Беркутов-Туманный. Икона Стиля (СИ)

— А что мне за это будет? — полюбопытствовал он и нарвался. На захват за глотку и очень энергичную «попытку удушения»:
— Выживешь! Причем и сейчас, и в будущем…
 Глава 7 
12–13 ноября 2513 по ЕГК.
…Результаты экспериментальной инициации, то есть, проведенной на стыке местных представлений об идеальных условиях первой трансформации организма и наработок Дайны, создали проблемы еще в воскресенье днем — после завершения процесса энергетическая структура Максаковой «засияла» на крепкий девятый ранг. Охренев от нарисовавшихся «перспектив», я запретил себе паниковать, не проверив наблюдения, в темпе прогнал девчонку через определитель и получил ту же картину — стрелка артефакта остановилась в самой середине коричневого сектора!!!
Елизавета потеряла дар речи и уставилась на нас настолько удивленным взглядом, что я на мгновение развеселился. Но стоило вспомнить, чем грозит этот нежданный «сюрприз» мне и моим девчатам, как настроение ухнуло в пропасть, заставило включить голову, увидеть свет в конце тоннеля, поймать взгляд полноценной Дружинницы и попробовать достучаться до ее сознания:
— Обычный подросток проходит инициацию на пятнадцатом году жизни в «семерке» или «восьмерке», без «багажа» из шести месяцев медитаций, на одной или двух среднеранговых инициирующих Искрах и на самой обычной еде. Ты же инициировалась в тринадцать, в «шестерке», на девяти Искрах и на высокоэнергетическом мясе змеи-теневика первого Кошмарного ранга. Из-за чего скакнула через ступень и, по моим ощущениям, максимум дней за пять прорвешься в Ратника. Да, это обрадует не только тебя, но и нас, так как мы с тобой, как я уже говорил, дружим по-настоящему. Но если ты расскажешь о результатах нашей помощи хоть кому-нибудь, включая своих самых близких родичей и подруг, то превратишь в ад не только нашу жизнь, но и свою. Ибо нас замучает просьбами о помощи все дворянство и купечество Империи, а тебя задергает родня и… фанатики от науки, которым захочется выяснить, как функционирует энергетическая система самой юной Дружинницы столетия, какие нагрузки она в состоянии перенести и насколько перспективных детей в состоянии родить… в лабораторных условиях. Скажу больше: тебе наверняка заявят, интересы науки, Империи и Человечества в разы важнее, чем твои, и ты будешь вынуждена забыть обо всех планах на будущее, включая обретение независимости…
— Я буду молчать, как рыба, и изображать слабого Новика. Даю слово! — заявила Лиза, для пущей убедительности тряхнула волосами и… побледнела:
— Правда, это не поможет: раз я инициировалась в тринадцать, значит, дедушка наверняка станет проверять мой прогресс на определителе ранга чуть ли не раз в неделю и увидит, что никакая я не «десятка»!
— Эта проблема решаема… — подала голос Света. — Мой папа сделает для тебя личный определитель — красивый, девичий и показывающий то, что надо. И если ты будешь с ним носиться, как с писаной торбой, тыкая родичей носом в одно и то же положение стрелки каждый божий день, то быстро отобьешь всякое желание тебя проверять.
— Буду! В смысле, и носиться, и тыкать, и хвастаться. Обещаю…
— Отлично… — кивнул я и перешел к следующему проблемному вопросу: — Помнится, Ксения Станиславовна говорила, что ты с детства наблюдаешься у нее…
— Ага!
— Так вот, продолжай в том же духе. А всех остальных целительниц, включая школьных, к себе не подпускай.
— С этим проблем не будет! — уверенно сказала она. — Я ж аристократка из достаточно влиятельного рода, следовательно, вправе отказаться от помощи низкоранговых целителей. Только надо будет заполнить специальную форму и попросить Ксению Станиславовну ее подписать.
