Бремя командира (СИ)

Мы подошли к месту происшествия, где уже стояли Кропоткин и Яковлева, склонившиеся над машиной. Дверь водительского сидения была распахнута — там работал наш маголекарь. Яковлева, казалось, полностью сосредоточилась на осмотре Урусова и не замечала ничего вокруг. Её тонкие пальцы осторожно блуждали вдоль тела мертвого лейтенанта.
— Господа, — кашлянул я, подходя ближе. — Есть понимание?
Яковлева подняла на меня все еще сосредоточенное лицо, но ее в глазах затаилось сомнение.
— Никаких следов насилия, — ответила она тихо. — Похоже, что сердце просто… встало. Без каких-либо видимых причин. Но, честно говоря, это странно. У Урусова не было историй с сердечными заболеваниями, насколько я помню, да и медосмотр он проходил совсем недавно. Пока я не понимаю, в чем дело. Мне нужно больше времени для анализа…
Я обернулся к Кропоткину, который внимательно ее слушал. Майор потёр виски и тихо выругался себе под нос.
— Я уже попросил людей Сийтонена прочесать окрестности, — сказал он. — Есть небольшая вероятность, что девушка могла скрыться где-то в лесу. Если, например, ее что-то напугало.
— Это вряд ли поможет, — отозвался я. — Если Шереметева рассказала вам хотя бы треть, то вы и сами должны понимать, что девушка ушла не по своей воле.
Кропоткин жестом велел мне отойти с ним в сторону и указал на свежие следы толстых шин на дорожной грязи.
— Именно к этому я и склоняюсь, Алексей. Смотрите.
Я взглянул дорогу и площадку перед распахнутыми воротами карьера. Ни одного автомобиля или вездехода, кроме Сийтоненовских. Все вездеходы людей Юрьевских исчезли.
— Эти новые собственники уехали всем составом, — сообщил он, явно взволнованный. — По протоколу я должен был велеть им убраться подальше от эпицентра, и они подчинились.
Но по дороге прихватили с собой мою подругу. Как Кати могла так подставиться? На заднем сидении их с Урусовым машины были тонированные стекла, ее бы никто не увидел, просто проходя мимо. Неужели ее погубило любопытство? С нее бы сталось выскочить поглядеть на аномалию. Возможно, она решила нарушить приказ и помочь нам…
И сделала все лишь хуже.
В голове сразу начали крутиться более параноидальные мысли. А вдруг похитители уже с самого Сердоболя знали, что Катерина с нами в группе. Например, кто-то из посвященных мог слить эту информацию. И приехали они сюда специально затем, чтобы забрать девушку. Либо просто совместили полезное с приятным — ведь Антонов так старался не дать нам сунуть нос поглубже в эти земли.
А живая Катерина, прошедшая крещение энергией Искажения, могла быть очень полезна тем, кто так интересуется аномалиями.
— Я доложил наверх и вызвал всех, кого мог, — тихо сказал майор. — Сейчас у нас не хватит людей ни на какой поиск. Придется оставаться на месте.
— У них наша сослуживица, — напомнил я.
— Мы этого не знаем точно. Можем лишь предполагать.
— Мы с вами оба прекрасно понимаем, что они ее забрали, — раздраженно сказал я. — Обезвредили Урусова как-то по-хитрому и воспользовались ситуацией. И чем дольше мы медлим, тем сложнее будет найти Катерину.
Кропоткин покачал головой и вытащил сигарету.
— Алексей, я прекрасно понимаю ваше беспокойство. Но я хоть и представитель министерства внутренних дел, но в первую очередь отвечаю за работу с аномалиями. Мне самому хочется бросить все и пуститься на поиски, но сейчас это будет неразумно. Здесь все еще люди, которым требуется помощь, опасная аномалия и риск открытия новой…
Что ж, видит бог, я не хотел передавливать, но придется разыграть козырную карту.
— Она Романова, ваше благородие, — отчеканил я. — Член императорского Дома. На нее уже совершили два покушения в стенах Спецкорпуса. И ее отправили сюда в целях безопасности. А мы позволили врагу ее похитить. Поэтому, ваше благородие, нам все же придется на время отвлечься от аномалии.
Мои слова только разозлили Кропоткина.
