100 свиданий с ведьмаком (СИ)

Елисей явился к вечеру, уставший. Посмотрел с порога, шубу скинул, шапку, свитер… и начал расстегивать рубаху. Ткнул в меня пальцем, горя взглядом голодным, нехорошим, остановившимся в области того места, где мое «платье» натянулось на… выпуклостях моих природных, и сказал:
— Иди сюда, красна девица, раздевайся.
… — Чего? — не веря своим ушам, спросила я.
Елисей двинулся на меня, сдирая с себя рубаху, а я вжалась в угол прихожей. Мускулистая длань ведьмака уперлась в стену, преграждая путь к отступлению. На меня пахнуло терпким мужским потом, запахом железа, меда и… ароматической соли от нечисти, что продают Дивные (сандал, пачули и что-то еще). От запахов закружилась голова, и ноги чуток… подогнулись. Я смотрела в глаза ведьмаку, а он смотрел в мои. Зрачки Еси расширились, и дыхание, которое касалось лица моего, участилось.
Второй рукой Еся потянулся к верхней пуговке на моей рубашке… и я очнулась. Рявкнула:
— Очумел совсем?!
И с размаху шлепнула ведьмака по уху.
— Ай! — Еся прижал руку к ушибленному органу, став прежним Есей, с легкой придурашинкой во взгляде. — Больно же!
— У меня рука тяжелая, — прошипела я. — Ты чего удумал?
— Чего-чего? Рубашку верни! Моя любимая!
— Да таких в шкафу дюжина!
— И все мои любимые! Я их потом и кровью заработал, вот!
— Ага, заработал! Ты поди и не знаешь, что у тебя там вообще висит! Гардероб больше, чем у девицы!
— А вот помню! Брэнд «Берендей» и медведь на этикетке. Сама посмотри. Проверь. Проверь, проверь.
Бдительно следя за Есей краем глаза и вывернувшись (как бы не окосеть с этим ведьмаком), я подтянула этикетку у ворота к глазам. И название брэнда, и вышитый бурыми нитками мишка наличествовали. Елисей таращился на меня с видом оскорбленной невинности. Нет, ну не приснилось же мне, что он смотрел… так! Как «так»? А вот не знаю! Кажется, меня не в ту сторону повело. Серьезнее нужно быть. Поменьше… принюхиваться.
— Ладно, — буркнула я. — Дай что-нибудь другое. А эту я постираю и поглажу, дома.
— Да ходи в ней уже, — ведьмак обиженно пожал плечами. — Еще одну на тебя переводить? Нет уж.
— Идем есть, — проворчала я. — Вымойся только, взопрел весь.
— Не любишь ты меня, девица красная, — Еся грустно покачал головой. — Всё обиду таишь. В ледяную купель посылашь.
— Да не посылаю! Воду горячую дали! Только она пока… тепленькая.
… — Изя звонил, все хорошо у него, в убежище пересидел, — радостно отчиталась я за ужином из омлета с овощами, жареных колбасок и ягодного морса. Что в холодильнике нашла, тому и рады.
— Я же говорил. А у тебя как? — поинтересовался Еся, уплетая омлет.
— Выстоял дом. Я Лютому в лавку звонила. Дворфы камины зажгли, в кабошонах заклятье обновили.
— Повезло, — кивнул Еся.
Кабошоны на окнах оказались не только защитой от взлома, но и накопителями огненной энергии. Они не дали магии Роя проникнуть внутрь. Как обстояли дела с призрачной живностью в саду, дворфы не знали.
— Как прошел Дозор?
— Отлично. Поймали трех пауконогов и двух мерцалок.
— Звучит… так себе, — я поежилась.
— Выглядит и ведет себя не лучше, поверь.
Ведьмак выглядел довольным. Исчезло из глаз вчерашнее выражение, растерянное и при этом сосредоточенное.
— Мне пора домой, — сказала я. — Рубашку постираю и…
— Да оставь себе, — Еся сыто икнул, поглаживая живот. — Мне не жалко. У меня их штук… пятнадцать, разных. Я для рекламы снимался, а это был бонус от компании.
Ведьмак поднялся и нетвердой походкой объевшегося… косолапого медведя направился к себе в спальню.
— Не поняла, — протянула я с подозрением ему вслед.
— Ну я… пошутил. Ты иногда такая серьезная, аж смешно.
Да чтоб тебя!
Дверь в спальню захлопнулась. Пришлось ждать посыльного с вещами, брать что-то у Еси я не решилась. Садилась в такси, почти не чувствуя холода, потому что кипела от возмущения. Это в каком смысле «пошутил»? Я полдня в далях мечтательных пролетала, а он, значит, шутки шутить вздумал?! Хватит, Беляна! Сосредоточься на работе!
 
