Судьба Блока. По документам, воспоминаниям, письмам, заметкам, дневникам, статьям и другим материала

С начала великого поста Блок тщательнейшим образом переключает весь свой обиход на потребный для экзаменного бдения. Самое испытание еще не скоро, – но Блок уже «невидим» ни для кого, кроме имеющих непосредственное отношение к задуманному им делу (с некоторыми университетскими товарищами он готовится к двум-трем экзаменам совместно). Кроме того, он очень регулярно встает в одно и то же время; ест, пьет, ходит гулять (пешком далеко) в определенные часы; занимается почти ежедневно одно и то же количество часов и ложится в одинаковую пору. По сдаче каждого экзамена позволяет себе более продолжительную прогулку, – и, кажется, судя по письму ко мне в Мюнхен, заходит в ресторан пить красное вино. Я не думаю, что это метафора. Насколько помню, это он обучил Г. И. Чулкова «пить красное вино» (с начала будущего сезона), именно привыкнув это делать сам между экзаменами (изредка, конечно).
 Вл. Пяст. Воспоминания о Блоке 
Готовился А. А. Блок к государственным экзаменам, что называется, истово; со всею щепетильной аккуратностью, что была в его натуре; со всею становящейся силою своей воли.
 Вл. Пяст 
Сегодня кончились мои экзамены. Спешу сообщить Вам об этом. Кончить удалось по первому разряду, получив четыре «весьма» на устных и круглое «весьма» на письменных экзаменах.
 Письмо к отцу 5/V 1906 г. 
СВИДЕТЕЛЬСТВО
Предъявитель сего Александр Александрович Блок православного вероисповедания, сын статского советника, родившийся 16 ноября 1880 года, по аттестату зрелости Спб. Введенской гимназии, принят был в число студентов Императорского С.-Петербургского университета в августе 1898 года и зачислен на Историко-филологический факультет, на котором слушал курсы: по Греческому и Латинскому языкам, Философии, Сравнительному языковедению, Санскритскому языку, русскому языку и словесности, Славянской филологии, Истории Западно-Европейских Литератур, Русской и Всеобщей истории. Участвовал в устраиваемых учебным планом практических занятиях, подвергался испытанию из Богословия и Французского языка, и по выполнении всех условий, требуемых правилами о зачете полугодий, имеет восемь зачтенных полугодий…
 (На полях надпись рукою Блока: Выпускное свидетельство и все документы получил, Александр Блок. 25 февраля 1906 г.). 
 Архив Спб. Университета 
Поэт не порвал связи со своими университетскими учителями по окончании курса: одно время он серьезно думал об оставлении при кафедре – на чем настаивал и Шляпкин – и хотел готовиться к магистерским экзаменам.
 А. Громов 
Иногда я любил университет, и бывает жалко расставаться с ним, но может быть, по причине, сходной с сожалением Шильонского узника. Чувствовать себя по праву «неучащейся» молодежью будет лучше для меня тем более, что я, кое-чему научившись, надеюсь еще подучиться сам для себя.
 Письмо к отцу 25/IV 1906 г. 
  
Глава четвертая
 
Литературный дебют и «Стихи о Прекрасной Даме»
 
 
 
 
Но ясно чует слух поэта
 
Далекий гул в своем пути.
 
 
 
А. Блок
 
Семейные традиции и моя замкнутая жизнь способствовали тому, что ни строки так называемой «новой поэзии» я не знал до первых курсов университета. Здесь, в связи с острыми мистическими и романическими переживаниями, всем существом моим овладела поэзия Владимира Соловьева. До сих пор мистика, которой был насыщен воздух последних лет старого и первых лет нового века, была мне непонятна; меня тревожили знаки, которые я видел в природе, но все это я считал «субъективным» и бережно оберегал от всех.
 А. Блок 
Серьезное писание началось, когда мне было около 18 лет. Года три-четыре я показывал свои писания только матери и тетке. Все это были лирические стихи, и ко времени выхода первой моей книги «Стихов о Прекрасной Даме» их накопилось до 800, не считая отроческих. В книгу из них вошло лишь около 100. После я печатал и до сих пор печатаю кое-что из старого в журналах и газетах.
 
