Муля не нервируй… Книга 6 (СИ)

— Тебя можно поздравить? — улыбнулся я и с досадой посмотрел на пустую чашечку кофе. Но заказывать ещё одну поостерегся — молодость, молодостью, а вот сердце на ночь напрягать особо не стоит.
— Ну, поздравлять, ещё рано, но я уже иду к этому, — похвасталась Лёля. — Семимильными шагами, между прочим!
— Рассказывай! — велел я.
— Ой, ты представляешь, Муля, — защебетала Лёля, ей страстно хотелось с кем-то поделиться, а, кроме меня, было не с кем. — Поселилась я на той квартире… ну, что Йоже Гале предложил. Начала гулять по Белграду, пыталась знакомиться с мужчинами. Но ничего не получалось. Они или меня за женщину лёгкого поведения принимали, ты представляешь, один даже спросил, сколько стоит ночь со мной!
  
Она возмущённо на меня посмотрела, но так, как я не отреагировал, продолжила дальше:
— Это же ужас, Муля! Я что, разве похожа на проститутку⁈ — продолжала возмущаться Лёля.
Я скептически вздёрнул брось, Лёля покраснела, фыркнула и надулась.
— На этом всё? — насмешливо спросил я. — Дальше рассказа не будет?
— Будет! — вскинулась Лёля и потребовала, — я кофе хочу!
Я кивнул официантке и заказал два кофе. Чёрт с этим здоровым образом жизни! А устоять перед таким божественным напитком я не могу.
Пока официантка ушла выполнять заказ, Лёля продолжила:
— Ну так вот, они меня или за проститутку принимали, или же шарахались от меня, как от ненормальной. Ты представляешь! Целый день насмарку. Я уже приуныла. Решила, что ничего не получится…
— Так ты что, прямо на улице знакомилась? — удивился я.
— Пару раз на улице, — честно призналась девушка, — у одного мужчины спросила, как пройти к цветочному магазину, а второй сам подошёл — был ветер и у меня вырвало карту города из рук. А он поймал и вернул.
— Так ты что, знакомилась с мужчинами на улицах с картой города в руках? — я не выдержал и расхохотался.
— Дурак ты, Муля! — шутливо ткнула меня кулачком в плечо Лёля и, видимо представив себе эту картину, захохотала тоже.
Как раз принесли наш кофе. И рассказ пришлось на некоторое время прервать.
— Как же это вкусно! — зажмурилась Лёля.
— Рассказывай давай, а то я сейчас допиваю и ухожу, — сказал я, — устал что-то, как собака. Хочу упасть на кровать и проспать двое суток.
— А я хочу летать! — хихикнула Лёля и продолжила рассказ, — в общем, ничего не получалось у меня. Я тогда попробовала в кафе знакомиться. Только деньги растратила на кофе.
Она вздохнула:
— И в магазине пробовала. И в автобусе. И в общем, я вернулась домой, на ту квартиру. Зашла в гостиную и разревелась. И тут, можешь себе представить, туда заходит старушка. Ну такая, не прям старушка, а пожилая женщина, но очень такая… эммм… ухоженная и иностранная. Я так испугалась и как заору. А она тоже испугалась. И тоже как завизжит.
Я хихикнул, представив себе момент.
— В общем поорали мы с нею, а потом она меня спрашивает, — вы Лёля из киношной делегации? Я так удивилась, откуда она меня знает, а она говорит, что Йоже Гале сказал ей, что я должна пару дней пожить на этой квартире, чтобы решить свои дела. И что это со мной её меняли в списках, чтобы она попала в Сремску Каменицу, чтобы там с кем-то встретиться.
Я чуть напрягся. Не хватало ещё, чтобы Йоже Гале или Изабелла рассказали ей о нашем плане. Лёля — последний человек на этой планете, кому бы я стал хоть что-то рассказывать.
— А дальше? — поторопил её я.
— Она сказала, что у неё планы изменились, поэтому ей пришлось вернуться. И что она извиняется у меня за неудобства. Хорошая, в общем, старушенция… толковая такая.
— Лёля, ты о знакомстве вообще-то обещала рассказать, а не всю свою биографию, — нахмурился я.
— Ой да, извини, — смутилась Лёля, — просто столько всего, что хочется рассказать.
— Ну так рассказывай!
