Нераскрытая тайна (СИ)

— О чем говорили?
— Да так. Ерунда. — отмахнулась я.
— А мне показалось, между вами снова что-то заиграло. — улыбнулась подруга.
— Тебе показалось. — ответила я, ни капли не солгав. Мне и вправду было совсем безразлично, что там говорил Потешный.
— Слушай, вроде бы всего лишь помолвка, а все так серьезно к этому подошли!
— А у меня тоже ощущение, что я на свадьбе. Ты в белом, жених… тоже. — улыбнулась я.
— Ага, все поздравляют и кричат «Горько!».
— Зато весело!
— Знаешь, а мне теперь стало немного страшно…
— От чего?
— А вдруг всё сорвётся… вдруг мы поругаемся, и свадьбы не будет!
— Ну, то что вы можете поругаться — это нормально. Не бывает пар, между которыми всегда всё гладко. А вот отменять свадьбу — глупо. Вы же любите друг друга!
— Да!
— Ну вот и всё! — улыбнулась я, и обняла подругу.
Мы так и стояли с Мирой, пока ее снова не забрал Дима. Вечеринка была в самом разгаре, когда мне внезапно захотелось домой. Я извинилась перед подругой и вызвала себе такси, сославшись на семейные дела. И даже в этом я не соврала.
Дома тоже кипели дела, ведь отец сообщил всем, что купил Ваньке квартиру. За отличные успехи и самостоятельное поступление на бюджет. Несмотря на то, что брат отнекивался, папа был непреклонен:
— Сын, я очень горжусь тобой. Уверен, что в скором будущем ты и сам заработаешь кучу денег, но сейчас я бы хотел, чтобы ты не отвлекался от учебы! Поэтому принимай подарок, пока не передумал.
— Ты и вправду этого заслуживаешь. Не отказывайся! — шепнула я на ухо брату.
— Когда можно въезжать? — улыбаясь, спросил Ванька.
— Хоть завтра! — ответил отец и похлопал брата по плечу.
— Супер! Пойду собирать вещи!
— Вань, а ты не против, если я займу твою комнату? — шепотом спросила я.
— Зачем?
— Просто у тебя окно во двор. Мне всегда оно нравилось больше!
— Да пожалуйста! — пожал плечами брат и удалился к себе.
На самом деле мне было совершенно плевать на вид из окна. Мне просто хотелось немного изменений в жизни. Догнав Ваньку, я вручила ему ключи от своей машины:
— Отец не купит тачку до совершеннолетия, это факт. Так что бери мою. Только осторожно, не пались…
— А ты?
— А мне все равно она никогда не нравилась!
  
Глава 34
 
Я раскладывала вещи по полкам в своей «новой» комнате, когда ко мне постучался отец:
— Можно? — неуверенно заглянув, спросил он.
— Да, пап. Заходи.
— Почему ты захотела поменять комнату?
— Надоел розовый стиль в моей. Я ведь уже давно не принцесса. — Улыбнулась я.
— А кто же ты?
— Не знаю.
Папа положил передо мной ключи от квартиры, в которой я раньше жила.
— Ты можешь вернуться к себе. Только пообещай, что будешь вести себя достойно.
Я посмотрела на связку и помотала головой.
— Что это значит? — не понял отец.
— Пап, вы были правы: рано меня выпустили из гнёздышка. Я только сейчас понимаю, что не готова к самостоятельной жизни.
— Но ты ведь уже взрослая! Пора становиться серьезной.
— Я стараюсь, папа. Но пока действительно не готова. Если вы с мамой не против, я поживу ещё немного здесь, ладно?
— Как скажешь! Хотя, ты меня удивила… думал, тебя эта новость обрадует…
Я молча улыбнулась и вернулась к своему занятию. Но едва отец покинул комнату, как в ней появилась Мария Алексеевна.
— Отказалась от собственного жилья? — спросила она.
— Да. Мне там слишком тоскливо одной. Боюсь сорваться и снова пуститься во все тяжкие.
— За последнее время ты заметно поумнела.
— Видимо, возраст.
— А твоя комната тебе чем не угодила? Она побольше, с отдельной гардеробной, к тому же, в уборной есть ванная…
— Надоело там. Какое-то всё… приторное что ли… тем более от большинства вещей я избавилась, так что вполне достаточно шкафа. Да и в ванной я давно перестала плескаться, а здесь отличная душевая.
— Ты чего-то не договариваешь, да? — спросила женщина, заглядывая мне прямо в глаза.
— Мария Алексеевна, я правда устала от прежней жизни, и мне хочется что-нибудь поменять. Решила начать с комнаты. Вот и всё.
 