— Думаете, я этого не понимаю? — прошипел он. — А теперь представьте, что будет, если мы станем вести поиск хаотично. Предположим, нам удастся за сегодня найти людей для поиска. Предположим, мы даже заявимся к этому Антонову. И что он нам скажет? Свидетелей похищения нет, никто не видел, что произошло. Антонов станет напирать на то, что он и его люди спешно покинули территорию в целях безопасности. А срочный обыск провести нам не дадут. Не думаете же вы, что этот скользкий хрен станет прятать девушку так, чтобы мы легко ее нашли? Поверьте, Алексей, если им хватило дерзости совершить похищение сотрудницы Корпуса, то хватит мозгов спрятать ее так, что мы не найдем.
  
Эта его приверженность букве закона начинала меня бесить. В любом другом случае я бы сам поддержал его принципиальность, но сейчас счет шел на часы. Если Катерина и вовсе еще была жива.
Как же сейчас не хватало Арса и Чуфты. Но даже если бы они сорвались из Петербурга, то прибыли бы слишком поздно.
— Я не прошу вас участвовать в поисках официально, ваше благородие, — наконец сказал я. — Я прошу разрешения на время перестать быть сотрудником Корпуса и организовать поиски самостоятельно.
— Алексей, вы в своем уме? — возмутился майор. — Я только что потерял одного из подопечных, а сейчас вы хотите, чтобы я лично отправил на риск второго?
— Я обещал защитить ее и не успел. За мной должок.
Тут подошёл один из людей Сийтонена с разбитым телефоном в руке.
— Вот, нашел. Это её? — спросил он, протягивая мне аппарат.
Я посмотрел на экран, едва узнавая остатки того, что когда-то было телефоном Катерины.
— Да, — произнёс я тихо. — Это её телефон.
Мы взяли с собой наши «тайные» аппараты на всякий случай. Но Катя явно не успела им воспользоваться.
Кропоткин нахмурился и жестом велел охраннику возвращаться к работе. Яковлева все же оторвалась от Урусова и принялась оказывать первую помощь людям, которые оказались ближе всего к эпицентру. Ногтев помогал маголекарю, то и дело бросая на нас с майором тревожные взгляды.
— Я вот что подумал, — сказал я. — Эти места глухие, дорог мало. Мы можем использовать помощь местных. Они знают, куда ведут все эти дороги. Как минимум, можно объявить ближайшим постам ориентировки, чтобы останавливали и проверяли. Но нужно действовать сейчас, пока они не уехали далеко. А по таким колдобинам никто быстро не проедет.
Кропоткин кивнул.
— Я уже отзванивался начальству. Предупредил, дал ориентировку. Обещали разослать по постам. Но здесь постов раз, два и обчелся… К тому же они могут сменить машины, и тогда все.
— Могут. Но не станем же мы упрощать им жизнь, — проговорил подошедший Микко Сийтонен. — Ребята по рации отозвались — ничего не нашли. Сейчас осматривают овраг на всякий случай…
Мы с майором одновременно кивнули:
— Спасибо, Микко Симович.
— Чем еще мы можем помочь?
Я переглянулся с Кропоткиным и приподнял брови, молча спрашивая дозволения пообщаться с купцом. Тот прикрыл глаза.
— Микко Симович, нам бы узнать побольше об окрестностях. Куда ведут ближайшие дороги?
— Да это и дорогами-то не назвать…
— Ваши люди лучше знают эти места. Может быть, кто-то из них видел что-то подозрительное или знает, куда могли повезти девушку. Мы предполагаем, что ее все же увезли.
Сийтонен задумался на мгновение, прищурившись, а затем кивнул.
— Хорошо, — ответил он. — Сергей Илонен, бригадир, хорошо здесь все знает. Я отведу вас к нему.
Мы направились к бытовке. Внешне это был обычный рабочий вагончик, немного потрёпанный временем и погодой. Когда мы подошли, Микко постучал по металлической двери, и через несколько секунд на пороге появился Илонен — явно нервный и державший в руках ручку и листок бумаги. Невысокий, с густой бородой и внимательными глазами, он тут же бросился отчитываться начальнику.
— Микко Симович, я тут начал прикидывать, что будет по остановке работ…
— Сергей, — начал Микко и посмотрел на меня, — Сейчас не об этом. Это Алексей Иоаннович из Спецкорпуса. У нас чрезвычайная ситуация. Пропала девушка. Мы думаем, её могли увезти, но вряд ли далеко. Можешь рассказать, какие есть места поблизости, дороги?