Беркутов-Туманный. Икона Стиля (СИ)

— Не начнут… — уверенно усмехнулся аристократ. — Я догадывался, что так и будет, поэтому приказал выключить все телефоны сразу после выезда в город.
— Что ж, значит, можно расслабиться… — довольно заключил Великий Князь, попробовал эклер и изумленно выгнул бровь. А через несколько секунд обратился к моей младшенькой: — Свет, я в восторге! Спасибо за наводку…
В этот момент ожила гарнитура в моем правом ухе:
— Есть две новости: условно хорошая и забавная. Начну с первой: четыре минуты тому назад Император забрался в «Эскорт», включил телефон, набрал жену и сообщил, что у него все получилось. Таким образом, в главной ветви рода Воронецких появился третий Богатырь; как только начнет молодеть и он, высокоранговому старичью Империи поплохеет еще больше, ну, а тебя хоть как-нибудь, да найдут. Проникся? Ага, вижу… И начинаю веселить: в главном зале аукционного дома «Раритет» аншлаг, и его руководство было вынуждено наплевать на правила — открыть для желающих поучаствовать в торгах еще два смежных помещения, вывести картинку на настенные экраны и организовать возможность делать ставки. Но это, по сути, цветочки: народ взбудоражен и нервничает. Ведь Искра Кошмарика ОДНА, а желающих — немерено!
Не успел я переварить эти новости, как Витя принял чей-то вызов, эдак секунд двадцать пять вслушивался в монолог невидимого собеседника, затем весело поблагодарил за информацию, отключился и довольно хохотнул:
— Игнат, в «Раритете» творится жуткий бардак: по словам моего отца, желание поучаствовать в торгах подтвердило двести девяносто два человека!
— Ну, так Искры змей-теневиков первого Кошмарного ранга на аукцион еще не выставлялись! — хохотнула Татьяна.
— Так это не рекламный трюк и не попытка отвлечь внимание обывателей от уничтожения Гладковых? — изумленно спросила Искрицкая.
— Неа… — ухмыльнулся Воронецкий. — Игнат, Оля и Света действительно убили змею такого ранга и продали Искру спецотделу, а мой батюшка счел бессмысленным задирать потолок развития пелены теневика тем, кто никогда не прорвется в первый Кошмарный ранг, и выставил эту добычу на аукцион. К слову, Искру мы с Татьяной и Лизой видели своими глазами, а мясом этой змеи питались все время пребывания на тренировочной заимке.
— И как оно? — хором спросили аристократы.
— На вкус средненько… — честно призналась Ростопчина. — А в плане насыщенности Силой — просто фантастика.
Виталий Петрович, «светившийся», как средненький Рында, заявил, что не хотел бы столкнуться в Пятне с такой змеей. А его супруга заинтересованно посмотрела на столик «молодежи» и поймала мой взгляд:
— Как я понимаю, слух о том, что Елизавета Демьяновна инициировалась до четырнадцатилетия и под вашим присмотром, тоже не врет?
— Не врет… — усмехнулся я. — Мы уважаем эту девочку, дружим с ней без дураков и помогаем всем, чем можем.
— Ей повезло. А вот Арсению Никифоровичу и Ольге Максимовне — не очень… — вздохнула женщина и приятно удивила: — Та-ак, а ведь сегодня вы, по сути, протянули им руку помощи, намекнув всем желающим наложить руку на талантливую Одаренную, что она уже под присмотром! А еще я, кажется, поняла, что сочувствовала не тем: Елизавета Демьяновна общается с нашими сыновьями считанные минуты, но уже задавила их харизмой. И это при том, что и Егор, и Тихон — прирожденные лидеры!
