Секреты Чон Ван Ги 3 (СИ)

— Конечно, Тхе, старина! — широко улыбнулся я приятелю.
— Кто она? — немного напряжённо поинтересовалась Ха Юн, оправив юбку. Улыбка девушки стала чуточку натянутой. Наверное, я зря затеял это разговор и уж точно зря стал объяснять ситуацию. Из этого места надо бежать как можно быстрее. Здесь поселились Отношения!
На вопрос Ха Юн я отвечать не стал, изобразив страшную занятость сборами.
  
Возлюбленные, вроде, не поссорились. Они даже как-то пытались снарядить меня в дорогу. Ха Юн обещала поделиться посудой своей, если мне будет не хватать. Ким Тхе собирался отдать постельное бельё и сушилку для обуви. Я же стоически отбивался от любых попыток мне помочь. Пусть они и были приятны.
— Но ты же будешь брать меня с собой? — спросил Ким Тхе, когда я, собравший вещи, остановился у двери, чтобы попрощаться. Страйгор развалился в переноске, повернувшись к нам спиной. — Как прежде, да?
— Конечно, друг мой! — улыбнулся ему я, протягивая руку. — Куда я без Чёрного Аналитика!
А теперь ещё и без наручников, чтобы приковывать парня к машине перед захватом Хитрого Пёсика.
— Можно, в следующий раз я поеду с вами? — тихонько попросилась Ха Юн.
— Нет, любовь моя, там ведь опасно! — немедленно нахмурился Ким Тхе. — Я не могу подвергать тебя…
Девушка перебила его сразу же:
— Ну, милый Тхе, я…
Я торопливо ретировался. Пусть милуются сколько им влезет и в удобном формате, но подальше от меня. Третий в таких местах не просто так лишний. Он там лишний из соображений личной безопасности. Милые ссорятся — только милуются, а ты потом ещё и крайний окажешься.
Когда я выбирал себе жильё, то сначала взгляд упал на двухкомнатные апартаменты в паре шагов от работы. Привыкший к тесноте прежнего жилища, я вёл себя как дорвавшийся до игрушек ребёнок. Но потом включил рациональность. Вторая комната мне не нужна. Детей нет, гости не планируются. Плюс оплата коммунальных услуг да отопление зимой. В итоге моим новым жилищем стала светлая, просторная квартира-студия. Чуть подальше от работы, зато в новом многоэтажном здании, выросшем неподалёку от парка Мира. Да-да, и у них такой есть. После чулана под лестницей, в котором Чон Ван Ги жил прежде — хоромы предо мною предстали царские. Панорамные окна, вместо одной стены. Небольшой кухонный столик с двумя стульями рядышком и миленькой вазочкой для искусственных цветов. Простенькая, но функциональная кухня с духовым шкафом и посудомойкой. Просторный санузел, где можно спокойно раскинуть руки в стороны и не сломать их. Помыв руки, я вышел обратно в комнату, встал посреди неё и посмотрел на вечерний Сеул.
Панорамные окна это хорошо, но вечером небезопасно. Поэтому я закрыл жалюзи и только после этого почувствовал себя защищённым. Плюхнулся на шикарную и просторную кровать, стоящую в углу. Рядом с ней приткнулось симпатичное уютное кресло, с шерстяной накидкой. Место силы! Ну, или простым языком, лежанка для Страйгора.
Кот жильё проинспектировал без интереса. Засранец. Я же десять миллионов вон в залог отдал!
— Как тебе? — без особой надежды спросил я.
Повелитель Верховных Сил подошёл к креслу, ловко запрыгнул на него и свернулся калачиком. Усталые глаза смотрели сквозь меня.
— Что бы ни случилось, приятель, мы со всем справимся, — сказал я ему. — Если действовать будем вместе.
Страйгор поморщился и отвернулся в сторону. Ну и ладно. Совершенно не обидно.
— Когда будешь готов — промяучь на ушко, ладно? Я всегда рядом.
Он никак на это не отреагировал.
* * *
Со Ён была особенно хороша этим вечером. И совсем не похожа на ту безумную чебольку, которой предстала в первые дни нашего знакомства. Не козыряла властью, очень мило смущалась, и в общении с ней стало совсем легко. Будто бы инфаркт отца расколол годами наращиваемую броню, и из-под корпоративного асфальта пробился росток истинной жизни.
Да, иногда в девушке просыпалась какая-то тревога. В глазах мелькало что-то болезненное, но она в такие момента быстро выбрасывала всё из головы. Смеялась, хлопала меня по ладони, задерживая руку чуть дольше, чем следовало. Знаков её расположения было много, особенно для готовящейся к замужеству девушки.
