Любовь до гроба и после

Ну разумеется. Я благоразумно закрыла рот и не открывала до самого кладбища. Не хватало еще, чтобы он меня домой развернул, придется заново его уговаривать, а это крайне трудозатратное занятие.
Второй склеп, находящийся за развалинами первого, был маленьким и невзрачным. Ни крылатых статуй, ни окошек. Крыша с дырой, стены в трещинах. Неудивительно, что внутри сквозняк. Да уж, с местом допроса Бурдона не сравнить – в целом состоянии, само собой. Тюрьму, которую я разнесла, власти за неделю починили, а склеп не чинят… Безобразие.
  
На лавке в углу уже лежала покойная, но неупокоенная Мэгги, накрытая белым покрывалом. В сумке у Виларда было все необходимое. Он начертил на полу мелом пентаграмму и перенес туда тело, а мне разрешил расставить свечи. Тринадцать черных великолепных свечей! Стоило нам их зажечь, как склеп наполнило зловещее мерцание, от которого волнительно стыла в жилах кровь.
Наставник отправил меня в уголок на ту лавку, велев не шевелиться и не издавать ни звука. Я бы и не дышала, но боялась бухнуться в обморок и все пропустить. А я не собиралась пропускать ни одного чудесного мгновения!
Особенно то, как Вилард читает заклинание пробирающим зычным голосом, а мистическое эхо множит каждое слово. В них была такая сила, такая мощь. Нарастание эманаций, звон воздуха, колебания темной, под стать ночной мгле, энергии. Потрясающе… Меня проняло до глубины моей мрачной души. Озноб по спине и ни с чем не сравнимый трепет.
О тьма, это самое прекрасное событие в моей жизни! Запечатлею его в памяти, буду прокручивать в голове перед сном и не только.
Вилард отчеканил завершающую ритуальную фразу, наступила непроницаемая тишина, даже стихли завывания ветра. Огонь свечей полыхнул ослепительно ярко, труп окутало переливчатыми тенями. Он поплыл вверх, замерев над полом в добром метре. Красиво!
Бедняжка Мэгги произнесла глухим вибрирующим голосом, ни капли не похожим на ее собственный:
– Кто ты и зачем беспокоишь меня?
– Я тот, кто пришел задать тебе вопросы, – традиционно ушел от ответа Вилард, ведь покойнику ни в коем случае нельзя давать о себе никакой информации.
Усопшую его имя и не интересовало, она спокойно висела в воздухе с закрытыми глазами, не возмущаясь по поводу того, что ее потревожили. Некромант начал дознание:
– Кто тебя убил, Мэган?
– Не видела… Погреб, удар со спины. Боль и темнота.
Негусто сведений. Но все и не могло быть так просто. К тому же это было бы совершенно неинтересно, никакой тренировки моего сыщицкого мастерства.
– Как ты считаешь, кто повинен в твоей смерти?
Погибшая безмолвствовала, что означало одно: ответа у нее нет. Вилард перешел к следующему вопросу:
– Откуда у тебя взялась вещь Домры – магический фонарик?
– Подарок…
Отлично! Минус главная улика против подруги.
– Какие тайны ты узнала перед смертью?
– Они умерли со мной, – сердито взревел труп.
– Отвечай, – приказал некромант тоном, от которого мне захотелось забиться под лавку, но шевелиться-то было запрещено, поэтому я с собой совладала. С трудом! Сидеть смирно – непростая задача, и нос предательски чесался. – Я жду.
– Предательство… обида… любовь…
Хм, это целых три тайны или часть одной?
– Кто кого предал? – упорствовал мой наставник.
– Не меня, некромант, – прогудела она теряющим звучность голосом. Свечи плавились, густо тек воск, заливая пол. – Того, кто доверял.
– Что послужило поводом для обиды?
– Деньги…
Сила заклинания иссякла, и труп опустился обратно на пол. Переливчатая кайма вокруг него рассеялась, в склепе воцарился зубодробительный холод. Каждый выдох – пар изо рта.
– Бывало и хуже, – подытожил Вилард. Надеюсь, не Бурдона имел в виду… – Кейра, отомри, мы закончили.
– Уф! – Я расслабилась и с наслаждением почесала нос. – Что дальше?
– Как что? – усмехнулся он. – Уборка, конечно.
Для этого меня с собой и взял? Коварно.
– Вы что-нибудь поняли про предательство, любовь и украденные деньги?
– Понимать – дело полиции. А мое – передать им услышанное.
Надо же, какой нелюбопытный. Ну хотя бы Домру слова покойной частично оправдывают. С остальным я непременно разберусь!
 