 А. Блок 
От полного незнания и неумения обращаться с миром со мной случился анекдот, о котором я вспоминаю теперь с удовольствием и благодарностью: как-то, в дождливый осенний день (если не ошибаюсь, 1900 года), отправился я со стихами к старинному знакомому нашей семьи, Виктору Петровичу Острогорскому, теперь покойному. Он редактировал тогда «Мир Божий». Не говоря, кто меня к нему направил, я с волнением дал ему два маленьких стихотворения, внушенные Сириным, Алконостом и Гамаюном В. Васнецова. Пробежав стихи, он сказал: «Как вам не стыдно, молодой человек, заниматься этим, когда в университете бог знает что творится!» – и выпроводил меня со свирепым добродушием. Тогда это было обидно, а теперь вспоминать об этом приятнее, чем обо многих позднейших похвалах.
 А. Блок 
После этого случая я долго никуда не совался, пока в 1902 г. меня не направили к Б. Никольскому, редактировавшему тогда вместе с Репиным студенческий сборник.
 А. Блок 
По совету Ольги Михайловны Соловьевой, очень внимательно относившейся к творчеству молодого поэта, Блок в первой половине сентября 1902 года послал ряд стихотворений в издательство «Скорпион», но они почему-то не дошли до своего назначения.
 В. Гольцев [21]. Брюсов и Блок 
Первыми, кто обратил внимание на мои стихи со стороны, были Михаил Сергеевич [22] и Ольга Михайловна Соловьевы (двоюродная сестра моей матери). Первые мои вещи появились в 1903 г. в журнале «Новый Путь» и, почти одновременно, в альманахе «Северные Цветы».
 А. Блок 
Вчера был Брюсов… Он очень охотно напечатает стихи Саши в «Северных Цветах», для которых теперь набирает материалы.
 Письмо О. М. Соловьевой к матери Блока. 19/Х 1902 
Многоуважаемый Валерий Яковлевич!
Посылаю Вам стихи о «Прекрасной Даме». Заглавие ко всему отделу моих стихов в «Северных Цветах» я бы хотел поместить такое: «О вечно женственном». В сущности это и есть тема всех стихов, так что не меняет дела и то, что я не знаю точно, какие именно Вы выбрали, тем более что, вероятно, у Вас были на руках некоторые стихи, посланные мной Соловьевым. Имею к Вам покорнейшую просьбу поставить в моей подписи мое имя полностью: Александр Блок; потому что мой отец, варшавский профессор, подписывался на диссертациях А. Блок или Ал. Блок, и ему нежелательно, чтобы нас с ним смешивали.
Преданный Вам и готовый к услугам
Александр Блок.
Письмо к Брюсову 1 /II – 1903
Это было золотою осенью 1902 года… Наш литературный кружок той осенью готовился к своему боевому делу – создавался журнал «Новый Путь». Журнал религиозно-философский – орган только недавно открытых, кипевших тогда полной жизнью петербургских первых религиозно-философских собраний, где впервые встретились друг с другом две глубокие струи – традиционная мысль традиционной церкви и новаторская мысль с бессильными взлетами и упорным стремлением – мысль так называемой «интеллигенции».
 В. Перцов. Ранний Блок 
Той осенью небольшой «декадентский» кружок собрался издавать (без денег и без возможности платить гонорар) синтетический «Новый Путь», беспрограммная «программа» которого должна была вести куда-то в даль… Во главе дела стояли Д. С. Мережковский и 3. Н. Гиппиус, а так как обстоятельства и выбор кружка сделали меня третьим и внешне «ответственным» соредактором, то и приходилось часто видаться с первыми двумя на почве «злободневных» редакционных вопросов.