Пульт времени (СИ)

— Очень приятно познакомится, мразь, а я глава общины Ласточка Алексей Воронцов. Слышал про меня?
— Нихрена себе! — округлил глаза борзый парень. — Ты тот чёрт, который больше пятидесяти чистильщиков завалил?! Э-э-э… — в следующий миг парня будто подменили, он тут же начал лебезить и размазывать кровь по лицу. — Мы не знали. Извините нас, пожалуйста. Только не убивайте меня!
— И почему же? Может, вас лучше в водичку кинуть? Зато потом столько раков соберём…
На лице Сифона прорезался нешуточный испуг.
— Не-не, дядь, не надо! Молю, пощади!
— Пошёл нахрен отсюда, и мясо свое забери! — навис над ним Воронцов. — На первый раз прощаю, щенки сыкливые.
Сифон поднялся с песка и посеменил к своим дружкам, которые лежали в отключке недалеко от него. Приведя их в чувство, он помог им подняться, после чего парни скрылись из виду в кустах.
Алексей выбрал в меню перстня нормальный ход времени и подошёл к Тимуру.
— Считай, рыбалку испортили. Давай собираться и поплывём на ту сторону затона, а то есть шанс, что то они вернутся с подкреплением и более внушительным вооружением.
— Эх, жаль, — вздохнул Тимур. — Но ты прав, нудно валить отсюда.
Алексей начал скидывать рыбу в бочку.
— Скажи, Лёш, а правда то, что он сказал?
— Насчёт чего?
— По поводу пятидесяти человек, убитых тобой.
— Да, правда, но не за раз, а в общем. Когда я спасал из плена Свету, много человек погибло. А когда меня предал Олег, погибло ещё больше. Ты думаешь, что они пошли на мир и перестали нападать просто так? На моих руках море крови ради вашей мирной жизни. Чтобы твои дети росли в мире и спокойствии. И они сами сделали свой выбор умереть. Я им предлагал возможность отпустить меня и других пленных, но они выбрали смерть. И не надо меня обвинять в их смерти! — лицо Воронцова перекосидо лицом от злости. Он схватил бочку и потащил к лодке.
— Иваныч, ты чего распалился? Я и не собирался тебя обвинять. Просто представил, что по численности это почти вся наша община, вот и ужаснулся. Извини. Конечно, я понимаю, что ты это делаешь только для нашего блага.
— Ладно, проехали.
Вечером им удалось поймать пару судаков, которых отправили в котелок, кипевший на небольшом костре. Картофель и молодая морковь с мизинец размером плавали в жирном бульоне. Почищенная и нарезанная ломтиками рыба плавала в кипятке.
Воронцов и его друг сидели у костра и смотрели на пламя. Перед ними на пеньке стояла бутылка самогона, которую заботливо прихватил Воронцов ещё с утра.
— Интересно, как там Марина? — задумчиво протянул он. — Нашла ли Свету?
— Ох, не завидую я девчонке, — Тимур выпустил дым изо рта.
— Ещё её постоянно тошнит, не пойму почему, — продолжил Алексей. — С момента нашего путешествия её часто мутит по утрам и у неё слабость.
— Возможно, она чем-то отравилась. Ещё чёртовы людоеды ей по голове тогда хорошо зарядили, да и мне досталось, — Тимур продемонстрировал изувеченную кисть.
— Эх… — вздохнул Воронцов. — Я жалею, что взял её с собой и вас втянул в эту авантюру.
После вкусной ухи и самогона они улеглись спать. Алексей быстро остановил время и уснул. Больше такой ошибки, как беспечный сон, он совершать не был намерен.
После того, как он проснулся, время было ускорено. Спустя минуту наступило утро. Тимур проснулся, и Лёша вернул время в обычное состояние, Они позавтракали остатками ухи и собрались выплывать проверять сети.
Улов оказался огромным. Мужчины набили почти полную лодку рыбы, которая с трудом причалила к берегу, где их уже ждал Степан.
— Вот это да! — округлил глаза Степан. — Это же сколько времени её чистить надо?!
— Привет, Стёпа, — выбрался на берег Алексей. — Давай сюда бочки, и начинаем складывать улов.
Рыба была живой. Она дёргалась и выскальзывала из рук, но все равно отправлялась в бочки. Им попались караси, сазаны, разнообразная белая рыба и даже пара осетров, которые а прошлом почти вымерли и в этих местах не появлялись.
