МОР (СИ)

Душевный разговор.
Катались долго. Кричали, стреляли, в общем, чу́дно время провели.
Солнце начало клониться к закату, и встал вопрос о ночлеге. Мёртвые в большинстве своём разбрелись, да и надоело уже их давить. Это вначале было весело, а часа через два уже скучно.
Пару раз нас пытался протаранить Баран, но соотношение массы оказалось не в его пользу. Первый просто отлетел в сторону, словно мячик, а у второго не выдержал панцирь. Лобовое столкновение с грузовиком, к тому же, на скорости под восемьдесят — аргумент серьёзный.
А ближе к концу дня зомби разбрелись по столице и попрятались в подворотнях. Да и нам пора уже было на горшок и в люлю. Ну само собой, первая остановка возле магазина. Многие продукты уже пришли в негодность, но тушёнка и макароны имеют почти вечные сроки годности. Ими мы и затарились. Взяли пиво, которое пока ещё не испортилось, и поехали искать подходящее жилище.
Не успели заехать во двор первого попавшегося микрорайона, как машину тут же облепили. Ну это нам давно не страшно. Несколько точных выстрелов, и можно выходить. Видимо, судьбой был отведён определённый уровень приключений, и Качка на сегодня нам было достаточно. Ни одного особого нам не попалось.
Саня, под нашим прикрытием, быстро наполнил канистру бензином для новых коктейлей, и мы быстро вошли в подъезд. Дверь на монтировку, осмотр квартир, и вот мы уже на пятом этаже жгём костёр из мебели.
— Неплохо сегодня повеселились, — устало произнёс Саня. — Стволы, наверное, завтра с утра почищу.
— Да не вопрос, Сань, — отмахнулся я и улёгся на полосатый матрас, который уложил на балконе по типу кресла.
Лена и Санёк ютились на табуретках. Саня принялся чистить картошку, а Ленка взяла пиво и пнула меня ногой.
— Подвинься, Барин, — сказала она и плюхнулась рядом.
— Борзеем, — усмехнулся я. — Молодец.
— Мы почти доехали, — сказал Саня. — Если всё будет нормально, то завтра к обеду доберёмся до Красногорска.
— Ты сплюнь и по голове своей постучи, — ответил я. — У нас нормально — это немного по-другому.
— Да это я так, — он поплевал и три раза стукнул костяшками себе по лбу. — Просто дальше-то какие планы?
— Жить будем, Саня, создадим шведскую семью и станем трахать друг друга, — захохотал я. — А вообще, не знаю. Я как-то дальше не думал пока.
— А я вот думала, — вклеилась в разговор Лена. — Здесь нужно оставаться, в Москве.
— Правильно, здесь шансы сдохнуть выше, — поддержал я её.
— Да нет же, мы уже знаем, что и как, — продолжила она. — Здесь еда, оружие и патроны. А там что? Только зомби?
— Доля логики в твоих словах есть, — подумав, кивнул я. — Но всё это не имеет перспективы. Патроны закончатся, еда уже почти вся пришла в негодность. Ну, на несколько лет нам запасов хватит, а дальше что?
— А дальше придумаем, — ответила она.
— Нет, Лен, Кузов прав, — в кои-то веки поддержал меня Саня. — Валить отсюда нужно. Здесь ни земли, ни скотины нет.
— Я коровам сиськи дёргать не буду, — возмутилась Лена.
— Куда ты нахер денешься, с подводной лодки, — усмехнулся я. — И сиськи будешь дёргать, и писюн Санин.
— Дурак, — прокомментировала она мои слова.
— Ну а если серьёзно, — продолжил я. — То мне бы домой попасть, на малую родину. Родители там у меня, Кум. Мне знать нужно, всё ли у них в порядке.
— Это далеко? — спросил Саня.
— Родители в Лашме, Кум с Елатьмы, — ответил я. — Километров триста примерно.
— При нынешних раскладах это месяц пути, — задумчиво произнёс Саня.
— А вы что, со мной собрались? — спросил я. — Ты же с нами по пути вообще. В Тверь собирался вроде?
— А что там? — грустно ответил тот. — Сомневаюсь я, что мои родители выжили. Отец врач, да и то больше на бумаге. Рентген всю жизнь делает. Сейчас скорее всего даже палец перевязать не сможет. Мать учитель.
— И что? — спросил я. — Думаешь, без шансов?
— Ну откуда там шансы? — пожал плечами он. — Даже если у них иммунитет, то их скорее всего сожрали уже. У нас в доме оружия отродясь не было. У бати спина больная, он даже быстро ходить не может.
 
