Беркутов-Туманный. Икона Стиля (СИ)

— Не поделитесь своим мнением?
— Указ нужный. И своевременный. Во всех смыслах этого слова. Так что мы его поддерживаем. Более того, не сегодня-завтра подтвердим четвертые ранги, дабы этим поступком неявно продемонстрировать согласие с решением Императора.
— Спасибо, я оценила этот посыл и обязательно передам мужу… — заявила она и задала следующий вопрос: — Кстати, а как вы отнесетесь к небольшой корректировке процесса, то есть, участию в подтверждении рангов Виктора и Татьяны?
— Хотите, чтобы они получили статус добытчиков третьего класса хотя бы на следующий год? — уточнил я.
— Да: уверена, что это тоже пойдет на пользу и нам, и государству.
— Буду рад. И даже подстрахую во время первого самостоятельного промысла… — с улыбкой сказал я. — А они уже в курсе этого решения?
— Пока нет. И указ пока не читали, так как тренируются…
— Мог бы догадаться сам. Раз до сих пор не позвонили… — насмешливо фыркнула Дайна, а Людмила Евгеньевна плавно сменила тему беседы:
— Освободятся, если мне не изменяет память, в семнадцать ноль-ноль. Но это неточно: я заглядывала в их расписание на позапрошлой неделе и могу ошибиться. Впрочем, не суть важно — они наверняка наберут вас еще сегодня и замучат восторгами. Я бы тоже повосторгалась, будь у меня возможность сбежать в Пятно хотя бы на недельку и отдохнуть от вечной нервотрепки. Увы, я не стану об этом даже заикаться — муж и сын забыли о нормальном сне, и я не могу бросить их в таком состоянии. Кстати, о моем муже: он хотел с вами пообщаться. По возможности, завтра, в первой половине дня. Точнее, с девяти до девяти двадцати пяти — других окон в расписании, к сожалению, нет…
 Глава 16 
2 декабря 2513 по ЕГК.
…Метель не унялась и к утру, по утверждениям синоптиков, вывалила на Новомосковск шестьдесят четыре сантиметра снега. Но в это верилось с трудом: стараниями сотен снегоуборочных машин, всю ночь носившихся по городу, вдоль тротуаров появились сугробы высотой за два метра!
Случись такая «радость» в будний день, столица, вне всякого сомнения, встала бы. А в субботу утром желающих прокатиться по улицам было сравнительно немного, поэтому до дворцового комплекса мы доехали намного быстрее и легче, чем рассчитывали. Там нас тоже встретили с распростертыми объятиями — «Урал» сопровождения, подхватив у КПП, проводил к нужному крылу, завез в гараж и показал, куда парковаться, знакомый Конвойный, обнаружившийся возле входа в лифтовый холл, поздоровался и пригласил следовать за собой, а его коллеги на стационарных постах охраны не лютовали от слова «вообще».
В общем, в незнакомый коридор мы поднялись за двадцать с лишним минут до назначенного времени, прошли по идеально отполированным полам до массивной резной двери из темно-коричневого дерева и, переступив через порог, оказались в сравнительно небольшой и довольно уютной гостиной, в которой уже обреталась Людмила Евгеньевна и Михаил Владимирович.
Кстати, в настолько домашней одежде я их не видел ни разу, поэтому во время обмена приветствий чувствовал себя не в своей тарелке. Но как только государыня проговорилась, что нас пригласили на семейный завтрак, а Дайна ехидно отметила, что наши акции растут, на меня снизошло спокойствие. Оно помогло проигнорировать внешний вид Императора, явившегося в трапезную в спортивном костюме, и простоту приветствия первого лица государства:
— Всем привет. Прошу прощения за несколько помятый внешний вид — лег в начале четвертого, не выспался и все никак не проснусь.
Пока рассаживались за накрытый стол, обсуждали снегопад и вызванные им проблемы. Потом нам принесли несколько тарелок со свежеиспеченными блинами, и мы отвлеклись на их уничтожение. И справились с этим делом от силы за четверть часа, благо, дворцовые повара расстарались на славу.
