Гончая в Империи демонов (СИ)
Для таких же доверчивых, как я, в частности СМИ, настоятельно рекомендую спросить у него историю болезни или хоть одно подтверждение того, что у него была болезнь, страшнее ангины. Вы все таки вещаете на массы, имейте совесть хоть проверять информацию, прежде чем она попадает в эфир.
До свидания."
Выдох. Стоп. Снято. Господи, а руки то как трясутся.
Немного успокоившись, я разослала это видео вообще всем, кто хоть какие-то вопросы мне задавал на почту. Спам, самый натуральный. Светка была права... Так он меня продаст с потрохами. Квартиру все равно менять придётся. Кто-то обязательно сольет этот адрес, чувствую пятой точкой.
Поставила телефон на зарядку и потопала в ванную. Удивительно, но после этого обращения мне даже как-то легче стало. И совесть не мучает... Что странно... Все таки живой человек, так страдает... Это я об отце Макса... Возможно, я поступила неправильно, нужно было дать Максу возможность стрясти из журналистов и каналов деньги на лечение отца?
Я плохой человек...
Раздевшись, я закусила губу и открыла воду. Приятные струи воды тут же коснулись обнажённой кожи, вызывая полчище мурашек. Сместилась взгляд на грудь, где располагалась Печать демона, потерла пальцами, словно та могла исчезнуть с моего тела и устало вздохнула. Впереди разговор с родителями — это пострашнее всех демонов вместе взятых будет.
Знала бы я, что не поговорю с ними ни сегодня, ни завтра, ни через неделю, обязательно бы поговорила ещё вчера...
Я настолько глубоко ушла в собственные мысли, что не сразу услышала кошачий визг, который шёл по нарастающей и набирал обороты.
Не выключая воду, я выбежала из ванной, едва обмотавшись полотенцем. Бус затих, но это ещё больше меня насторожило. Кажется, звук шёл из кухни. Мокрые ступни неприятно скользили по паркету, а вода с волос капала на пол крупными каплями. Затаив дыхание, я выглянула из коридора в кухню, убедилась, что там никого нет и вошла. Моя чашка лежала на полу с отколотым ушком. На столе все оставалось по-прежнему. Бус обнаружился на кухонном столе рядом с микроволновкой. Сидел, вздыбив шерсть на спине, и молотил пушистым хвостом по чайнику.
- Бус...- осторожно позвала я. Тот даже ухом не повёл, все смотрел на пентаграмму и шипел тихонько время от времени.- Кис-кис-кс... Ты чего, маленький?
Да нет, все в порядке. Даже контур не рябит. Сделала пару шагов к коту, придерживая полотенце на груди. Кот вообще на моё приближение никак не отреагировал.
- Ты меня пугаешь,- призналась я. Протянула уже руки к коту, чтобы ссадить того со стола, как тот тут же спрыгнул на пол, взвизгнул и бросился шипя на пентаграмму.
Кошачий полёт длился одну секунду, одно мгновение! Бус так и не приземлился на пол. Исчез. Просто исчез. Растворился в воздухе. Вот его белая тушка пригибается и прыгает и все... Нет кота.
Я испуганно ойкнула и, конечно, же не придумала ничего лучше, как броситься за ним следом.
Идиотка же...
Я упала. Натурально упала, стоило одной ноге ступить за контур пентаграммы, как меня тут же потянуло вниз. Словно не по паркету шла, а по краю обрыва и успешно с него соскользнула. Привычная тьма испугала. На этот раз я никуда не прыгала, никакой демон меня не подхватывал за собой, все было иначе. Короткий полёт, вспышка боли, яркий свет, шипение кота где-то вдалеке и тошнота.
Судя по всему, я лежу. И на чем-то холодном и твердом. Скорее всего, на полу. Кот где-то рядом — это хорошо. Все тело болит, я не могу даже нормально осмотреться — это плохо.
Дождавшись, когда в глазах перестанет двоиться, я смогла привстать на локтях и даже подтянуть на груди полотенце.
Ну да, я на полу. На полу в... Библиотеке?! Бесконечное множество полок с книгами. Если бы не свёрнутые рулоном свитки и вычурная окантовка большой двери и стеллажей, я бы решила, что все ещё в своём мире.
Но, нет, это явно не мой мир...
Глава 8
Дверь распахнулась, как от ударной волны, которая и меня протащила по полу, впечатав в стеллаж. Задница, локти, позвоночник горели огнём. Как ещё на мне осталось полотенце, оставалось загадкой.
Слишком быстро все произошло. Я не успела даже закричать, хотя мне очень хотелось. Что-то сыпучее чёрное ударило по мне крошечными песчинками и я, забыв о боли и счесанных костях, замерла. Не получалось пошевелиться, даже скосить взгляд.
- Кто же это тут у нас? Не одержимая,- хмыкнул незнакомый голос, пока я настороженно прислушивалась к приближающимся шагам и паниковала.- Странно. Назови себя!- приказал все тот же мужской бас.
Если бы могла, закатила глаза,- я не могу пальцем пошевелить, не то что разговаривать. Уже бы давно визжала и бежала прочь.
- Почему так долго?- вторгся ещё один мужской голос.
Блеск! Я тут парализованная лежу, считай голая, а вокруг меня мужикам вздумалось собраться. Так, главное думать о хорошем...
- Сам не пойму. На одержимую или низшую не похожа.
- Мая-ау!- о, а вот и Бус подключился к разговору.
- Это кот?!- сколько же подлинного удивления было в голосе у второго говорившего. Котов, что ли, никогда не видел.
Господи, о чем я думаю?! Может помычать хоть попробовать...
- Ммммнннныыыы...-что-то да вырвалось из сомкнутых губ.
Не дай бог они что-то сделают с моим котом!
После короткого "Отойди", я смогла увидеть второго говорившего. Мужчина подошёл вплотную ко мне, присел на корточки и провёл сильной рукой с раскрытой ладонью вдоль моего распластанного тела. Меня словно током ударило. Там, где его ладонь скользила в воздухе, меня касалось тепло. Стало душно и неуютно, а мужчина заинтересованно разглядывал мои ногти на ногах. Ну да, розовый гель-лак со стразами. Ещё перед Новым годом побаловала себя походом в салон. А я разглядывала его... Загорелый, или же смуглый, сильный мужчина, словно сошёл ко мне с телеэкрана какой-нибудь эпопеи о викингах. Чёрные волосы собранные сзади, - не знаю чем, мне из такого положения не видно чем,- прилизаны даже или уложены гелем, виски выбриты, брови вразлет под стать волосам чернющие, густющие. Волевое крупное лицо, широкие скулы, небольшой шрам на прямом лбу у левой брови, крупный нос. Губы узкие, бледные, на контрасте с его тёмной кожей. Широченные плечи и огромное туловище. Под белой водолазкой с закатанными рукавами играли напряжённые мускулы. Бугрились и вздымались мышцы на груди от его дыхания. Его даже не портила щетина на лице, хоть я и терпеть не могу небритых мужиков. Наоборот, она придавала ему какой-то дикости, мужественности. Не метросексуал из Барбер-шопа, а мужик-мужик!
Сердечко пропустило удар, ещё один. И я осознала страшное. Я могу шевелиться уже не знаю сколько, а продолжаю разглядывать этот образец мужественности, и при этом... Я думала так бывает только в кино... Внутри меня зарождается что-то новое, острое, огненное, невероятное.