Наверное, мне стоило отступиться. Тут ведь серьёзные игры. Семья решила, она решила, все решили. А мне чего после такой череды решений — в любовниках ходить? Спасибо, не моя история. У меня другие планы, если честно.
Пусть и до сих пор не знаю кем стану, когда вырасту, но точно не человечком в шкафах от мужей прячущимся.
— Знаешь, — под конец вечера сказала мне раскрасневшаяся Со Ён. — Я рада, что мы встретились сегодня, а не во вторник.
Да, кстати, совсем забыл про это сказать. Аврал на работе, связанный с новыми требованиями по аналитике, отменил нашу предыдущую встречу.
— М? — я помогал ей одеться в гардеробе ресторана.
— Завтра ведь целый день свободный. А сегодня целая ночь впереди. Без забот. Без ограничений, — она поправила пальто и с задумчивой улыбкой принялась застёгивать пуговицы. Глаза её блестели. — Не хочу домой возвращаться. Давай, куда-нибудь сходим?
— Ты, как я помню, любишь танцевать? Я в этом не очень хорошо разбираюсь, поэтому доверюсь твоему вкусу. Куда едем?
— Танцы это хорошо, — кивнула Со Ён. — Да, танцы это звучит очень интригующе. Идём!
Она потянула меня за руку.
Элитный клуб на окраине Сеула был заставлен дорогущими машинами. Со Ён с озорным видом протащила меня мимо толкущейся на улице очереди через коридор для особо важных персон, и громилы на входе пропустили нас без единого вопроса, почтительно поклонившись девушке. В клубе по ушам ударила музыка.
— Ты тут часто бываешь? — я только и успел удивиться, пытаясь перекричать шум.
— Нет! Но у них работа такая, всех знать! — крикнула Со Ён, и утянула меня за собой.
Я и забыл что такое клуб. Забыл, как это может быть весело. Музыка, счастливая красавица рядом, алкоголь и ощущение нескончаемого праздника. Мы сближались с Со Ён. Наши руки чаще касались друг друга, и в них уже не было случайности. В этих жестах проявлялись желания, пусть и скрываемые.
Совсем забытые ощущения! Будто снова двадцать лет, будто снова где-то прожигается юность, когда ночью хорошо, а утром уже и не помнишь ничего.
— Эй ты! — рванул меня кто-то за плечо во время очередного танца. Да, кстати, такие клубные истории я тоже забыл. — Кто ты такой⁈
Блондинистый парень возник в поле моего зрения, удивив воспалёнными глазами. Левой рукой он сжимал тоненькую ладошку какой-то крайне нескромной барышни. Барышня тупо хлопала накладными ресницами и пьяно улыбалась накаченными губами. Вырываться из захвата блондина она не пыталась.
— Кто ты такой, свинья⁈ — орал незнакомец. — А ты⁈
Он, определённо, обратился к Со Ён. Вырвал руку из пальцев своей куклы и ткнул в мою спутницу пальцем: — грязная кисэн! Как смеешь ты позорить меня⁈ На весь Сеул! Ты унизила меня, кисэн! Опозорила мою семью!
Кисэн это по-нашенски — шлюха. И это перебор. Я ударил ему в нос кулаком, прерывая поток брани. Его кукла безэмоционально заголосила, осторожно смещаясь куда-то прочь с танцпола. Я же двинулся за блондином, попятившимся от внезапного прилёта в нос и очень удивлённого отпором.
— Я тебя уничтожу! Уничтожу! Убейте его! — перекривал музыку неудачник. — А ты, кисэн… Я всё расскажу отцу!
— Стой, Ван Ги, не надо, — повисла у меня на руке Со Ён. Хулиган с разбитым носом озирался по сторонам, и к нему на помощь уже выдвинулось несколько человек. Так, это друзья блондинчика? Телохранители? Ладно, всех подавайте. У меня боевое настроение.
Я отстранил Со Ён рукой, поворачиваясь к новым противникам.
И тут произошло удивительное. Один из них — худой очкарик с пьяными глазами — с криком бросился на меня с кулаками. То есть без каких-то предварительных ласк в виде угроз. И моё тело, внезапно, отреагировало на эту атаку вместо меня. Я даже не успел подумать о своих дальнейших планах, а уже действовал. Ушёл от нападения со спины, которого даже не видел! Повернулся, левый кулак встретил скулу лысого нападавшего, а правый, от плеча, вырубил его так профессионально, словно я в боксе уже много лет деньги зарабатываю.