Девять сбежавших кошмаров (СИ)

Проникнуть на территорию Высшей Школы и впрямь оказалось несложно: достаточно было пройти через центральные ворота, где Летиция обменялась приветствиями с начальником охраны. По правую руку высились учебные корпуса, больше похожие на дворец; по левую – общежития, раскинувшиеся в недрах старинной рощи. Прямо перед входом располагались спортивные площадки, лужайки, беговые дорожки, а в самом дальнем конце – загон для лошадей, откуда сейчас слышалось истерическое ржание студентов.
  
– Сейчас здесь почти никого нет, – пояснила Летиция, с наслаждением оглядываясь: годы учёбы явно оставили у неё множество приятных воспоминаний. – Выпускные и семестровые экзамены уже позади, до вступительных ещё полмесяца… Студенты в основном разъезжаются на лето, остаются только те, кому некуда возвращаться, и те, кто занят научной работой.
– И дурни, – добавила Виттория. И, смутившись, пояснила: – Ну, те, кто завалил экзамены и остался на дополнительные занятия…
– …на горе преподавателям, – закончила за неё Летиция. – Да, про дурней-то я и забыла. Итак, с чего начнём поиски?
– С основ, – решительно ответил Белый. – Итак, как можно найти человека, которым овладел кошмар, если у нас есть только указание на территорию?
– По запаху, – зевнул Рю. – Или по звукам, если он напуган недостаточно… Что?
Повисла неловкая пауза.
– Боюсь, что наши неиспорченные девы и недевы могли неверно тебя понять, приятель, – мурлыкнул Белый, насладившись эффектом. – Но не могу не согласиться: человеческий страх действительно пахнет по-особенному. И тем приятнее найти человека, который при встрече с чем-то ужасным не впадает в панику, а проявляет любопытство, – добавил он, с нежностью взглянув на Летицию. – Но этот простой и действенный способ, увы, людям недоступен. А ты как поступишь, о диковинка?
Виттория задумалась.
Первой мыслью, конечно, было исследовать все корпуса по очереди, разглядывая человеческие отражения в зеркальце над левым плечом. Но Высшая Школа – не женские бани, их и за день не обойдёшь, да и к тому же слишком много внутри укромных уголков, где может прикорнуть человек, облюбованный сбежавшим кошмаром…
– Вертушка тоже не поможет, да? – робко спросила она. И тут же вспомнила: – Ой, она же сломалась… А если новую сделать и заколдовать? Как подмётки?
На этот раз никто ничего не понял – кроме Белого Лиса, который, оправдывая звание великого волшебника древности, тут же ухватил мысль и просиял:
– Умница! Собираешься искать не объект, а состояние?
– Не причину, а следствие!
– Не прямо, а косвенно!
– Не… – азартно продолжила было Виттория, но затем увидела, как ухмыляется Рю, а Летиция непонимающе хлопает глазами. И пояснила виновато: – Ну, если кошмар ещё не материализовался, и найти его нельзя, то можно же найти испуганного человека? Как чудови… э-э, как великий дракон ищет его по запаху страха, только без самого запаха.
Летиция выслушала и кивнула серьёзно:
– Хорошая идея. По логике, должна сработать: экзамены уже прошли, до смерти испуганных студентов на территории школы быть не должно. По крайней мере, до следующей сессии.
Сказать-то легко, а вот взять новую вертушку поздним вечером было некуда, так что на мгновение Виттория растерялась. Но потом вспомнила, зачем вообще приспособила когда-то детскую безделушку для колдовских целей: чтобы не выделяться в толпе.
«А зачем мне это теперь?» – подумала она, оглянувшись на компанию, в которой проводила большую часть времени.
Во-первых – стройный красавец с ярко-синими глазами и длинными чёрными волосами, заплетёнными в косу, который предпочитал дорогие костюмы-тройки и ботинки, начищенные так, что в них отражались пролетающие в вышине чудовища. Во-вторых – смешливая молодая женщина с каштановыми кудрями-пружинками, которые на солнце горели, как яркая медь. И, наконец, высоченный тип, одетый во всё чёрное, с огненно-алой шевелюрой и глазами цвета старого вина, каких у людей не бывает никогда… На таком фоне сама Виттория совершенно не выделялась – даже со своими цветастыми юбками и необъятными сумками-мешками; даже если бы распустила волосы, чёрные и блестящие, как вороново крыло, даже если бы расстегнула не одну пуговицу на блузе, а целых четыре, чего Лобо запрещал ей делать категорически, ворча: «Рано тебе ещё на обложку».