— Подпишет… — пообещал я и «сбавил обороты»: — Теперь перейдем к тренировкам. Итак, у тебя, как я только что сказал, должны были появиться девять по-настоящему нужных умений. Порядок, алгоритмы и особенности их раскачки тебе объяснит Оля, и она же будет контролировать весь процесс. А я расскажу, как тренироваться, не вызывая вопросов у посторонних. Правило первое: к посторонним относятся абсолютно все, за исключением нас троих и Ксении Станиславовны. Правило второе: пелену теневика, стремительный рывок, защитный покров, регенерацию и ледяную иглу ты раскачиваешь только в нашем присутствии и с нашего разрешения…
  
Тут девчонка округлила глаза и заставила меня утвердительно кивнуть:
— Да, мы приживили тебе и их. Но наличие первого умения вызовет очень нездоровый ажиотаж, а по длине второго, скорости продавливания третьего, эффективности четвертой и мощности пятой запросто определяется реальный ранг. В общем, назначаем их секретными и никому не показываем. Ладно?
— Так и будет.
— Умничка… — похвалила ее Оля, а я продолжил:
— А вот в сумеречное зрение, блокировку запахов, усиление тела и жар можешь вкладываться от всей души. Более того, чем быстрее ты загонишь все эти умения в фоновый режим, то есть, сможешь удерживать даже во сне, тем быстрее перестанешь быть балластом здесь, в Пятне. А теперь оцени стимул. Я обещал Виктору и Татьяне, что предстоящей зимой проведу с ними на этой заимке два раза по неделе. За две недели пребывания в «шестерке» хороший Ратник наверняка станет Воином. А под нашим присмотром превратится еще и в неплохого бойца. Так вот, сохранишь в тайне свой реальный ранг и наличие секретных умений, загонишь четыре обычных в фоновый режим и поднимешь их до насыщения — я стану брать с собой и тебя…
…Весь понедельник мы со Светой таскали Воронецкого с Ростопчиной по «долине Вронских» и вырезали все живое.
Низкоранговую мелочь, само собой, убивали наши подопечные, потихоньку нарабатывая реальный боевой опыт, а зверье посерьезнее мы выносили «объединенными усилиями», ибо ничего выше «четверочек» нам на пути не попадалось. Поэтому к исходу дня «сладкая парочка» сияла, как прожектора ПВО, но настолько устала, что еле добралась до заимки, наскоро ополоснулась, умяла по паре бутербродов, кое-как доплелась до своей спальни и вырубилась. Ну, а мы, фактически бездельничавшие большую часть времени «дрессировки», решили совместить приятное с полезным — нормально поужинать, расспросить Олю об успехах юной Дружинницы, а потом попариться.
Ужина ждать не пришлось — «строгая наставница» зарулила прапорами через считанные минуты после нашего прихода, так что уже через четверть часа после отключения Виктора и Татьяны Ковалевский закончил накрывать стол в маленьком срубе, занес туда казанок со свежеприготовленным жарким из все того же мяса Кошмарика, и доложил об этом нам. Мы, к этому времени успевшие скинуть рюкзаки-однодневки, переодеться в «домашнее» и натянуть легкие дождевики, заперли свою спальню, построили мою жену и ее ученицу, занимавшихся в соседней комнате, и умотали в баню. А там утолили голод, взяли из контейнера с выпечкой по куску яблочного пирога, откинулись на спинки лавок и вопросительно уставились на Олю.
— Начну с динамики развития… — задумчиво потерев переносицу, заявила она. — За сегодняшний день мы отвоевали примерно треть оставшейся части коричневого сектора определителя, соответственно, если темпы развития не упадут, то дня через четыре возьмем восьмой ранг.
— То есть, есть неплохие шансы отпраздновать день твоего рождения в Большом Мире, верно? — обрадованно спросила Света.
— Я бы предпочла отпраздновать его тут… — «призналась» жена, вовремя заметив, что Максакова пошла красными пятнами. — То есть, с вами, Витей и Таней. А с Иришкой, Ксенией Станиславовной и Валерием Константиновичем посидеть по-семейному как-нибудь потом — поздравления посторонних людей крайне редко бывают искренними, а от неискренности воротит. Впрочем, если Игнат сочтет необходимым вернуться к цивилизации до восемнадцатого, то я возражать не стану.