— Характер у нее действительно о-го-го… — гордо усмехнулся Виктор. — Так что желающим ее подмять мало не покажется…
…Из «Приюта усталого гурмана» уехали в первом часу ночи, получив море удовольствия и от вкуснейшей выпечки, и от чая, и от ненапряжного общения. Нам с Искрицкими было не по пути, поэтому они укатили в свои Белые Холмы, а мы какое-то время ехали одним кортежем. Потом «Буран» Виктора, Татьяны и Лизы ушел на Императорский дворец, а мы, нормально разогнавшись, помчались в Никитино. Пока летели по ночному городу, дурели от отсутствия машин — невиданный в Новомосковске мороз аж в сорок девять градусов загнал абсолютное большинство водителей в тепло. А в паре-тройке километров от въезда в свой район я отвлекся от управления автомобилем и разглядывания пустых улиц, площадей и парков — в гарнитуре раздался голос Дайны и загрузил с первой же фразы:
  
— Как я и предполагала, Воронецкие выставили на аукцион настолько вкусное ядро далеко не просто так: они, как только что выяснилось, проверяли, нет ли в Империи Одаренных такого ранга. И пришли к выводу, что Кошмаров как минимум шестеро. Ибо триста восемнадцать желающих поднять потолок развития невидимости до такого уровня перестали повышать ставки уже на двухстах семидесяти миллионах, а представители шести родов сражались до последнего. В общем, Захаровы, заплатившие за эту Искру аж пятьсот десять, чувствуют себя победителями, а Цесаревич довольно потирает ручки, так как, не вложив в операцию ни рубля, выяснил, какие рода прячут Одаренных, омолодившихся с помощью лепки и регенерации, продолжающих развитие Дара и уже превратившихся в угрозу чуть ли не планетарного масштаба! И пусть эта радость омрачена необходимостью продолжать расследование, выходить на конкретных личностей и каким-то образом брать эту шестерку под контроль, факт остается фактом: идея выстрелила и принесла ожидаемый результат.
«Значит, стать первыми Кошмариками-людьми этого мира нам уже не грозит…» — мысленно усмехнулся я, а БИУС, словно отвечая на эту мысль, мрачно вздохнул:
— Выводы напрашиваются сами собой: мы здорово недооценили местных Одаренных; ваш нынешний третий ранг против этих монстров не сыграет; мы в любой момент можем вызвать их интерес и нарваться на проблемы в разы серьезнее всех прежних, вместе взятых; ваше развитие необходимо ускорить; надо работать над чувствительностью прозрения, ибо я не исключаю наличия артефактов, маскирующих реальный ранг, и… на дне рождения Императрицы вам стоит тщательно изучить энергетики представителей этих шести родов. Дабы я взяла под контроль телефоны Кошмаров и выяснила, чем они дышат!
Я едва заметно кивнул в знак того, что согласен со всеми выкладками, и удовлетворенная Дайна перешла к следующему вопросу:
— Тебе вот-вот наберет Цесаревич, чтобы лично сообщить о результатах аукциона. Хотя нет, не «вот-вот», а минут через пять-семь, то есть, сразу после того, как начфин спецотдела поставит автограф под очередной подпиской о неразглашении и разошлет эти пятьсот десять миллионов на наши счета. И да: Воронецкие не возьмут себе ни рубля — цесаревич искренне благодарен вам за спасение отца, считает, что должен значительно больше, назвал чрезвычайно перспективными союзниками и не намерен портить отношения из-за ерунды.
Я кивнул еще раз. Мол, принял к сведению и все такое.
БИУС назвал меня красавчиком и усмехнулся:
— Кстати, последнее утверждение озвучил и Искрицкий-старший. После того, как выслушал мнения сыновей о Лизе и категорически запретил делиться своими восторгами с родичами, друзьями и одноклассниками. Ибо мы, по его мнению, дали им, Искрицким, один-единственный шанс заслужить уважение, а слив любой информации на сторону станет воспринят, как плевок в лицо. А еще он очень жестко обрезал фантазии детей, заявив буквально следующее: «Насколько я понял из ваших рассказов, за два с половиной часа обсуждения всего и вся эта девочка вывернула вас наизнанку, сочла достойными общения, задавала темы разговоров и неявно дала понять, что не ответит ни на какие вопросы о Великом Князе Викторе Михайловиче и его невесте, о „Черном Беркуте и его стае“, о своей инициации, нынешнем ранге, умениях, методике тренировок и планах на будущее. Абсолютное большинство ваших ровесников на такое в принципе не способны и… не считают планы на будущее чем-то настолько серьезным, чтобы держать их в тайне. Получается, что ваша новая знакомая не только заслужила уважение взрослых и состоявшихся личностей, стала своей в компании, в которой нет ни одного лишнего человека, и добилась невозможного, инициировавшись до четырнадцатилетия, но и определилась с целями, которых считает необходимым добиться. А теперь вопрос: с чего вы взяли, что настолько целеустремленная личность решит изменить свои планы ради тех, кто способен только мечтать?»