Беркутов-Туманный. Икона Стиля (СИ)

…Если в «Нелидово» шел моросящий дождик, то под Южным лило, как из ведра. Да, и «Бураны», и «Эскорт» великолепно держали дорогу, но Дайна сглаживала только мои ошибки, поэтому от аэродрома до Бухты я ехал раза в два медленнее, чем обычно, и прикатил к КПП аж без четверти десять. За ним от кортежа отвалились две последние машины, и я, долетев до фальшь-панели, скрывавшей под собой «основной» гараж, внезапно понял, что не был тут, дома, целую вечность.
Пока парковал кроссовер, размышлял о том, что считаю домом именно этот коттедж, а о доме из прошлой жизни не вспоминаю в принципе. Но стоило выбраться из салона, как мне на шею бросилась «счастливая Иришка» и отбила всякое желание думать о ком-либо или о чем-либо еще.
В общем, способность соображать вернулась уже в гостиной второго этажа, в которой обнаружился наш артефактор, и я воспользовался возможностью пообщаться с ним тет-а-тет до прихода Воронецкого и Ростопчиной. Поэтому увел мужчину в кабинет, отмахнулся от доклада о текущем состоянии наших поместий и перешел к делу:
— Валерий Константинович, не знаю, в курсе вы или нет, но мы сорвались в этот рейд для того, чтобы помочь Лизе Максаковой не запороть внезапную инициацию. Успеть — успели: довели девочку до заимки Вронских и удержали процесс в рамках, описанных Ксенией Станиславовной. Но от переизбытка добросовестности задрали «стартовые условия» очень уж высоко и вложились своими наработками. В результате тринадцатилетний ребенок инициировался полноценным Дружинником, а за следующие пять суток прорвался в Ратника.
У артефактора округлились глаза. Но буквально на мгновение. А потом он заявил, что у нас возникли серьезнейшие проблемы.
— Могут возникнуть… — уточнил я. — Если в течение ближайших пяти-шести месяцев кто-нибудь выяснит реальный ранг Лизы. Но она, несмотря на возраст, далеко не дура — вникла в наши выкладки, согласилась сделать все, что в ее силах, для того чтобы сохранить эту тайну, и, вне всякого сомнения, сделает. Но ей понадобится яркий и красивый чисто девичий определитель ранга, завязанный на ее аурный слепок и показывающий нужный нам уровень Дара.
Он мгновенно врубился в суть идеи и сходу предложил более «рабочий» вариант:
— У такого определителя будет очень серьезная уязвимость. Поэтому я сделаю двухконтурный артефакт — первый, завязанный на ауру девочки, будет показывать то, что требуется нам, а второй, «открытый», позволит любому другому Одаренному тестировать себя.
— Сколько времени уйдет на создание такого комплекса? — спросил я и получил чертовски обнадеживающий ответ:
— При наличии двух обычных определителей и кое-каких расходников — часов пять-шесть.
— Напишите список… — начал, было, я, но был перебит:
— Игнат Данилович, я пока не представляю, как должен выглядеть «чисто девичий» определитель, поэтому хотел бы посоветоваться со Светой. А потом съездить в Лукоморье и приобрести все необходимое там…
Я повел рукой, предлагая приступать, и артефактор, встав с кресла, ушел на поиски дочки. А я подождал щелчка дверного замка и обратился к верной помощнице:
— Ну что, Ксения Станиславовна, Надя и Ульяна успели на «Молнию»?
— Естественно… — послышалось в правом ухе. — Правда, вместе с ними в поезд загрузилось четыре компании желающих пообщаться с тобой-любимым, а один особо деятельный дурачок уже попробовал навязать свое общество этой троице,
но Недотрога и в этот раз оправдала прозвище — вышибла кавалера из купе убийственной оплеухой, а перед тем, как захлопнуть дверь, громогласно сообщила бессознательному телу, что не в духе, соответственно, следующая попытка помешать ей отдыхать закончится намного хуже.
— Так, стоп: они что, выехали сюда без охраны?
— С охраной и на двух машинах — «Буране» и «Эскорте». Просто четверка ветеранов едет в купеческом вагоне.