  
Стоило тарелкам и розеткам с вареньями показать дно, как Владимир Первый повелительным жестом выставил из помещения и телохранителей, и слуг, включил «глушилку», кстати, не сумевшую отрезать от меня БИУС, и посерьезнел:
— Игнат Данилович, дамы, вчерашний указ, изменивший статусы, права и обязанности добытчиков, стал далеко не первым шагом к изменению моего отношения к проблеме распространения Пятна: армейские психологи вовсю отбраковывают военнослужащих-Гридней, которых не желательно прорывать в следующий ранг; самые боеспособные подразделения уже отправили первые партии офицеров и прапорщиков на тренировочные заимки седьмого ранга: понятие «межсезонье» применительно к армии упразднено; производителям военной техники заказана крупная партия катеров на воздушной подушке; лучшие лесовики ушли в Пятно на поиски перспективных мест для возведения заимок следующего уровня и так далее. Говоря иными словами, уже к этому лету среднестатистический кадровый военный будет не Гриднем, а Боярином, а через год весь личный состав элитных подразделений
будет поднят в Богатыри…
Тут он прервал повествование, пригубил чаю, вытер салфеткой усы и… криво усмехнулся:
— Все вышеперечисленное стоит денег, причем довольно больших. Но эта проблема лежит на поверхности и, по большому счету, не беспокоит. Зато беспокоят несколько неявных и, вроде как, мелких. Одна из них — сохранение вертикали силы… Повторю еще раз: не власти, а именно силы — по статистике, абсолютное большинство Одаренных, когда-либо поднимавшихся на третий ранг и выше, в какой-то момент начинают считать себя элитой Империи и… крайне неохотно подчиняются тем, кто равен по рангу или хоть немного ниже. Говоря иными словами, я не имею права откладывать прорыв в Богатыри на весну: да, и Михаил, и Людмила уже проросли, но Император я, а не они. К слову, превышение ранга всего на одну ступень тоже паллиатив — на мой взгляд, первое лицо государства должно быть сильнее тех, кто ему служит, хотя бы на две. Но четвертой трансформации моя энергетика гарантированно не выдержит, поэтому я как-нибудь закончу свое правление так. А вот моему сыну придется поднапрячься. То есть, найти подходящее место и построить заимку в «пятерке», проводить в ней достаточно времени, чтобы энергетика адаптировалась к столь серьезному магофону, подняться вплотную к прорыву, оценить риски и рискнуть. Но это — вопрос отдаленного будущего, а в данный момент я планирую ближайшее.
После этих слов Император сделал еще один глоток, зачем-то посмотрел на жену и снова поймал мой взгляд:
— Насколько я знаю, в понедельник, четвертого декабря, вы планируете уйти в Пятно, взяв с собой моего внука и его невесту. Значит, к среде, шестому, успеете как следует выспаться, верно?
— Да, государь! — подтвердил я, и он, удовлетворенно кивнув, перешел к конкретике:
— Откровенно говоря, моя физическая форма оставляет желать лучшего, то есть, добраться от точки высадки на реке до тренировочной заимки я не смогу. А позволять себя нести не хочу — это уронит меня в глазах подданных и подарит недоброжелателям очень серьезный козырь. Так что в долину Вронских меня доставят на планере — посадят его на прямой участок русла реки, в которой вы, вроде как, ловите рыбу, в одиннадцати километрах от заимки. Само собой, я прилечу в Пятно не один, а в сопровождении самых доверенных телохранителей, но они, увы, не лесовики, поэтому я прошу вас об одолжении — встретить нас в точке приземления и проводить до заимки.
— Встретим и проводим… — твердо пообещал я, получил экземпляр карты с обозначенной «взлетно-посадочной полосой», выяснил, во сколько ждать прилета планеров, узнал, что, по предсказаниям синоптиков, в этот день, вроде как, ожидается морозная, но ясная погода, и задал один-единственный вопрос: — Государь, скажите, пожалуйста, вы приживили умения из так называемых «лесных»?