Спустя час ряд бочек был заполнен рыбой. Лодка была погружена на телегу, следом туда поставили бочки и уселись мужчины.
 
— Степан, погнали, — Воронцов уселся поудобней.
— Всё в копытах кобылы, — отозвался он. — Мы телегу так загрузили, что дай бог, если она её вывезет.
Спустя некоторое время телега прибыла в общину и началась принудительная раздача рыбы населению. Оставшуюся рыбу вручили Инге, которая вместо благодарности ужаснулась и посмотрела на рыбаков большими глазами.
— Куда мне столько? Я её до завтра перерабатывать буду? Вот поймали, и сами ей занимайтесь!
Воронцов настойчиво высыпал рыбу на стол.
— Ты ещё поругайся на обилие еды! Инга, тебя учить что ли нужно? Позови детей и в принудительно-добровольном порядке заставь их помогать тебе. Это же на всех.
— Рыбаки… — с грустью глазела она на рыбный холм
— Да, отличная рыбалка получилась, — ухмыльнулся Тимур.
— Груз сдал, так что я пойду искать Марину, — продолжил Воронцов. — Узнаю у неё, как прошла поездка к дочери.
— Удачи, Иваныч, — пожал ему на прощание руку Тимур, и поспешил в сторону своего дома, пока Инга не приехала его к переработке улова.
Марины дома не оказалось. Алексей нашёл Михаила во дворе общины.
— Вернулись уже? — кивнул ему Миша.
— Вернулись. Миш, ты Марину видел?
— Так она ещё не возвращалась. Ни её, ни Вадима я не видел со вчерашнего дня.
— Наверное, заночевали у красноармейцев. Ладно, подожду до вечера, а там уже буду думать.
Но ждать долго не пришлось. Сторожевой на вышке крикнул, что у ворот стоит Сивый, конь Вадима.
Алексей сразу побежал к воротам, не обращая внимания на боль в ноге.
Как только они открыли ворота, конь забежал во двор и припал к корыту с водой. Опалённая шерсть и грива говорили о том, что случилось что-то плохое.
Почти сразу в открытые ворота влетел на коне цыган Тагари.
Задыхаясь, цыган спрыгнул с коня и подбежал к главе общины.
— Посёлок Красноармейцев горит!
Алексей застыл в шоке от услышанного.
— Как горит? Почему? — его с головы до пяток окутало волнение, которое волнами нарастало.
— Мы с утра почувствовали запах дыма, но ветер всё утро дул с севера, поэтому дыма не было видно, — поспешно начал Тагари. — Я решил съездить и посмотреть, что случилось. Но как только я проехал мост через затон, то сразу увидел пожар, охвативший весь посёлок. После этого я на всех парах помчался к вам!
— Мишаня! — бешено заблестели зрачки Воронцова. — Собирай всех, грузитесь на телегу. Берите с собой вёдра и топоры, и выдвигайтесь, а я помчу в авангарде с Тагари.
Алексей запрыгнул на коня цыгана.
— Тагари, гони быстрей туда, там Марина и Света!
— Держись! — цыган пришпорил своего коня.
Конь громко заржал и перешёл в галоп. Поднимая клубы пыли, он выскочил в открытые ворота.
Надо отдать должное, конь у Тагари был великолепный — русская верховая порода вороной масти. Хороший крепкий конь, его расчёсанная чёрная грива развивалась на ветру и переливалась в солнечных лучах. Конь легко нёс на своей спине двух ездоков. Через полчаса безумной скачки они оказались у горящего посёлка.
Алексей спрыгнул с остановившего коня и сразу остановил время. Пламя замерло, словно было нарисованным. Мужчина кинулся в открытые ворота.
Больше половины домов у края воды уже сгорели. Огонь плавно перекидывался на дома в глубине посёлка. Всего несколько человек пытались бороться с бушевавшем огнём. Дым завис в воздухе. Воронцов схватил чье-то мокрое полотенце, которое сушилось на верёвке возле избы, и обмотал своё лицо.
Первым делом он побежал к дому Татьяны. Если Марина тут, то она будет у неё. Пройдя всего пару десятков метров, Алексей увидел, что на земле лежит мужчина, истекший кровью. Пара пулевых ранений в его груди вызвали много вопросов.
Он добрался до дома Татьяны и распахнул дверь. Алексей понимал, что надо спешить, поскольку крыша дома была охвачена огнём, который вскоре грозил полностью поглотить всё здание. Лишь остановленное время давало шанс спасти людские жизни.