МОР (СИ)

— Ты же там сдохнешь, придурок! — прилетел крик. — Вернись назад, тебе ничего не будет, обещаю.
— Пошёл в жопу! — крикнул я в ответ и начал ползти по асфальту, пытаясь уйти подальше от опасного места.
— Ну и хер с тобой, дятел, — прилетел ответ.
Высовываться я побоялся. Кто его знает, этого дебила. Это ж надо, по гражданскому с автомата палить. Как только сетчатый забор скрылся за углом здания, я рискнул подняться во весть рост. Вроде тихо. Я с точкой посмотрел на вещи из сумки, которые так и остались валяться сзади. Там же остался и новенький бинокль.
— Урод, мля, — высказался я и показал забору средний палец.
Ладно, где наша не пропадала. Попробуем так. Я осмотрелся, прикинул, куда лучше двигать. А педалить мне теперь вдоль дороги. Кстати, очень странно, МКАД пустой. Кое-где стоят брошенные машины, но ни пробок, ни чего-то даже похожего на них. А ведь люди должны были бежать отсюда, как тараканы от дезинсектора.
От очередной колонны с военными пришлось прятаться. Делать это посреди широкополосной дороги не очень-то удобно. Хорошо, что успел вовремя заметить и перевалиться через отбойник. Залёг, вжался как можно плотнее. Вроде пронесло. Скорее бы начались жилые кварталы, там можно хотя бы в подъезд забежать или в подворотню какую.
Почему МКАД оказался пустым, до меня дошло очень скоро. Военные оцепили весь город плотным кольцом. Мало того, они успели оградить всё пространство сетчатым забором, выставить вышки с пулемётными точками и приправить это всё автомобильными отбойниками. Получилось так, что кольцо вокруг столицы являло собой эдакую буферную зону. Посмотреть, что творится за её пределами, не выйдет, а подобраться ближе не даст второе оцепление. Такое чувство, что готовились они к этому заранее.
Бинокля с собой у меня уже не было, но телефон с хорошим зумом неплохо справлялся. Я рассматривал укрепления и только успевал удивляться. Если подобное выставили по всему периметру, то в Москву мне просто так не попасть. Нужно что-то придумать.
— Опа, а вот и решение идёт, — пробормотал я.
От основной части оцепления отделилась пара солдат. Двигались они очень странно, как будто пытались свалить от того, что там происходит. Ну, дезертиры существовали во все времена. Вопрос в другом: "Что там за дерьмо такое, что даже вооружённые до зубов люди валят подальше? И какого они молчат обо всём, что здесь происходит?".
Вообще, я сильно сомневаюсь, что им удастся долго замалчивать всё это. Если люди валят, значит, уходят они с информацией. Связь, скорее всего, глушат специально, чтобы данные не просочились. СМИ молчат, скорее всего им рты быстро закрыли. Это только на словах у нас свобода, цензура сейчас похлеще, чем при Сталинском режиме.
Парочка двигалась вдоль забора и постоянно оборачивалась. Вскоре они присели и затаились возле отбойника. Мимо прошёл патруль, после чего оба бойца продолжили движение. Через какое-то время оба упали на животы и поползли подальше от столицы. Я осторожно двигался наперерез, стараясь при этом не отсвечивать. Неизбежная встреча произошла под эстакадой.
— Э, пупки, — окликнул я обоих, направив на них ствол травмата. — Нехорошо вот так своих кидать.
— Твоё какое дело? — ответил один из них. — Пукалку свою убери, — он начал движение к автомату.
— Руки в гору, дятел, — усмехнулся я и для наглядности взвёл курок на пистолете. — Я вас обоих сейчас хлопну, даже обосраться не успеете.
— Тебе что надо вообще? — спросил второй. — Что ты пристал? Дай нам уйти.
— Да не вопрос, — подумав ответил я. — Шмотки свои скинь и вали.
— Ты что, туда собрался? — выпучил глаза первый. — Ты на всю голову, что ли, больной?
— Так, пацаны, мне с вами тут возиться некогда, или сами шмотки скинете, или я их с трупов сниму, — улыбнулся я. — Думайте резче.
— Оружие нам оставь, — мрачно сказал второй и принялся раздеваться.
— Что там такое происходит? — решил я заодно узнать ситуацию.
— Да абзац там, полный, — снимая штаны, ответил тот же солдат. — Нет больше Москвы, и живых там больше нет. Если ты туда за семьёй идёшь, то забудь и вали подальше.
 
