула себя: – Да нет, не может быть, он же в прямом смысле чудовище».
– На самом деле – любую, какую мне будет угодно, благодаря нашему всесторонне продуманному договору, – фыркнул Белый, точно прочитав мысли. – Но пока о многом я не попрошу. Зайди-ка к господину Книжнику и узнай у него, сталкивался ли он с подобными тварями.
Предложение выглядело разумным, к тому же оставляло пространство для манёвров с завтраком, потому оставалось только кивнуть, соглашаясь, что Виттория и сделала. И добавила, не подумав:
– А вы чем займётесь? Ой, – смутилась она запоздало. – Не подумайте, что я в укор или что-то вроде того…
Но Белый и не подумал обижаться – напротив, развеселился:
– О, мне дело найдётся, поверь. И, полагаю, не одно.
***
В книжной лавке на улице Тюльпанов Виттории уже доводилось бывать раньше, но лишь однажды – когда Летиция торопливо представила её угрюмому хозяину, забрала свой заказ и ретировалась. Запомнилось с того раза не так уж много. К примеру, то, что внутри помещение было гораздо больше, чем можно было бы предположить по фасаду, гротескно сплюснутому с боков другими зданиями… Или то, что приходить сюда раньше полудня смысла не имело, ибо хозяин явно не считался с поговоркой: «С солнцем вставай – добра лопатой загребай».
То есть лопата-то у него, конечно, на пожарном щите была, но явно не для добра.
– Подождём? – робко предложила Виттория, уставившись на табличку «Закрыто».
– Постучим, – с неясной угрозой в голосе откликнулся Рю – и, не откладывая в долгий ящик, замолотил кулаком в дверь.
Должного результата это не принесло. Точнее, тишина в недрах книжной лавки стала особенно глубокой, настороженной и внимательной, и теперь словно бы заявляла: тут никого нет, кыш-кыш.
– Может, господин Книжник спит? – попыталась Виттория оправдать его – так, на всякий случай, ибо уклоняться от выполнения необременительных пожеланий Белого Лиса было чревато серьёзными последствиями даже для того, кто об этих самых пожеланиях знать не знал. – Или очень занят. Или его нет.
– Досадно, – протянул Рю разочарованно. И добавил, чуть повысив голос: – Досадно, что этот достойный господин вовремя не узнает, почему за его головой охотятся нынче целых два чудовища с далёкого востока.
Тишина за дверью охнула, выругалась и подозрительно поинтересовалась:
– И почему же?
– Сложный вопрос, уважаемый, – живо откликнулся Рю, улыбаясь в сторону. – Я простой воин и не знаком со светскими хитростями, но предположу, что ответ тянет по меньшей мере на чашку чаю.
Тишина задумалась на несколько секунд, а затем, тяжко вздохнув, загремела замками.
К чести господина Книжника, похоже было, что он и впрямь лишь недавно проснулся, потому что вышел к незваным гостям в халате, расшитом золотистыми хризантемами и небрежно накинутом поверх фланелевой пижамы. Широкий пояс, замятый и перекрученный, тянулся за ним по паркету, как хвост, а глаза сквозь толстенные стёкла очков в полумраке казались особенно сердитыми.
– Госпожа Флорабелио, – произнёс Книжник с укоризной.
Виттория невольно втянула голову в плечи и стиснула ткань юбки в кулаках.
– Д-доброе утро?
– Это мы поглядим, – буркнул он в ответ с нескрываемым скептицизмом. И добавил неласково: – Проходите.
Несмотря на показное нерадушие, хозяин и впрямь пригласил их в помещения за прилавком, усадил на потёртые диваны, обитые коричневой ребристой кожей неведомого зверя, и вручил по огромной, почти пол-литровой кружке крепчайшего чёрного чая. Свою он ополовинил одним долгим глотком, нахмурился и произнёс:
– Догадываюсь, откуда взялось одно чудовище с востока, которым вы мне грозили. Но вот второе…
– Это я, – охотно пояснил Рю, поглядывая на него из-под опущенных ресниц как-то уж слишком хитро для простодушного воина. – Великий Чёрный Дракон Востока.
– И Немножко Севера, – по инерции уточнила Виттория и нервно покосилась на своего спутника: обидится, нет? Но тот по-прежнему источал благодушие. – Но вы не переживайте, никто на самом деле на вас пока не охотится, я просто на секундочку заскочила по поручению господина Белого Лиса.
– Пока, – повторил за ней Рю зачем-то.
– Пока, – мрачно откликнулся Книжник. – Ну что же, рассказывайте, что это за поручение, – и добавил себе под нос: – Значит, «Багряные сказания» всё же нашлись… осталась последняя.
Виттории до жути было интересно, что за «последняя» такая, но тянуть время почём зря и сердить шефа ей не хотелось, а потому она упрятала поглубже собственную любознательность и быстро изложила суть дела. И уже на середине рассказа поняла, что, в общем, зря старается: Книжник слушал её рассеянно, явно думая о чём-то своём. В конце концов даже Рю не выдержал и, недобро сощурившись, протянул: