Киллер (СИ)

— Позови меня на свидание, — четко проговорила каждое слово, стараясь даже не моргать.
Он приподнял брови в удивлении и слегка округлил глаза. Явно не ожидал такого поворота. А вот такая я, непредсказуемая!
— Что ты сказала? — все же решил переспросить, вдруг не так понял.
— Говорю, так и быть, согласна пойти с тобой на свидание, Глеб. Уговорил.
Он рассмеялся, сверкнув белозубой улыбкой:
— У тебя или у меня?
— Что, прости? — мой черёд недоумевать.
— Говорю, кафе или кино?
Тут уж расхохоталась я. Сдаётся мне, это будет интересный опыт.
  
2.2
 
Глеб
— Сынок, — похлопал меня по плечу старина Эд — владелец автомастерской, в которой я работал, — будь осторожен. Можешь обжечься, — прохрипел, поджимая тонкую нижнюю губу, обросшую по контуру белой колкой щетиной. Поднял на него вопросительный взгляд. Мужик он, в целом, хороший, но слишком уж любопытный.
— Видел какая девушка выпорхнула от тебя сегодня днём. Такие любят звон монет, имей в виду.
— Кстати о монетах. Я готов получить аванс, Эд, — парировал, натирая деталь лоскутом ткани.
Он насупился и запыхтел. Расставаться с денежками «босс», ох, как не любил. Станет ему уроком: нечего совать нос в чужие дела. Эд, кряхтя и цокая, залез в карман растянутых спортивных штанов и вынул скомканные бумажки. Деловито отсчитал, положенную мне часть, и бросил на стол. Вытер пот со лба рукавом клетчатой замусоленной рубахи, проступивший в таком количестве, будто он марафон пробежал, а не деньги пересчитывал.
— Здесь не хватает, — опять обсчитал меня, старый скряга.
Он удивлённо заморгал, словно не заметил, как не доложил несколько тысячных купюр, и с недовольным видом снова полез в карман.
С работой надо что-то решать.
— На сегодня я все. Буду послезавтра, — кинул ему через плечо, твёрдым шагом, направляясь к выходу. Эд буркнул мне в спину что-то нечленораздельное, но останавливаться и переспрашивать я не собирался. Усталость брала своё. Стрелка часов уже давно перевалила за одиннадцать.
Закинул рюкзак с грязными рабочими вещами на заднее сидение старенького «Фольксвагена» и отправился домой. Свежая южная ночь, пустые улицы города. Прокручивал в голове нашу встречу с птичкой, непроизвольно улыбаясь. Как только умудрилась отыскать меня. Находчивая.
Старина Эд прав, из этого вряд ли выйдет что-то путное, я ей неровня. Но она сама напросилась на свидание, отказ с моей стороны стал бы непомерной глупостью. Дважды был в ее обществе и оба раза чувствовал себя… иначе. А ещё этот сладкий ненавязчивый аромат пионов и земляники…
Дома горел свет. Мама, как всегда, сидела у стола на кухне, подперев подбородок кулаком и ждала меня.
— Мам, ну сколько раз говорил, не жди меня, ложись отдыхать, — скинул обувь и звякнул ключами о тумбу. Она встрепенулась, расплываясь в полусонной улыбке.
— Не дозвонилась до тебя, сынок. Волновалась, — как-то виновато прощебетала, вскакивая с места. — Голодный, поди.
Чмокнул ее в светлую макушку и приобнял за плечи, перехватив на пол пути к кастрюлям. Она устало прижалась головой к моей груди. Вынул из кармана аванс, оставив пару тысяч себе, и положил на стол.
— Спасибо, сынок, — стыдливо опустила глаза. Деньги принимать она не умела, но нужда была. Львиную долю мы отправляли моей младшей сестре — Лере, отправившейся за лучшей жизнью в Москву, и так не сумевшей найти там работу.
— Я не голоден. Пойду в душ и спать, — чмокнул ее ещё раз и вышел из кухни, — доброй ночи.
После душа и тяжелого дня кровать имеет притяжение в несколько раз сильнее Земного. Упал на неё, зарываясь лицом в подушку. Вот, где настоящий кайф…
Экран телефона загорелся и я нехотя пошевелил конечностью, чтобы посмотреть кому не спится в такой поздний час.
«Удиви меня» — гласила смс от Вероники.
«Не понял» — в очередной раз.
«Ты спросил: кафе или кино. Удиви меня».
Я улыбнулся, ну, что за неугомонная девчонка. Удивлю, не сомневайся.
  