***
— Когда мой дядя Эша купил моему кузену Реве скрипочку, не все поняли, шо на пороге нашей безмятежной жизни стоит беда. Я не знаю за талант, но когда Рева начинал заниматься, тетя Гая искала, какой именно мебелью она прищемила хвост одной из своих кошек, — Изя переждал приступ смеха и приободренно (нескольких комиков перед ним закидали помидорами, не порченными, свежими, но Изе от этого было психологически не легче) продолжил, — у тети Мойи кисло молоко, а дядя Шая забывал, где зарыл клад. Пришлось сделать совещание, и на нем выяснилось, шо никому из нашего двора Ревину скрипочку не хочется. Дядя Эша сказал за ультиматум плохие слова, и тогда двор скинулся по двадцать шеленгов.
Изза покосился в угол. Там сидела девушка в пышном синем платье. Она громче всех в зале смеялась и хлопала.
— На эти деньги нашелся один оборотень с музыкальным вкусом и тремя ходками за плохо лежащую частную собственность. Сначала он арканился, немного зная дядю Эшу по репутации, потом услышал, как Рева играет, расплакался и сделал нам большую скидку. Боюсь подозревать, шо мой кузен имел в том заговоре самое непосредственное участие…
Изя закончил монолог, рассказав, как незадачливый воришка пытался украсть скрипку Ревы. Девушка достала платок и, попискивая от смеха, вытирала глаза. И не только она. Монолог имел огромный успех. А владелец «Стикса» предложил Изе договор на тридцать выступлений.
Не будь Изя так окрылен, он никогда бы не решился подойти к девушке в синем платье. Он почти подошел, придумывая на ходу повод (оказалось, что сочинять про дядю Эшу было намного легче), однако красавица в синем платье опередила его, подойдя первой. Вблизи она была еще красивее. Глаза синие. На носике и щеках — очаровательные веснушки, а волосы собраны в элегантный пучок. И жемчуг… на шее девушки была нитка настоящего жемчуга, уж в драгоценных камнях Изя разбирался. Она словно сошла с картинки из модного журнала о светской жизни, подумал лепрекон, удивляясь. Что она делает здесь одна, в прокуренном клубе за липким столиком?
— Извините, — девушка покраснела, отчего веснушки сделались еще ярче. — Можно ваш автограф? Вот здесь, на этом. У меня просто нет с собой ничего другого.
Изе была протянута рекламка на дорогой глянцевой бумаге.
— «Зеркальный Дворец»? — удивился он, прочитав надписи на буклете. — У меня как раз друзья туда сегодня пошли. Там презентация проводится.
— Да, — девушка нервно заправила за ухо выбившуюся из прически прядь. — Попало в руки вот… случайно.
— Мой первый автограф, — сказал Изя, расписываясь на серой картинке рядом с надписью «Хотите превратить бизнес в бесконечный клад лепрекона? Сделайте это с нашими инновационными технологиями!» — Волнуюсь.
— Вы так просто в этом признаетесь? — недоверчиво спросила девушка, шутливо сведя русые бровки. — Вот так, скромно? Вы удивительный человек.
— А какой смыл строить из себя знаменитость? — польщенный Изя пожал плечами. — Это действительно первый в моей жизни автограф и, знаете, мне кажется… хороший знак, что его попросили именно вы.
— Почему?
— Потому что… потому что вы пришли сюда, в этот клуб, а могли бы сейчас наслаждаться канапе с икрой на презентации. Ведь это именное приглашение, — Изя перевернул брошюрку, — и вас зовут… Зоря! Красивое имя!
Девушка помедлила, глядя на пол и почему-то прикусив губу, потом вскинула на Есю глаза и с решительной улыбкой протянула ему руку:
— Да, Зоря Огнева. Очень приятно с вами познакомиться.
 
— А я Изза. Изза Валуриус. Мне тоже очень приятно… очень.
— Я знаю, что вы Изза, — девушка энергично закивала. — Ой, клуб, кажется, закрывается.
— Да, — Изя посмотрел по сторонам. — Давайте я вас провожу… куда-нибудь.
— В Сити-круг, — Зоря просияла, не скрывая радости.
Они быстро пошли по улице. Изе хотелось поскорее вывести спутницу из квартала с, мягко говоря, неблагополучной репутацией. Оба молчали, не зная, о чем говорить. Пауза затягивалась.