— Обычно начинают с себя…
— Не без этого.
— Что ты имеешь в виду, Стася?
— Я возьмусь за себя. Я стану лучше. — Твердо ответила я.
Женщина ничего не ответила и вышла из комнаты, а я продолжила обустраиваться. Когда вещи были разложены, я подошла к зеркалу и внимательно посмотрела в отражение. Внешность хотелось тоже изменить. Немного покрутившись, я решила сменить прическу и записалась в салон красоты. Когда я спустилась в кухню, Мария Алексеевна что-то готовила.
— Вам помочь? — предложила я.
Женщина застыла на месте, потом медленно повернулась, и, подняв брови от удивления, спросила:
— Ты сейчас серьезно?
— Да.
— Хорошо, надевай фартук, сейчас будешь резать овощи на салат. — произнесла Мария Алексеевна, кладя передо мной разделочную доску и нож. — Не порежешься хоть?
— Не знаю. — пожала я плечами и надела фартук.
Если к порядку я была приучена с детства, то готовкой отродясь не занималась. Решила, что самое время научиться, поэтому абсолютно всё спрашивала у нашей помощницы, ни капли не стесняясь.
— Никак влюбилась? — загадочно улыбнулась Мария Алексеевна.
— О, нет. Мне сейчас не до этого.
— Ой ли? А к чему такие перемены?
— Я же говорила: просто хочу стать лучше.
— А ты мне расскажешь, когда обзаведёшься женихом?
— Обещаю! Вы будете первая, кто об этом узнает!
А после обеда я решила разобраться ещё с одним вопросом, терзавшим мою душу. Мне хотелось откровенно поговорить с мамой, наладить хоть какой-нибудь контакт. К счастью, я застала ее на веранде одну и даже без телефона в руках. Мама неспеша курила, а увидев меня, попросила:
— Ой, Стась, а не сделаешь мне кофейку?
Я кивнула и отправилась в дом. В принципе, за чашечкой кофе тоже можно многое обсудить, главное, чтобы в нужный момент мама не дёрнулась по каким-нибудь неотложным делам. Я запустила кофемашину и подставила сразу две чашки. Водрузив их на поднос, я так же захватила сахар и сливки.
— Спасибо, милая! — Сказала мама и взяла одну чашку в руку. От сигареты она уже избавилась.
— Мам, ты же стоматолог, знаешь, что курение вредит зубам. — почему-то именно с этой фразы начала я диалог.
— Поверь, от одной сигареты в день хуже точно не станет.
— А зачем тебе это?
— Не знаю. Привычка. — пожала плечами мама.
— На самом деле я хотела с тобой поговорить о другом… — неуверенно произнесла я.
— Да? А я думала, будешь читать мне нотации по поводу курения.
— Нет, мам… слушай, а ты довольна своей жизнью?
— Вполне. А что?
— А тебя не смущает, что мы как-то общаемся с тобой… не по-семейному, что ли?
— Что ты имеешь ввиду?
— Мам. Мне не хватает твоей заботы, внимания, ласки…
— Стась, ну ты ведь уже большая девочка…
— И что? Я же не перестала от этого быть твоей дочерью?
— Нет. Не перестала.
— А почему ты никогда меня не поддерживаешь?
Мама отставила кружку и внимательно посмотрела на меня. Я видела, что этот разговор ей не по душе, и складывалось ощущение, что она вот-вот встанет и уйдёт. Но она лишь улыбнулась и ответила:
— Я просто всегда боялась тебя избаловать. Ты же с детства росла, не зная никаких проблем. Мы с отцом давали тебе всё необходимое: игрушки, развлечения, поездки…
— Это всё материальное. А мне хотелось любви и ласки.
— Разве тебе этого не хватало?
— Мам, а ты хоть раз читала мне сказку перед сном? А говорила по душам?
— А разве нет?
— Нет. Я помню каждую непрочитанную тобой книгу. Я выбирала, ждала тебя… А приходила Мария Алексеевна.
— И ты за это на меня обижаешься?
— Не только за это. Когда я что-то делала не так, ты лишь ругала меня, даже не разобравшись, в чем дело.