2.3
  
Вероника
Нетерпеливо притаптывала ножкой, провожая папин кортеж взглядом. Мне улыбнулась удача! Срочная командировка и я совершенно свободна на несколько дней. Ещё бы мачеху куда-нибудь пристроить…
— Витя, у меня важная встреча сегодня. Как хочешь…, - пробурчала, глядя «грустным взглядом» в след, удаляющимся машинам.
— Не переживай, Алиса наверняка к любовнику умчится, — отчеканил мой телохранитель и по совместительству лучший друг. Было неприятно это услышать, но в их дела с отцом я не лезу. Взрослые уже, сами разберутся.
— Тогда, подкинь до центра. Я уже опаздываю.
***
Глеб ждал, облокотившись на старый серенький «Фольксваген», по своему обыкновению, затягиваясь сигаретным дымом. От нетерпения и предвкушения, почти срываясь на бег, быстро подскочила к нему.
— Привет! Ну что, какие планы?
При виде меня, он потушил сигарету и выкинул в урну.
— Отлично выглядишь, — открыл дверь машины, — запрыгивай.
— Я сгораю от любопытства, — предупредила, усаживаясь на переднее сидение. — Ну же, не томи.
— Какой сегодня день? — с хитрой улыбкой спросил, выезжая на широкий проспект.
— Шестое июля, вторник.
— Все верно, и что это значит?
Лихорадочно перебирала варианты, но ничего подходящего в голову не приходило. Пожала плечами:
— Без понятия.
— Чему вас только учат? — усмехнулся, кинув на меня сосредоточенный взгляд. — Праздник Ивана Купала, птичка. Слыхала о таком?
Я вспыхнула огнём, захлопав в ладоши:
— Вау! Настоящие гуляния?!
Он расхохотался, увидев мой восторг:
— Самые настоящие!
Через тихий Дон, на левый берег, все дальше и дальше удалялись от города, проезжая небольшие деревеньки одну за другой, и широкие колосистые поля, переливающиеся в лучах закатного солнца. Наконец, Глеб свернул на второстепенную дорогу, скромно выглядывающую из-за густо насажденной лесополосы.
— Ты здесь кого-то знаешь? — спросила, разглядывая разноцветные домики, мелькающие за окном.
— Да, Саня, мой друг, родом отсюда. Он нас и пригласил, — улыбнулся Глеб, останавливая возле широкой мощеной площади, усаженной по периметру пышными кустами роз. Народ толпился и гудел. Парни в белых широких рубахах, вышитых традиционными узорами, девушки — в льняных сорочках на разный лад.
— Ой, а я не по случаю одета, — выдохнула, рассматривая венок, опоясывающий голову одной из девушек.
— Ничего, я подготовился, — Глеб перегнулся через кресло назад и вытащил пакет с белоснежной сорочкой. — Идём? Переоденешься и пора уже праздновать.
— Я готова!
***
Льняная сорочка оказалась слегка великоватой и скрывала от глаз линии фигуры. Что-то мне подсказывало, что это было сделано намеренно. Провела пальцами по красным узорам вышивки, оторачивающим V-образный вырез и рукава — красиво. Сплела волосы в тугую косу и подвязала сорочку пояском своего платья, намечая талию. Так лучше. Покрутилась возле зеркала, в доме у друга Глеба, придирчиво осмотрела отражение и поймала себя на мысли, что хочу понравиться. Щеки окрасились лёгким румянцем, глаза заблестели. Что-то в нем есть такое, цепляющее.
— Идём, все уже уходят, — тихо раздалось со стороны дверного проема. Потолки низкие и Глеб почти цеплял их русой макушкой. Льняная рубаха растягивалась на широких плечах, подчёркивая сильные руки и мощную грудную клетку, но, при этом, скрывала рельефный пресс, который я уже имела удовольствие созерцать. В тусклом свете комнаты глаза горели, с любопытством ощупывая каждую чёрточку моего лица.
— Тебе нравится то, что ты видишь? — сглотнув спросила, задерживая свой взгляд на подвернутых рукавах, оголяющих загорелые руки с тугими канатами мышц. Он сузил глаза и заиграл, проступающими на скулах, желваками.
— Откуда в тебе столько смелости, птичка? — уклончиво спросил, складывая руки на груди.