  
— Значит, встречать их нет необходимости… — удовлетворенно сказал я, качнулся вперед, чтобы встать с кресла, и застыл, услышав просьбу БИУС-а не торопиться. Поэтому снова откинулся на спинку кресла и превратился в слух.
— Минут двадцать пять тому назад сердобольная мамаша Лизы позвонила сыну и сообщила, что вы, наконец, вернули его любимую сестричку из Пятна, вроде как, живой, здоровой и прорвавшейся в десятый ранг. Так вот, Пашу аж перекосило. Мало того, скомкав конец разговора, эта неблагодарная скотина выбежала из казармы, добралась до спорткомплекса, вломилась в пустой зал для единоборств и в данный момент пинает самый тяжелый мешок… то и дело матерясь или выдыхая слово «ненавижу». А теперь вдумайся в предсказание из той же серии: как только этот недоумок узнает, что ты пригласил на день рождения Ольги Виталия, Антона, Егора и их подруг, и все шесть человек приняли приглашение, взбесится в разы сильнее. Так как пытался запретить ребятам с тобой общаться, но был послан далеко и надолго… всеми, включая девчонок.
Я разозлился, с хрустом сжал кулаки, но высказаться по этому поводу не успел — Дайна вдруг заявила, что слушает очень интересный разговор, а через считанные мгновения перешла к конкретике:
— Тане — той, которая Богачева, а не Ростопчина — дозвонился дед, поздравил с переходом в род Беркутовых-Туманных и великодушно заявил, что готов простить все ее прегрешения за небольшую помощь родне по крови. Девочка, вроде как, обрадовалась, выслушала его монолог, задала несколько уточняющих вопросов, поняла, что речь идет о получении конфиденциальной информации о тебе и Валерии Константиновиче, и перестала играть. А теперь слушай ответ на эту просьбу:
«Дед, я безумно рада, что тебя, наконец, взяли за глотку. Ведь после того, как выяснится, что я не помогу тебе ни за что на свете, шантажисты наверняка выполнят свои обещания и заставят тебя захлебнуться кровью. Далее, я разочаровалась и в тех родичах, которые дали тебе мой новый номер. Поэтому перестану общаться еще и с ними. И последнее: не трать время на угрозы — я живу интересами Рода Моей Мечты и скорее сдохну, чем предам доверие настоящей родни! На этом все. Приятного воздаяния за все твои грехи…»
— Неплохо… — буркнул я. — Теперь надо немного подождать, чтобы…
— Не надо! — прервал меня БИУС, догадавшись, к чему я клоню. — Таня записала этот разговор и вот-вот отправит его Недотроге… с очень подробным описанием махинаций, сливом информации о которых теоретически могли бы угрожать шантажисты.
— Хм…
— Ага. Кстати, Татьяна с Софьей фактически являются моими глазами и руками в Никитино, не вылезают из швейного цеха, штудируют литературу по кожевенному и ряду смежных производств.
Кроме того, разобрались, какие именно расходники нам требуются и почему; приняв первую партию, полезли в Сеть, выяснили, что эти химикаты — лучшие на рынке, но не успокоились и нарыли методики проверки качества каждого отдельно взятого компонента; поставили на уши начальника отдела продаж компании, поставившей нам нитки повышенной прочности, и… за все время работы на отца Светы не слили на сторону ни бита информации о нашем роде!
Я включил голову, без особого труда догадался, к чему она клонит, и нехотя вздохнул:
— Ладно, убедила — встречусь с обеими, похвалю за добросовестность, официально назначу на новые должности, повышу оклад и выдам премию…
…Поздний ужин доставил море удовольствия сразу по трем причинам. Во-первых, вся толпа, включая Виктора с Татьяной, вырубили телефоны, и нас никто не беспокоил. Во-вторых, я объявил мораторий на обсуждение любых серьезных тем, а девушки удачно придумали и развили чрезвычайно смешную несерьезную. И, в-третьих — как выяснилось значительно позже — после беседы со мной Валерий Константинович шепнул Лизе, что все будет хорошо. И она, окончательно поверив в то, что «у нас» все получится, начала дурить. Само собой, в хорошем смысле этого слова, то есть, заливисто смеялась над каждой шуткой, ластилась к «наставнице», сияла так, что было больно глазам, и щедро делилась детским, но невероятно теплым счастьем с нами, взрослыми.