Глава 6
 
Утро я начала продуктивно: встала пораньше и отправилась на кухню варить зелье. Простенькое, но очень нужное в сыщицкой работе. Нет, на сей раз не для пробуждения памяти, а для повышенной болтливости! Отведав его, Анора станет словоохотливее минут эдак на десять. Наверняка ляпнет мне что-нибудь лишнее, а в идеале – и вовсе компрометирующее. Есть вероятность, что в разговоре с Мэгги она и без зелья ляпнула. Правда, еще есть вероятность, что бедняжке это стоило жизни, но я предупреждена, бдительна и не позволю ронять на себя бронзовых коней.
Нужные ингредиенты нашлись в шкафу. Ничего особо уникального для этого отвара не требовалось, а наставник неплохо закупился перед тем, как раздавать нам задания по зельеварению.
Взяв маленькую кастрюльку, я погрузила в нее корень «пищащей» крапивы и стебель лопуха пупырчатого. Довела отвар до кипения, бросила щепотку лимонной травы. Идеальные дозировки, наставник бы мной гордился! Или нет?
Едва я успела сцедить готовое зелье во флакон, спрятать его в карман и избавиться от улик, как нагрянул Зейн. Чего ему не спится в такую рань?
Оказалось – от зависти.
– Ты вчера была с господином Вилардом на ритуале? – обличающе прищурился он. – Вы вместе пришли поздно и пропустили ужин.
– Была! – подтвердила я. Зачем скрывать то, чем стоит гордиться? – Все оттого, что я упорная и не сдалась, как некоторые!
– Просто я слишком хорошо воспитан. Признавайся: ныла или угрожала?
– Это оскорбительно! Как ты мог предположить, что мой наставник ведется на угрозы?
– Наш, – язвительно поправил Зейн. – Значит, все-таки наныла.
Не наныла, а жалостливо убедила. В расследованиях и некромантии любые средства хороши! Само собой, отвечать вслух я не стала, отмахнувшись от него, как от назойливой мухи.
Увы, он продолжил жужжать над ухом:
– Здесь ты меня обставила, но сдаваться я не намерен. Не для того я тащился в эту глушь, чтобы зелья варить и чертить в тетрадочке руны.
Тут я почти готова с ним согласиться: записи и руны – не самая захватывающая сторона некромантской профессии. Хотя от зелий может быть определенная польза. Я незаметно тронула флакон в кармане.
– Возможно, тебе повезет, – рассудила я с самым прагматичным видом, – и еще кого-нибудь убьют.
Зейн поперхнулся. А что? Тут такое регулярно, второй труп за две недели. Ладно уж, третий уступлю ему. Если сумеет убедить Виларда, как-нибудь воспитанно, ха…
– Темнори, иногда ты меня пугаешь, – сокурсник с чего-то вздумал делать мне комплименты. – Буквально чуть-чуть, но не думай, что тебе это поможет.
– Я тебя и раньше пугала? – не повелась, а полюбопытствовала я.
– Кхм, в академии ты бегала за мной с ритуальным кинжалом.
– Да он был в ножнах! Я хотела тебе его отдать, чтобы показал, как правильно держать, раз раскритиковал меня на обучении.
Кто же знал, что этот псевдоэксперт начнет удирать? Для некроманта он какой-то трусливый, пожалуй… Впрочем, это его проблема.
Для меня ценность данного индивидуума вовсе не в его личных качествах. Он меня интересует как свидетель. В приватных апартаментах его не было, так что тут от него пользы мало. Зато в зале он умудрился сыграть в карты с непутевым сыном мэра Гаретом…
Услышав мою трактовку истории с кинжалом, Зейн недоверчиво хмыкнул, но улыбнулся так, будто ему понравилось. Припоминать мне тот случай!
  
– Ты всем недоволен который день подряд, – предъявила я, коварно подготовив почву для провокационного вопроса. – На приеме у мэра проиграл хорошее настроение?
– Очень смешно, ага. К твоему сведению, я одержал победу.
– Зелье удачи в помощь – и противник немощь!