Ну, а раз так – значит, и колдовские инструменты можно было использовать те, какие удобно, а не самые незаметные.
Нисколько не сомневаясь больше, Виттория выдернула из подола юбки тонкий красный шнурок, достала из сумки камень-талисман с морского берега – маленький кругляшок с дырочкой в верхней части – и привязала его к шнурку.
– Покажи мне, покажи мне, – протянула она нараспев, раскачивая импровизированный маятник из стороны в сторону. – Покажи мне то, что я хочу найти!
Мама испуганного мальчика, временно лишившаяся ясности рассудка из-за кошмаров; старушка-кассирша, тихонько подвывающая во сне; изнурённая мастер скорых расчётов из киностудии; наконец, сама она, Виттория Флорабелио – все они имели нечто общее, объединяющее, некое неуловимое сходство…
«Страх? – пронеслось в голове. – Нет, не совсем так. Измученность страхом. Безнадёжность… Вот оно».
Уловив смутный, ускользающий от сознания образ, Виттория зажмурилась, представляя его как можно ярче – и в ту же секунду камешек на шнурке дёрнулся и указал направление.
– Учебные корпуса? – удивилась Летиция, обернувшись в нужную сторону. – В такое время? Кто там, интересно – ученик задремал в библиотеке, что ли?
Шнурок натянулся, завибрировал, точно поторапливая – и Виттория решительно двинулась в сторону семиэтажной башни с часами в правой части школы. На первом этаже там располагался просторный холл с помпезной люстрой, раздевалки, лифты, столовая, лестницы и небольшая комнатка с табличкой «Материальные ценности». Там спал в свободное от работы время неуловимый мастер по хозяйству – очень полезный человек, который определял, сколько щёток, швабр, тряпок и рулонов туалетной бумаги положено закупить и как провести по смете хотя бы одно жестяное ведро сверх планируемого. Камень на шнурке немного покружил у двери, словно принюхиваясь – и дёрнулся к лестнице.
– Вверх, – вздохнула Летиция. – Так и знала, что не стоило надевать каблуки… ой!
Белый Лис подхватил её на руки, словно это была самая естественная вещь на свете, и одним махом преодолел половину лестничного пролёта, а потом обернулся, высокомерно выгнув бровь:
– Вы ещё там? Догоняйте. Или ты там сама спишь, о диковинка?
Второй этаж, где располагались кабинеты для индивидуальных занятий и лаборатории отделения естественных наук, талисман не удостоил вниманием. Зато на третьем замер – и настойчиво потащил Витторию в библиотеку.
На душе отчего-то кошки скребли, как в дурном сне, от которого пытаешься очнуться, да не выходит.
– Это не ученик, – заметила Летиция, когда они одним махом просвистели с три десятка рядов со стеллажами и упёрлись в заграждение-цепочку. – Дальше стоят книги, которые получают по допуску от курирующего преподавателя. Кстати, можешь отпустить меня, я и сама ходить могу.
– И не подумаю, – фыркнул Белый, жадно вглядываясь в пыльный сумрак между стеллажами. – Мало ли, что выпрыгнет на нас из темноты, о драгоценная.
– Ага, например, «Расширенный академический словарь», – в тон ему ответила Летиция, не спеша, впрочем, вырываться из объятий. – Ужасная штука.
Виттория, которая видела немного больше, могла бы возразить, что словари – не самое жуткое, что встречается в библиотеке: например, полуметровые пауки или призрак мальчика, из глаз которого постоянно сочится белесоватая кровь, гораздо страшнее. Особенно когда он неожиданно выглядывает из-за полок, как сейчас.
  
– Прогнать его? – тихо спросил Рю, положив руку ей на плечо.
Виттория сглотнула – а потом качнула головой:
– Не надо. Он же не злой, просто ему скучно.
Рю окинул её долгим задумчивым взглядом, но ничего не сказал.