— Ты толком-то расскажи, что там такое? — настроение упало ниже плинтуса, а в груди появилось тянущее чувство тревоги.
— Мертвецы там бегают теперь, — буркнул первый. — Шустрые твари, очень шустрые. Их пока пулемётами сдерживают, но скорее всего это не надолго. Скоро они вырвутся. Люберцы уже эвакуировали. Остались только самые тупые и алкаши.
— Нормальные вы защитники, — уколол их я. — Что же вы пост оставили, очко сыграло?
— Я бы тебе сейчас твоё очко порвал, если б ты мне пушкой в рожу не тыкал, — огрызнулся тот.
— К семьям мы уходим, — ответил за него второй. — Может успеем предупредить, подготовиться.
— Извините, — буркнул я, понимая, что перегнул немного. — Я, конечно, понимаю, что вам насрать, но у меня просьба к вам будет.
— В жопу себе её засунь, — снова огрызнулся первый.
— А вот хамить не надо, — сказал я. — Не хотите, не делайте. Мне всего лишь нужно, чтобы вы один звонок сделали. Куму моему позвонили, как только выберетесь. Скажите, что Кузов просил, он поймёт. Просто позвоните и расскажите что здесь происходит.
— Давай номер, — спросил второй.
— Лысый, ты опух, что ли? — посмотрел на него первый. — Ты что, этому мудаку помогать ещё собираешься?
— Соску закрой свою, дятел комнатный, — оборвал его я. — Или я тебе сейчас вес башки твоей тупой на девять грамм увеличу. Записывай, — это я уже второму.
Как только процедура была окончена, я без раздумий всадил резиновую пулю первому бойцу в лоб. Тот рухнул, как подкошенный. Второй побледнел и чуть было не упал на колени.
— Не сцы, травмат это, — улыбнулся я. — Я так, для страховки, чтоб он издалека по мне не шмальнул потом.
— Ну я пойду? — заикаясь, спросил второй.
— Да, не задерживаю, спасибо за шмотки, — протянул я ему руку.
Солдат с опаской пожал её и задом начал отходить. Я подхватил одежду и скрылся с прямой видимости за колоннами эстакады. Уйдя подальше, быстро переоделся и короткими перебежками двинулся в сторону забора, закрывающего проход в город.
Не успел я добраться до намеченной цели, как был обнаружен.
— Эй, боец, ты что там делаешь? — услышал я оклик, который предназначался мне.
— Посрать ходил, — крикнул я в ответ. — Здесь меня хоть за жопу никто не схватит.
— Ха-ха-ха, резонно, — ответили мне. — Входи давай резче, пока прапор не пришёл.
— Принял, — махнул я рукой и начал шарить глазами в поисках входа.
— Ну ты что телишься там, — снова крикнул часовой. — Забыл, где вылез? Вот там, через две секции сетка отодвигается.
В ответ я снова махнул рукой и пошёл в указанном направлении. Здесь, через пару секций, действительно была оставлена лазейка. Вот такая она, наша доблестная армия. Казалось бы, есть приказ, есть защитное ограждение, а его всё равно оставят с лазейкой. Ну так, на всякий случай.
Вот и всё, я в Москве. Теперь осталось понять, как отсюда вырваться и что вообще происходит. Пройдя немного вдоль забора, я шмыгнул в подворотню, а через пару метров уже находился в здании какого-то торгового центра. Нужно осмотреться, шмотки сменить. Эти оказались малы. Всё-таки рост мод метр девяносто и вес в центнер, не такой уж частый размер. Хорошо, что часовой оказался туповат, даже отсутствия оружия не заметил. Я бы уже миллион вопросов задал на его месте. Но мне пока что везёт.
В зале царил полный бардак. Вещи разбросаны, стойки валяются. Некоторые окна полностью разбиты, а по полу катаются пустые гильзы. На стенах дырки от пуль, да и кровь присутствует. Что здесь произошло? Кто и в кого стрелял? И почему сейчас здесь тихо?
 
Всего два дня назад, когда я покидал город, здесь всё было хорошо. Ну, относительно, конечно. Люди в панике скупали всё, что не прибито. В супермаркетах пустые полки. Но то, что я вижу сейчас, это ни в какие ворота.
Сзади что-то скрипнуло. Я резко обернулся и направил в ту сторону пистолет. Всё ещё травмат. Что бы здесь ни произошло, убивать я пока никого не собирался.