— Понятно, — сказал я, других слов не было. — Ты там не сильно разошёлся-то?
— В смысле? — не уловил Саня смену темы.
— Всё, братан, армия позади, нас тут трое, — хохотнул я. — А ты картошки уже на роту настрогал.
— Эх ёпрст, — удивился он, глянув на ведро, в котором от силы осталась пара штук. — Да пофиг, выбросим.
— Э, ты-то чего разлеглась? — пихнул я Лену. — Жрать охота уже.
— Вот ты наглый вообще, — возмутилась Лена, но всё же поднялась с удобного матраса.
— Наглость — второе счастье, — улыбнулся я и открыл вторую бутылку пива. — Всё, Саня, отдыхаем.
Тот перебрался ко мне, освободив табуретку повару. Я протянул ему пиво, и у нас снова потянулась неспешная беседа.
— Лен, а ты что делать планируешь? — видимо, на что-то намекая, поинтересовался Санёк.
— Да тоже с вами пойду, — пожала она плечами. — У меня никого нет, мне проще.
— Меня вопрос мучает, — я решил поднять серьёзную тему, ту самую, которую мы всё это время старательно избегали. — Вам не кажется всё это странным?
— Кажется, и уже давно, — оживилась Ленка. — И я тебе об этом говорила.
— Меня сегодняшнее наше приключение окончательно в сомнение ввело. Кто-то ведь специально приготовил для нас ящик. Я специально проверил, там все машины вокруг на сигнализации стояли. И крышки чётко на них падали. Да и сам Качок, он тоже там не просто так находился.
— Да это и лосю понятно, — сказала Лена. — Военные это сделали.
— Зачем и для кого? — спросил Саня. Или ты думаешь, что они заранее знали, что мы туда пойдём?
— А почему именно мы? — удивилась Лена. — Здесь же ещё есть выжившие. А зачем? Да так просто, чтобы жизнь мёдом не казалась.
— Нет, Лен, всё намного сложнее, — сказал я. — Такие вещи не делаются просто так, чтобы поржать. Тут система прослеживается. Взять хоть эти ящики.
— Кстати да, — оживился Саня. — Меня они тоже смущают. Там всё оружие уже готово к стрельбе. Я вам больше того скажу, оно даже пристреленное на средних дистанциях.
— Я видел, как их привозили, — сказал я. — Я в это время в Москву пробирался и скажу вам: не так уж это было и сложно. Хотя как работают военные заслоны, тебе, Саня, рассказывать не нужно.
— Я тоже видела, как они эти ящики с вертолётов бросали, — пожала плечами Лена. — Вот я и говорю, военные это всё устроили.
— Нет, ребята, здесь разобраться ещё нужно, — сказал я. — Чьи военные? Почему они это сделали? Они тоже живут в этой стране и точно так же имеют здесь семьи и дома. Ни один генерал на такое не пойдёт. У нас есть часть информации от Степана Аркадьевича. И она подтверждает, что всё не так, как нам кажется.
— Лично я ничего не поняла из того, что он сказал, — пожала плечами Лена и взяла очередную бутылку пива.
— Ну с тобой-то всё ясно, — махнул я рукой. — А вот я кое-что понял. Первое: военные и власти знали, что что-то произойдёт. Второе: они не успели подготовиться. И третье: то же самое случилось во всех крупных городах.
— Это и я понял, — пожал плечами Саня. — Толку-то от этого?
— Пока не знаю, — ответил я. — Но вот эта фраза: “Мы не успели их остановить”, не даёт мне покоя.
— И что в ней такого? — не понял Саня. — Ну не успели, и что?
— Они знали, кто всё это сделал, — ответил я. — Знали, но ничего не смогли с этим поделать. Вот смотри, мы трое иммунные, так?
— Ну вроде как да, — пожал плечами он.
— Уж я-то точно, — помахала перебинтованной рукой Лена.
— Ой блин, — соскочил Саня и хлопнул себя по лбу. — Перевязку забыл. Давай руку.
 
— Ну так вот, — продолжил я мысль. — А как с этим делом у военных обстоит? Ведь они залезли в саму гущу событий. Пытались сдерживать первую волну. Неужели никто из них не обратился?
— Вот здесь я тебе ничего не скажу, — произнёс Саня. — Может у них вакцина есть? А может потому они и ушли, что обращаться стали.