— В общем, она спросила почему я плачу. Ну, я ей и рассказала. Она такая понятливая оказалась. Сходила в магазин и принесла две бутылки белого вина. И мы его всё бахнули. Пили вино и болтали. И она меня научила, как зацепить любого понравившегося мужчину. Ты это представляешь⁈
Мне стало любопытно, и я спросил:
— Ну и как?
— А вот этого я тебе не скажу! — твёрдо сказала Лёля, — женские секреты выдавать не буду. В общем, мы потом пошли с нею в ресторан. А там она встретила знакомого. Муля, ты представляешь⁈ Петар живёт в соседнем городе, в городе Крагуевац. Чёрт, его и выговорить сложно. В общем, он там живёт и у него свои три кафаны и ресторан. А ещё у него есть своя ферма, где делают сыр. И сюда он приехал по делам, какую-то сделку проводить. И в том ресторане он ждал своего компаньона, чтобы обмыть эту сделку.
Лёля посмотрела на меня горящими глазами:
— И у него большой двухэтажный дом! И ещё он лавку держит, где продаёт сыры. Богатый! И мы познакомились. И он нас с Изабеллой провёл домой. Потом Изабелла ушла спать, а мы с ним всю ночь гуляли по городу. В общем, он сделал мне предложение!
— Может, он пьяный просто был? — предположил я.
— Ты придурок, Бубнов! — рассердилась Лёля, — или из зависти так говоришь!
— Угу, всю жизнь мечтал, чтобы какой-то престарелый пьяный бюргер сделал мне предложение, — проворчал я.
А Лёля рассмеялась:
— Да нет же! Мы и выпили немного. Просто гуляли и целовались… И он не старый! Ну, в смысле не сильно старый! Ему всего сорок семь лет.
— Он женат?
— Был женат, — вздохнула Лёля, — но жена умерла третьими родами.
— То есть у него двое детей, — констатировал я, — Взрослые?
— Один сын у него, — пояснила Лёля, — дочь потом через два года умерла от инфекции какой-то.
— А сын? С ним живёт?
— Сын учится в Сорбонне. Представляешь, в Париже! — глаза Лёли затуманились.
— То есть богатый вдовец сделал тебе предложение? — подытожил я.
— Да! — счастливо пропищала Лёля, — он сегодня вечером придёт за мной. Мы пойдём в театр с ним!
— Тебя товарищ Иванов не выпустит, — покачал головой я.
— А я через чёрный ход выйду, — показала мне язык Лёля, — все так делают. Даёшь динар работнику, и он тебя проведёт незаметно. И потом договариваешься, и он обратно впустит, хоть и под утро. У них это налажено. Сюда много народу из СССР приезжает и селится. Так что они умеют этих товарищей Ивановых и Сидоровых вокруг пальца обводить.
Хм… интересно. Буду знать.
— Слушай, Муля, как ты думаешь, что мне с Петаром дальше делать?
— В каком смысле? — не понял я.
— Ну, я боюсь, что мне не позволят выйти замуж за него, — растерянно посмотрела на меня Лёля, — не выпустят из СССР. Ну вот погуляю я с ним по театрам и ресторанам, ты кино это всё доснимешь, и мы вернёмся. А потом как? Его не впустят ко мне, а меня — к нему. И что делать⁈
Она всплеснула руками и с надеждой посмотрела на меня.
— Всё просто, — сказал я, — но только здесь нужно понимать наверняка — он действительно женится на тебе или просто поматросит и на этом всё. Зная, что через какое-то время ты вынуждена будешь вернуться в СССР…
— А как это понять?
— Возможно, привязать крепче к себе, — задумался я и добавил, — ты бы ещё с этой Изабеллой посоветовалась, что ли. Она, видимо, та ещё штучка. Жизнь всякую повидала.
Лёля усмехнулась:
— Мне кажется, что он крепко на мня запал.
— Я думаю, тебе лучше всего от него забеременеть. Тогда точно выпустят. Но ты всё-таки поговори с Изабеллой, — посоветовал я и тут же, без перехода, сказал, — Лёля, ты так и не ответила на мой вопрос. То есть на тебе — долг!
Лёля поджала губы и сказала:
— Нам тогда Иванов помешал, если помнишь.
— А потом? — не сдавался я, — меня интересует этот госконтракт. Рассказывай! Всё и подробно!
  
Лёля с непередаваемым выражением посмотрела на меня.
А я в этот миг случайно глянул в другую сторону — потому что в ресторанчик вошёл, точнее шумно вломился… Миша Пуговкин. И был он хорошо поддатый. Прямо даже очень так хорошо.
— Извини, Лёля, я отойду на минуточку, — сказал я и торопливо подошёл к Михаилу.